Разумеется, среди волонтеров были и мужчины, но Господь запрещал им пачкаться черной работой. Нет, на воскресных службах, когда собиралось приличное число свидетелей их святости, они зачитывали из Библии. Или ассистировали на причастии — с участливой миной предлагали отведать тела Христова тем из паствы, кто опоздал занять центральные места и, сидя у боковых проходов, не мог причаститься у священника. Мужчины писали церковные бюллетени, но доставляли их женщины; мужчины организовывали церковные вечеринки, но уборкой по окончании их занимались женщины; мужчины поощряли приход на службы всей семьей, но пригляд за детьми вменялся женщинам. Так было заведено не только в мамины времена, не только в ее церкви, я сам навидался таких помощников: в нашей жизни полно устаревших несуразностей, которые никогда не изменятся.
Жизнь легко описать, но нелегко прожить.
Необязательно есть кошатину, дабы убедиться, что она тебе не по вкусу.
Через много лет я прочту «Шатер» Джонаса и распознаю чувства, обуревавшие юного героя, когда в сиднейском Гайд-парке он слушал певца. Невообразимо сладко и мучительно сознавать, что в мире существует такая красота, для тебя недосягаемая.
Новые ученики удивились появлению какого-то старика, хотя прошел слух, что он протрубил в школе двадцать лет, а потом взял и укатил в отпуск. Они не знали, что я был всего лишь на другом берегу Лиффи. Вообще байки обо мне ходили самые разные: в Гластхуле я сожительствовал с женщиной, но отношения наши закончились; я был парламентским депутатом от партии «зеленых», но проиграл выборы; я был женат на гомике; никакой я не священник, а монахиня, сделавшая себе операцию по перемене пола. Ребята мне льстили. В моей жизни не было ничего столь захватывающего. Как ни жаль.
Возле «Брауна Томаса» на подставке застыл вызолоченный человек, устремивший взгляд в небытие, в шляпе у его ног лежало всего несколько монет. Эти живые скульптуры меня всегда смущали. Музыканты хоть предлагали свое искусство, и было скупердяйством не отблагодарить за него. А что предлагали эти истуканы? Мертвую неподвижность? С какой стати за это платить? И потом, где такая фигура обряжается в свой вычурный костюм, где золотит лицо и руки? Она что, в этаком виде едет в трамвае или автобусе? И если вдруг потрется о соседа-пассажира, тот тоже вызолотится?
Вся штука в том, что до поры до времени не будет ничего хорошего, кроме плохого.
Но я вообще так несведущ в женщинах и их жизни, что моего незнания хватило бы на древнюю Александрийскую библиотеку.
Невозможно пройти дорогу жизни, не получая время от времени поддержки со стороны пусть небольшого , но везения, и провалиться мне на этом месте, если везение не улыбнулось мне, когда"Баунти" обогнул оконечность Африки, мыс Доброй Надежды и встал в заливе Фолс- Бей.
Я много чего натворил в моей жизни, побывал во всяких переделках - не все они наполняют меня стыдом и не все гордостью. Однако кем я не был, тем не был.
Убийцей.
Мир нуждается в хороших рассказчиках, и, возможно, вы станете одним из них, если будете упорно идти к вашей цели.
Тишину той ночи нарушали вопли трех занедуживших моряков, и , признаюсь, пока тускнел свет и воцарилась тьма, меня посещали мысли о том , что хорошо бы их поубивать,- немилосердные ,конечно, но, должен честно сказать, я от каждого их мучительного вскрика покрывался холодным потом.
Мы согласились с ним, конечно согласились, но легче нам от того не стало. Нас ждало последнее испытание. И началось оно сегодня , в наш тридцать девятый день.
Хороший был денек . Лучшего мне за все наше треклятое плавание не припомнить.
Готов признать, что никогда в жизни не подпрыгивал я так высоко, как в миг , когда мое чтение было прервано негромким , спокойным голосом.
Мистер Кристиан и мистер Эльфинстоун казались встревоженными, а мистер Хейвуд, паскудник, выглядел так, точно он от всей души наслаждался представлением, которое разыгрывалось на его глазах, а уж подобного удовольствия не получал с тех пор, как в последний раз выдавил на своей физиономии прыщ.
Об ушибе я забыл быстро, зато начал побаиваться , что донимавшие нас боли в животе имели характер более серьезный, чем все мы полагали. Долго болтаться среди этих островов мы не могли, рано или поздно нам придется выйти в открытое море, а когда выйдем, что с нами станет?
В баркасе было тихо, мы молчали, оцепенев от ужаса, горюя по нашему товарищу, и я отвел взгляд от жуткого зрелища , посмотрел в море. Но смотреть там было не на что. Нечему было изгнать эту картину из моей головы.
Мы - люди-белочки. И ты такой же.
Продаются в Британии бензопилы, или они бывают только у американских серийных убийц?
У него подвело живот. Ощущение это напомнило ему страх сцены; впрочем, он быстро понял, что это чувство вины.
Странно ведь — мало того, что людей закапывают в землю, так ещё и каменной плитой сверху придавливают. Ей пришло в голову, что не каждому хочется быть зарытым вместе с другими.
Он раз за разом гуглил её имя, но она принадлежала к тем уникальным, неуловимым натурам, которые обитают исключительно в реальном мире.
Любовь — это... тревога. Хочешь доставить радость и боишься, что тебя увидят таким, каков ты есть. В то же время хочешь, чтобы тебя знали.
Любые отношения начинаются с облака надежды и безумства иллюзий.