– Великому – великая цена.
Так правильно – сражаться за свой народ и свою страну! Отдать жизнь, если придется, поддерживать таких же, как она сама: простых вояк, сестер, весталок. Так её учил отец – это долг лорда, защищать своих подданных. И она следовала этому всегда. Когда началась война, она пошла с войском, потому что свято верила – это её долг. Её страна воюет, там будут умирать мужчины её народа, и она может помочь и пойдет помогать. А гадкий маг всё вывернул наизнанку. Превратил доблесть в глупость, преданность – в трусость.
– ... Уйди сейчас, трус!
– Трус? – маг гадко усмехнулся. – Это ты трусиха! Боишься посмотреть правде в глаза! Все здесь зачем-то. Андер, потому что поддержал Зайнема в своё время, я – чтобы получить свой титул, Святозару нужна ваша страна. Ну, а ты что тут делаешь? Благородно сражаешься за правое дело? Ты просто гусыня, если веришь в такие глупости.
– Вы и есть враг.
– Всё относительно, леди. Война ставит нас на разные концы шахматной доски, но когда партия заканчивается, все фигуры складывают в одну коробку, не так ли?
Где-то там глубоко в ней всё еще жила балованная дворянская дочка. И эта девочка не привыкла, чтобы с ней обращались, как с остальными. Лоск облетел с неё в Обители и на войне. Она приучилась носить шерсть вместо шелка, есть походную кашу вместо сладких персиков, но в остальном… Она не научилась главному – принимать отношение к себе, как к обычной послушнице.
То были стыдливые поцелуи, сорванные украдкой, а это была первая капля греха, от которой хотелось нырнуть в него с головой
. Мы не должны покидать учителя. Нельзя оборачиваться – так нам говорят. Обернешься и пропадешь. Мы должны уйти из семьи, забыть где и кем мы родились. Магия – вот наша вера, а наша родина теперь – Парящие города. Всё, что было до них, неважно.
– Ты хоть знаешь, за что ты воюешь, послушница?
– За свою страну.
– А что такое эта твоя страна? Земля? Она была до нас и будет после нас. Люди? Все умрут так или иначе. Так за что же ведется эта война?
Когда не можешь пресечь безобразие, возглавь его.
– Предпочитаешь страдания исцелению? Какая восхитительная благородная тупость!
– Эл, ты уже взрослая девочка, не позволяй словам мужчин задевать себя, – сказала Валика, придержав её за плечи. – Что бы ни пели тебе чужие уста…
– … только моим ушам решать, что слышать, – закончила за неё Эл.
Почему она так глупа?! Почему так наивна?! Десять лет жизнь учит её, а она – пустоголовая дура! – всё никак не научится. Всё ждет доброты без умысла, ждет, что к ней будут относиться как раньше – с уважением и почтением.
люди дарят улыбки только красивым. Что желают только красивых, что им проще быть добрыми с красивыми людьми.
Сейчас, на моем месте мечтали оказаться процентов семьдесят незамужних землянок. А все потому, что про таинственных мужчин с Красной планеты, у нас слагали легенды. Красивые, сильные, состоятельные и боготворят своих жен. Не мужики, а лечебный бальзам от любых хворей. Хоть раны мажь, хоть лунную лихорадку лечи.
Страшнее свершившегося, только ожидание этого…
Каждой женщине хочется верить, что это не она такая горемычная, а мужики попадаются паршивые. И в следующий раз повезет. Должно, потому что - сколько можно?
— Вы знаете историю толерантности в европейском обществе?
— В общих чертах.
— Сейчас наросла критическая масса. Толерантность насаждают те, кого до середины семидесятых кастрировали, причем иногда принудительно. Не морщитесь так, это стандартная европейская практика, да и в САСШ это существовало до середины семидесятых.
— Скатываемся к нацизму и евгенике?
— Нацизм сейчас проводят те, кто превращает европейцев в вымирающую расу. Извращенцы всех мастей, от педерастов до членодевок, и иже с ними. А также те, кто отвращает молодежь от духовных ценностей и привлекает их к противоестественным и богопротивным культам. Сейчас они перешли уже к неприкрытому насилию, стараясь полностью разложить наше общество.
Люди предавшие свои мечты , становятся пустыми.
Во что превратилась бы наша жизнь, если бы не надежда на лучшее.
Ты должна принять себя, осознать свои желания, стремления, избавиться от страха остаться одной. Только тогда ты сможешь любить, когда любовь для тебя будет дарением, а не попыткой стать хоть кому-то нужной, чтоб ощутить свою полноценность. Пустота может поделиться только пустотой. Ты не должна быть ничьим отражением, ты сама по себе слишком ценный экземпляр чтобы быть на кого-то похожей.
Я валялся на кровати в номере отеля, занимаясь ничегонеделанием, или пользуясь буддийскими терминами, «созерцанием» и занимаясь йогой, практикуя две самые важные асаны — «лежание на спине» и «лежание на животе».
...на фоне состоятельных утонченных клиенток, я как деликатес.
Лёля не выдержала и засмеялась.
– Кто?
– Зря смеёшься, я вполне серьёзно. Если этих дам можно сравнить с Нисуазом и Клафути, то я столовская пюрешка с котлетой. А для Алекса это и есть деликатес. Потому что он устал от изысканной французской кухни.
О! Моя дочь соизволила появиться на радарах и больше не прячется от папенькиного гнева. Следом приходит еще одна смс. «Я на баскетболе. Ремень спрятала».
Молодец, доця! Все предусмотрела.
— Вот значит с кем он спутался, козел рогатый.
— Это я рогатая, а он просто козел.
Малое преступление, оставшееся безнаказанным порождает насилие и беспредел.