— Не знаю, право… Никак не могу сказать. Трудно женщине говорить о своих чувствах на языке, который создали главным образом мужчины для выражения своих чувств. Я поступила с вами легкомысленно, непростительно, очень дурно. Всю жизнь буду об этом сожалеть.
Нынче у людей сердца рабов, они забывают обиды, предков, клятву; и всюду торжествует глупость толпы, посредственность человека, уродство рас!
Царство мое размера вселенной, и желание мое не имеет пределов. Я вечно иду вперед, освобождая дух и взвешивая миры, без ненависти, без страха, без жалости, без любви и без бога. Меня зовут Знание.
Разве у Бога могла быть цель? Какой опыт мог научить его, какое размышление определит эту цель?
До начала она не была бы действенна, а теперь стала бесполезна.
Поднимайся в небо все выше и выше, — ты никогда не достигнешь вершины! Спускайся под землю миллиарды миллиардов веков — ты никогда не дойдешь до дна, ибо нет ни дна, ни вершины, ни верха, ни низа, никакого конца, и Протяженность заключена в боге, который есть вовсе не кусок пространства той или иной величины, но сама безмерность!
Несомненно, зло безразлично для Бога, раз земля вся покрыта им!
Если он сотворил вселенную, провидение его излишне. Если Провидение существует, творение несовершенно.
Но зло и добро касаются только тебя, — как день и ночь, удовольствие и мука, смерть и рождение, которые имеют отношение к одному уголку пространства, к особой среде, к частному интересу. Так как одно лишь бесконечное вечно, то существует Бесконечность, — вот и все!
Но ведь мир доходит до тебя только чрез посредство твоего духа. Как вогнутое зеркало он искажает предметы, и у тебя нет никакого мерила проверить его точность.
Никогда не узнать тебе вселенной в полной ее величине; следовательно, ты не можешь составить себе представления о ее причине, возыметь правильное понятие о боге, ни даже сказать, что вселенная бесконечна, ибо сначала нужно познать Бесконечное!
Форма, быть может, — заблуждение твоих чувств, Субстанция — воображение твоей мысли.
Но уверен ли ты, что видишь? Уверен ли ты даже в том, что живешь? Может быть, ничего нет!
Нет надобности испытывать наслаждения, чтобы почувствовать их горечь! Достаточно взглянуть на них издали — и отвращение охватит тебя. Ты, наверно, устал от однообразия все тех же действий, от течения дней, от уродства мира, от глупости солнца!
Прикрепленные к земле нашими волосами, длинными как лианы, мы растем под сенью наших ног, широких как зонты; и свет достигает до нас сквозь толщу наших пят. Никакого беспокойства и никакого труда! Держать голову как можно ниже — вот тайна счастья!
Я желал бы обладать крыльями, чешуею, корой, выдыхать пар, иметь хобот, извиваться всем телом, распространиться повсюду, быть во всем, выделяться с запахами, разрастаться как растения, течь как вода, трепетать как звук, сиять как свет, укрыться в каждую форму, проникнуть в каждый атом, погрузиться до дна материи, — быть самой материей!
Дурная компания, это все равно как капкан: прихлопнет, раздавит, любого человека может превратить в ничто.
Она думала, что жизнь слишком тяжела и хорошо бы подохнуть вот тут, на месте, да ведь самому-то не вырвать сердца из груди.
Оба вдруг опустили глаза. Ничего не было сказано, но что-то произошло между ними - неуловимое, нежное.
Всегда ведь находятся добрые люди, которые любят и торопятся сообщать вам неприятности.
Бывает так, что именно в самые плохие времена выпадают какие-то особенно счастливые минуты, когда люди, ненавидящие один другого, проникаются друг к другу любовью.
У каждого свои дела. Хотите жить, как вам нравится, так не мешайте и другим жить, как они хотят. Я всем довольна, я никому не мешаю. Я только не хочу, чтобы в меня швыряли грязью люди, которые сами сидят по уши в грязи.
Когда человек умирает с голоду, философствовать не приходится: какой хлеб подвернётся под руку, такой и ешь.
Попасть в дурное общество все-равно, что попасть в западню: схватит, прихлопнет, а женщину и вовсе раздавит в один миг!
Какая отвратительная вещь — пьянство!
Она хотела прожить жизнь честной женщиной, потому что честность - это уже половина счастья.
Надо прощать друг другу, если мы не хотим жить как дикари.
У родственников так уж водится: если одним везет, другие завидуют. Это вполне естественно. Но ведь надо же держать себя в руках! Стоит ли делать из себя посмешище?
У каждого свои дела. Хотите жить, как вам нравится, так не мешайте и другим жить, как они хотят.
Я всем довольна, я никому не мешаю.
Я только не хочу, чтобы в меня швыряли грязью люди, которые сами сидят по уши в грязи.
Надо прощать друг другу, если мы не хотим жить, как дикари.