Старик - человек, который на десять лет старше тебя.
«Помни, что ты – немец».
... нет ничего более удивительного, чем жизнь. Кроме слова. Кроме утешительного слова.
– Чакра разума… Да, это определение ей подходит, если правильно и полно раскрыть само понятие «разум». Но пойдем дальше. Страх шестой чакры – остановиться в своем развитии, сделать хуже, чем раньше, точнее – не сделать лучше. Этот страх испытывают не многие, потому что на фоне страхов нижележащих чакр он просто незаметен. Но это не значит, что его нет. Так же как и любой другой страх, он создает соответствующий уровень злости, который проявляется как ненависть к себе, людям, миру, и в результате – нежелание жить. И тогда человек начинает тяжело болеть и медленно угасать.
– А почему медленно?
– Да потому, что существует первая чакра, задача которой – поддерживать жизнь. Каждая чакра делает, как может, свою работу, иногда входя в конфликт с другими: первая борется за жизнь, излучая страх смерти, а шестая создает причины для угасания, излучая страх жизни. Вторая чакра желает удовольствия, а пятая, увлекшись каким-нибудь делом или, что еще хуже, сериалом, экономит время на приготовление еды и кормит тело наспех какой-нибудь лапшой из рекламы.
Прессу читали исключительно в силу привычки, да еще потому, что интернет регулярно действовал только в Москве и Петербурге. Газетный Финнеган второй год оставался одним из немногих развлечений населения. Распрознав, что испускательство автоматичнейшей мобилы «Москвитянин» превоскращено во всевремении, причинностию чаво изъявилось спадение высококачества машинушки, гублинатор помыслякал, что жить на окруине импарии в самым делле во многих релейшенах преферабельнее.
Зло, и грубость, и жадность, жестокость внешне победительны. Но, как и в "Дяде Ване", внутренне побеждают смиренные и святые.
- Ты серьёзно? Он набросился на неё с инструментарием?
- Ну что ты! Их отношения пока не зашли так далеко. Но он некромант, она некромантка, они и так найдут острые ощущения.
Личность (в России ) была придавлена огромными размерами государства, предъявляющего непосильные требования.
Бюрократия развивалась до размеров чудовищных.
Русская государственность занимала положение сторожевое и оборонительное.
Мы никогда не одиноки. Мы все волки, воющие на одну луну. Не жалуйся. Блеющая овца привлекает волка. Если ты волк, то ешь! Если ты овца, то дай себя съесть!
Выражается сильно российский народ! И если наградит кого словцом, то пойдёт оно ему и в род в потомство.
С помощью Библии, как и статистики, можно доказать что угодно
Красота производит совершенные чудеса. Все душевные недостатки в красавице, вместо того чтобы произвести отвращение, становятся как-то необыкновенно привлекательны; самый порок дышет в них миловидностью; но исчезни она, – и женщине нужно быть в двадцать раз умнее мужчины, чтобы внушить к себе если не любовь, то, по крайней мере, уважение.
Россея не убудет, если детишки раз в жизни наедятся...
Ага двигался будто в облаке благословений, криков о помощи, слезных просьб. Он с трудом прокладывал себе путь. Никогда еще, даже в депортационных лагерях, Рифаат Берекет не видел таких лиц, как здесь, на Дамладжке. Почти у всех детей были большие головы рахитиков, нетвердо державшиеся на тоненьких шейках, и огромные глаза, словно знавшие что-то, чего человеческим детенышам знать не должно. Рифаат подумал, что и самый ужасный этап, вероятно, не действует так обесчеловечивающе, как эта отрезанность и отверженность. Сейчас ему открылось, насколько разрушительные силы, калечащие душу, превосходят силы, умертвляющие плоть. Самое страшное — это не истребление целого народа, а истребление лика божьего в целом народе. Меч Энвера, разя армян, поразил самого аллаха. Ибо и в армянах, как и во всех людях, живет аллах, хотя они и неверующие. Но тот, кто уничтожает достоинство в живом создании, уничтожает в нем Создателя. А это преступление против бога, грех, который не прощается до конца времён. Перед духовным взором благочестивого дервиша Рифаата Берекета, в своих медитациях и упражнениях столь часто приближавшегося к миру иному, к судьбам ушедших душ, предстали сейчас чудовищные картины. Даже там, пред вратами благости, пред дверьми гармонии толпились депортационные колонны, не получая доступа. Набитые битком пересыльные лагеря душ — душ, которым не дано возвыситься, ибо бесконечные муки и долгое изгнание отняли у них способность летать. И там, как и здесь, на Муса-даге, обжигающие взгляды голодающих, коим и на том свете суждено вселенское нищенство. Старцу казалось, что он шагает сквозь густое облако пепла, облако смерти армянского народа, клубящееся между этим и тем миром. (Не. замечая этого, он действительно вдыхал пепел от догорающего лесною пожара, который горный ветер гнал на запад). Неужели этому пути через армянскую судьбу никогда не придет конец? Рифаат Берекет ступал, опираясь на палку, и с каждым шагом еще больше старел и горбился. Теперь он видел перед собой только землю, все это породившую и все это терпевшую.
