...Ты же Война с немереным количеством адских легионов под началом ,нет?
-И что?- не стал он отрицать того, что было сказано в шутку.
-Разве ты не должен уметь пламенными речами вдохновлять солдат на подвиги и все такое?
-Зачем?- поинтересовался демон после недоуменной паузы.
Похоже , войну - особенно в регионах с антично-средневековой атмосферой - мы представляли по-разному.
Его обвиняли в том, что он проповедует революцию. Но единственный переворот, которого он желал, был переворот в человеке, переход от низости, жестокости, себялюбия к верности и благородству, на которые способно человеческое сердце. Без этого всякий другой переворот бесполезен.
«Почему достойные мужчины всегда появляются невовремя?»
...больно осознавать, что я принадлежу тому, кто никогда не принадлежал мне, как бы я не называла его своим.
Нобелевский лауреат Эрик Кандел, доктор медицинских наук, показал, что когда нечто запечатлевается в памяти, то число синаптических связей в тех сенсорных нейронах, которые стимулируются, удваивается с 1300 до 2600. Однако если первоначальный новый опыт не повторяется снова и снова, то количество новых связей скатывается к первоначальному значению в 1300 за каких-то три недели.
Следовательно, если мы многократно повторяем то, что узнаем или учим, то этим усиливаем нейронные группы, которые помогут нам вспомнить это в следующий раз. Иначе синаптические связи вскоре исчезают, а память стирается. Вот почему следует непрерывно обновлять, пересматривать и перебирать в памяти новые представления, знания, выборы, приемы, привычки, убеждения и ситуации, – если мы хотим, чтобы они утвердились в нашем мозге.
"Ничего прекрасней нет, чем праздновать восемь лет".
"До девяти дорос - держи повыше нос".
"Поздравлять весь мир тебя кинется, когда стукнет тебе одиннадцать".
Знаешь, я всегда считала, что самое неприятное в отношении двоих людей - это равнодушие. Когда одному абсолютно все равно, что другой из-за него может испытать неудобство. Меня с детсва учили - к чувствам, времени, интересам людей, а особенно тех, кого ты называешь своими друзьями, нужно относиться уважительно. Поэтому я всегда с вниманием отношусь к интересам другого человека, и того же требую для себя. Если же человек демонстрирует мне откровенное равнодушие - это уже показатель того, что близкими людьми мы с ним не станем.
Слушая бесконечное повторение бессмысленной мантры «Наша сила в разнообразии», когда племенное, этническое и религиозное многообразие заставляет распадаться нации, поневоле вспоминаешь Оруэлла: только интеллектуал способен сказать такое — обычный человек не может быть настолько глуп.
Я в поезде без тормозов, который мчится к пропасти. Я птица, которая перелетает ограду и которую вот-вот пристрелят. Я осталась одна.
Всё нужно упрощать до предела, но не более того. Альберт Эйнштейн.
В двух первых частях книги мы видели, что наш физический мир замечательно описывается математическими уравнениями, поддерживая в нас надежду, что однажды будут найдены уравнения «теории всего», идеально описывающей нашу внешнюю реальность во всех масштабах. Окончательным триумфом физики стала бы возможность начать с рассмотрения внешней реальности «сверху вниз» («с высоты птичьего полёта»), то есть в форме математического изучения уравнений (которые в идеале достаточно просты, чтобы уместиться на футболке), и вывести из них внутреннюю реальность, способ субъективного восприятия «снизу вверх» («с лягушачьей точки зрения»), то есть с позиции внутри внешней реальности. Чтобы добиться этого, нам необходимо полное понимание того, что такое сознание (а также иллюзии, упущения, галлюцинации и другие осложнения).
Однако между внешней и внутренней реальностями есть третья, промежуточная, консенсусная реальность (рис. 9.2). Это версия реальности, относительно которой согласны все мы, живые существа на Земле. Она включает трёхмерные положения и движения макроскопических объектов, другие обыденные свойства мира, для которых у нас есть общее описание в знакомых нам понятиях классической физики.
