Пройдут года, и я признаюсь себе: я - жертва инцеста, поэтому вся моя жизнь состоит из триггеров.
Надо прощать себе прошлое, иначе дорога в будущее сделается невыносимой.
… счастье не в том, чтобы все получалось. Как бы ни обернулось, главное - суметь извлечь из случившегося урок: один придет к какому-то выводу, другой чему-то научится, а кто-то возьмет и отпустит. Люди часто слишком серьезны, усложняют, зацикливаются, вместо того чтобы принять, выдохнуть и двинуться дальше.
Говорят, что сердца, воспламененные препятствиями, охладевают в благополучии
Для мужчин, которые будят своих женщин, в аду есть особое место.
Ну, дава-а-а-ай! Будет ве-е-е-е-есло! Вот увидишь!
Нанимая слугу, в его жалование включают - кроме платы за труд, - плату за почтение, положенное хозяину. Нанимая адвоката, кроме юридической помощи получают ощущение безопасности. Тот, кто покупает любовь - а не только лишь ее добивается, - ожидает в придачу нежности и привязанности. В цену авиабилета давно уже включены улыбки и почти что приятельская вежливость хорошеньких стюардесс. Люди готовы платить за private touch, то есть за видимость участия и человеческого тепла, ставших обязательной частью упаковки услуг в любой области жизни.
Однако сама эта жизнь не сводится к общению с домашней прислугой, адвокатами, служащими гостиниц, контор, авиалиний и магазинов. Напротив, человеческие связи и отношения, которые нам дороже всего, остаются вне сферы платных услуг. Через компьютер можно выбрать супруга - но не его поведение после свадьбы. Можно, если денег хватит, купить яхту, дворец, остров - но не события, лелеемые в мечтах: нельзя за деньги блеснуть героизмом или умом, спасти от смертельной опасности прелестное существо, выиграть гонки или получить высокий орден. Доброжелательность, искренюю симпатию, преданность тоже не купишь; о том, что тоска как раз по таким бескорыстным чувствам преследует всесильных владык и богачей, свидетельстуют свидетельствуют бесчисленные рассказы; те, кто может все купить или взять силой, в этих сказках отказываются от своего исключительного положения и переодетыми - как Гарун аль Рашид в облике нищего - отправляются на поиски подлинных чувств, от которых их ограждали, словно высокой стеной, богатство и знатность.
...делать то, что от тебя ожидает противник, не будет ни один вменяемый боевой маг.
Женщин, как известно, хлебом не корми, а дай навести порядок, особенно там, где это вовсе не требуется.
Он тихонько рыкнул и опрокинул меня на стол, накрыв своим телом и не прекращая целовать. Кто-то из адепток-ведьмочек завизжал.
– Они… – обрывок чьего-то вопля.
– Да он ее сейчас прямо здесь!..
– А может, не будем им мешать? – чей-то меланхоличный голос резко выделялся на общем фоне.
– Не будем мешать?! – перекрикивая этот гам, гаркнула разозленная до предела профессор Грэдис. – Тогда ты, адептка Нитая, вылетишь с этого курса первая, как только ваш новый декан Даррей Каллохен придет в себя!
«Я целуюсь с деканом», – мелькнула мысль на задворках сознания. И целуется он потрясающе!
Сама наша жизнь – загадочный случай.
Для всех мы с Типпи навеки вместе - а значит, навеки прокляты.
В России две беды, но дураки — хуже.
"Политику тогда воспринимали всерьез, тухлые яйца начинали припасать за несколько недель до выборов."
Её отец часто повторял: угодить в переплет легче легкого. Будь ты хоть семи пядей во лбу, совершай подвиги, лучись добродетелью - судьбе на это наплевать. Её интересует твое место в алфавитном списке и состав твоей крови.
Первым делом я собираюсь жениться на тебе. Наконец-то. А потом я собираюсь купить тебе дом. А потом мы наполним его детьми. А после этого я намерен провести остаток жизни, старея вместе с тобой. Целая жизнь суббот. Как тебе такое?
Мы свято чтим договор и при готовы при помощи пушек добиваться его добросовестного исполнения!
... Слова- товар ходовой. Они дьявольски мало значат, как правило. Вот только иногда они способны целый мир перевернуть...
машина – огонь (потому как замыкает и искрит даже с заглушенным двигателем), заводится с пол-оборота (но только с толкача), движок – натуральный зверь (жрет прорву магии, урчит и с места не трогается). В общем, такой машине ремонт не понадобится (ибо бессмысленно).
- Так, ты ремонт мне сделал? - решила Наумовна прекратить бесполезный спор.
- Сделал.
- Ты мне сюрприз устроил?
- Не уверен, но... устроил, - Миша на всякий случай отошёл от бабули подальше.
— Гораздо проще убедить в чем-либо толпу, чем одного человека. Один человек, как правило, концентрируется на том, что он видит. А когда он вместе с кем-то, то часть ответственности он перекладывает на другого.
— Как это возможно? — капитан старался понять изо всех сил.
— Ну, как бы попроще… Ты когда-нибудь шел с кем-то в незнакомое место? Ты не знаешь дорогу, а человек знает. Вот вы идете, болтаете, смеетесь, приходите на место… А потом тебе нужно вернуться. И ты идешь, смотришь и видишь места, как в первый раз. И надо сказать, что так оно и есть. Ты просто не смотрел.
Верность какая-то глупая, честь... да кто сейчас, в наш просвещенный век, думает о такой ерунде? Понятно же, служить надо там, где выгодно. И заботиться только о себе.
То, что украли – вернется домой,
Сжатая вырастет рожь,
Мертвый – в другом, по-иному – живой,
Прошлого не вернешь.
- Деньги свои отдавай, - потребовала девушка. - А нельзя ли грабить меня повежливее? - не сдержался он.
- Тьфу ты! Я уже думал, на Горыныча пошли в бой.
- А что, они ещё водятся?
- Куда им деваться-то? Прячутся только. Богатырей уж больно много развелось.