Человек, Федя, впрок солит, только прок невелик… Каждым днем все под Богом…
– Что люди подумают?
– А люди, – он весело улыбнулся, – пусть завидуют молча.
Так ты, значит, и есть эльф?.. – буравя его подозрительным взглядом, спросил Эйхгорн. – Эльф, – кивнул тот. – Светлый. – Светлый, гришь… Значит, темные тоже бывают? – Бывают. – А чем темные отличаются от светлых? – Светлые пьют светлое пиво, а темные – темное. – Правда, что ли?.. – Чистейшая правда, – заверил эльф, роняя лицо на стол.
“Наверное, он слишком быстро состарился, потому что ему ужасно надоедало, когда люди, вместо того чтобы делать дело, начинают через это дело самовыражаться. Трудно уже было жить, когда самовыражались официантки, принося заказ, когда самовыражались охранники, открывая ворота, когда самовыражались водители, пролетая сквозь перекрестки. Что же такое столь жестоко угнетало их в повседневной жизни, вынуждая компенсироваться на других и на исполняемой работе?”
Секс наказывает любовью.
Человек так устроен, что всегда жаждет недоступного.
Фотограф запечатлел мужчин, когда они все трое над чем смеялись, и ему удалось создать совершенство, неподвластное времени, выхватить момент, когда люди радуются и тому, какие они есть, и тому, где находятся.
Иногда (увы, очень часто!) авторы коммерческих блогов общаются со своими подписчиками так, как будто все они – читатели 3-й группы. Как будто всем им необходим только последний, маленький шажок, чтобы решиться на покупку (ну, конечно же, это не так!). Вот и появляются страницы, забитые под завязку продающими текстами, которые по факту ничего не продают.
Весной в горах рождается мало людей. У нас все рождаются осенью, как телята.
За любовь платят шлюхам. Чувства дарят бесплатно.
Человеку просто необходимо, чтобы его понимали и хоть изредка им восхищались. Или хотя бы хвалили. Тогда у него прорезаются крылья и готовность терпеть любые разлуки, обиды и разные неприятности.
У любви нет пола, нет возраста, нет расстояния. Она существует вне измерений, логики и рамок. Ей плевать на все границы. Она ломает запреты, как тонкое стекло, оставляя порезы и шрамы. Она сметает стихийным бедствием все, к чему привыкаешь, и создает новую вселенную среди полнейшего хаоса твоего прежнего мира.
Улыбка, и она снова опустила камеру, посмотрев на него таким взглядом, каким женщина обычно дает понять мужчине, что его глупость почти восхитительна… но только почти.
Закаляй крепость духа, столь необходимую сильному правителю, чтобы отрешиться от упреков совести ради высшей цели.
Знаешь, скромность, конечно, украшает человека, и мне это в тебе всегда нравилось, но комплекс неполноценности еще никого до добра не доводил.
Асенат частенько рассуждала о природе сознания и о его независимости от своей физической оболочки. Ее приводил в бешенство самый факт того, что она не мужчина, ибо она считала, что мужской мозг обладает уникальной могучей космической силой. Имей она мужской мозг, заявляла Асенат, она бы могла не то что сравняться, но и превзойти своего отца в способности повелевать неведомыми стихиями.
Войдя в камеру, я тут же пишу первые строки своего эссе.
Любой человек в состоянии совершить убийство.
Если человек достаточно глубоко оскорблен, нет границ, которых он не мог бы нарушить.
Это не предположения. Я знаю точно.
Некоторые люди свято верят, что им больше нечего терять. Мимо таких я обычно прохожу на цыпочках и стараюсь не злорадствовать.
Его одолевало чувство, похожее на стыд. Тот стыд, который не позволяет действовать.
Ложь порождает ложь. Она как цунами: сначала волны не видно, кажется, что она маленькая, но чем ближе к берегу, тем она больше — высотой с многоэтажный дом, и тогда она начинает сносить все на своём пути.
Не всегда есть единственно верное решение.
Он был не единственным, кто врал. У нее тоже прекрасно получалось лгать самой себе.
Есть что-то в том, чтобы поведать свои тайны незнакомому человеку, верно? Это ведь так легко. Почему так выходит? Возможно, потому, что чужие тебя не судят. Ты для них безымянна. Близость на небольшой отрезок времени, который принадлежит вам двоим и никому больше.
Я подготовил несколько лекций и отправился проверить их в Новую Зеландию - потому что Новая Зеландия далеко, и если бы лекции не имели успеха, это было бы ничего!
Все, что сломалось, можно исправить