Нередко натуры восторженные создают в своём воображении некий идеальный образ, а затем сами себя обманывают, находя отдалённое с ним сходство в каком-либо реально существующем лице; при этом фантазия их немедленно и совершенно бескорыстно спешит наделить его всеми свойствами, необходимыми для того, чтобы он стал неким воплощением beau ideal. Но никому, пожалуй, даже в счастливейшем браке с любимым человеком не удавалось обнаружить всех ожидаемых в нём качеств; в огромном большинстве случаев мечтателя очень скоро постигает величайшее душевное разочарование, и ему становится ясно, что он построил воздушный замок своего счастья на призрачной радуге, которая сама возникла, лишь благодаря особому состоянию атмосферы.
Остановитесь, нечисти сыны! Побойтесь бога, дети Сатаны!
Ибо нет слов, чтобы высказать, насколько я отдыхаю и успокаиваюсь при мысли о том, что книги всегда рядом со мной, чтобы доставить мне удовольствие, когда наступит мой час, и ясно сознавая, насколько они помогают мне жить. Они - наилучшее снаряжение, каким только я мог бы обзавестись для моего земного похода, н я крайне жалею людей, наделенных способностью мыслить и не запасшихся им.
Пока большинство ученых слишком заняты развитием новых теорий, описывающих, что есть Вселенная, и им некогда спросить себя, почему она есть. Философы же, чья работа в том и состоит, чтобы задавать вопрос «почему», не могут угнаться за развитием научных теорий. В XVIII в. философы считали все человеческое знание, в том числе и науку, полем своей деятельности и занимались обсуждением вопросов типа: было ли у Вселенной начало? Но расчеты и математический аппарат науки XIX и XX вв. стали слишком сложны для философов и вообще для всех, кроме специалистов. Философы настолько сузили круг своих запросов, что самый известный философ нашего века Виттгенштейн по этому поводу сказал: «Единственное, что еще остается философии, – это анализ языка». Какое унижение для философии с ее великими традициями от Аристотеля до Канта!
Парни, не становитесь черствыми, эгоистичными снобами, девушек надо иногда баловать, им нужно дарить цветы, красиво ухаживать! Ведь без них так скучно на этом свете...
Мы, биологи, так глубоко прониклись идеей генетической эволюции, что нередко забываем о том, что это лишь одна из многих возможных эволюций.
— Какая досада, — произнесла я, все еще размышляя о Фло и Хрустальном Шаре, — что человеку нельзя разорваться надвое. Та половина тебя, которая нужна миссис, бесполезна для меня, а половина, которую ценю я, не нужна твоей миссис. Но я уже поняла: это вечная проблема отношений мужчин и женщин. Мы хотим лишь одну половину.
Окружающий его ореол тайны возбуждал ее любопытство, как дверь, к которой нет ключа.
– Здесь разбился «Черный принц»?
– Он получил повреждения ближе к берегу, вон у той выпирающей скалы. Но есть проблема: так как в ту ночь был сильный шторм, мы не можем точно сказать, где именно лежат сокровища.
Начинаю понимать, зачем мы здесь.
– Я что, должна их найти?
– Найти, поднять и перенести вот на тот баркас. – Фордайс показал на едва виднеющуюся точку.
– Ты издеваешься?
– Нет. Правда, есть другие варианты, но они понравятся тебе еще меньше. Твой дар пришелся очень кстати.
– Я не смогу перенести золото на такое расстояние.
– Ты знаешь, что глава корпорации положительно рассмотрел твое прошение о прибавке? – как бы между прочим поинтересовался князь.
Я прикрыла глаза и вспомнила о бабушке. Надо, Настя, надо! Представь, что огромная толща воды совсем тебя не пугает.
– Ненавижу тебя, – пробормотала я.
— Согласитесь, даже в обыкновенных жизненных обстоятельствах мы чувствуем вмешательство сверхъестественных сил…— И я того же мнения, капитан. О нет. Его [Го́спода] присутствия никто не оспаривает! Ошибается тот, кто суеверно приписывает слепому случаю решающую роль. Все события скреплены сверхъестественной связью, напоминающей цепочку.
Герои Чехова все чего-то ждут, декламируют, не едут в Москву никогда, хотя нужно было с первых минут первого действия спалить на х… вишнёвый сад и уехать в Москву первым же поездом.