Если постоянно выбираешь чью-то сторону; решаешь, кому доверять и силишься понять, где правда, то в итоге доходишь до точки, когда наименее тягостным выходом становится решение обрубить все концы. Тебя, как самоубийцу, уже тошнит от неразрешимых проблем.
Если вы все-таки желаете получить инструкцию касательно того, как улучшить свое здоровье, то вот она: хорошо питайтесь, хорошо спите, больше двигайтесь, пейте умеренно, не курите даже разрешенное законодательством, делайте прививки и не особенно напрягайтесь насчет грязи.
Иллюзии - непомерная роскошь для любого короля.
Иногда просто чувствуешь: именно здесь твой дом
Мне всегда доставляло удовольствие уступать власти – если эта власть была разумной – и подчиняться твердой воле тогда, когда мне позволяли совесть и собственное достоинство.
Иногда кажется, что мир - всего лишь громадный шар потерь, который быстро вращается, стремясь скинуть всех нас с себя
Напишите: Маленькая собачка Соня потеряла хозяина Ивана Иваныча вместе с прекрасной однокомнатной квартирой, двенадцатиэтажный кирпичный дом, уютный дворик с цветочной клумбой, детской площадкой, мусорным баком и забором, под которым закопана… Под которым закопана, не пишите. Мало ли кому что в голову взбредёт! — сказала Соня. — А также большую улицу с магазином «Продукты», ларек с мороженым, дворника Седова с…
При ближайшем рассмотрении многие красивые предметы теряют свое великолепие. Прельщает тайна, а не внешний облик.
Важно не допустить того, чего уже нельзя исправить.
Сержант Колон был широко образованной личностью. Он посещал школу под названием «Мой Отец Всегда Говорил», а также колледж «Ясно Дело, Так И Есть», а к описываемому периоду с отличием закончил университет «Как Сказал Мне Один Парень В Трактире».
Новобранцы на войне чаще всего гибнут в первом сражении. А кто выживает, сразу увеличивает свои шансы на то, что когда-нибудь вернется домой. С каждым поединком, с каждой схваткой приходит опыт и понимание того, что именно нужно делать, чтобы прожить как можно дольше. Не успеешь и глазом моргнуть, глядишь, а вчерашний желторотик - уже ветеран.
Когда поспорят два очень упрямых человека, выходов только два: драться - а я надеюсь, ни один из нас к этому не прибегнет, - или положиться на судьбу. Вот гинея; подчинишься ты ее решению?
- Джейсон не был каким-то чудовищем. Если он сделал с тобой это, то заранее все обдумал и обосновал. Именно так поступают приличные люди, чтобы оправдать недостойное поведение.
– Мне нужна победа, – четко и громко, будто программируя их, произнес Куницын, – но не любой ценой, а лишь той, на которую я соглашусь. Каждый из вас для меня более ценен, чем сотня немецких солдат. Поэтому я приказываю всем: беречь людей! Вы – командиры. Ваша задача не спать ночами, ломая голову над картой, считая на пальцах, колотясь башкой о березу, но в конце концов придумать, как достигнуть выполнения имеющейся задачи с минимальными потерями. А не бросать людей голой грудью на пулеметы. Понятно?
– Так точно… – отозвался круг.
– Итак, как я уже сказал, наша задача состоит в том, чтобы, во-первых, уничтожить или рассеять сосредоточенные против нас силы, во-вторых, уничтожить намеченные мной объекты и, в-третьих, создать у противника впечатление, что после всего, что мы сделаем, мы направимся совершенно в другую сторону, чем это будет на самом деле. Заставить его ловить нас там, где нас не будет, сосредотачивать силы для перехвата там, где мы не появимся. А там, где мы появимся, создать пустоту. Ведь ни у одного командира никогда не бывает так, чтобы у него всего было вдосталь: сил, оружия, времени… Вот и мы должны в первую очередь не столько убивать немецких солдат, хотя и это тоже, сколько заставлять немцев ошибаться, терять время, бить в пустоту. Тогда наш батальон станет для немцев страшнее танкового корпуса. Понятно, что я имел в виду, когда говорил о том, что вы должны думать о ситуации, которая сложится после боя?
И все снова отозвались:
– Так точно.
– Тогда слушайте боевой приказ…