Цитаты
286241
Предел способностей выявляется страданием - и желанием жить
Время самых страшных преступлений — ночь, ведь так? Оказывается, не всегда. Утром в городском парке, полном людей, убивают няньку и похищают ее трехлетнюю воспитанницу. Никто ничего не видел, не знает, а времени остается все меньше, ведь из-за особенностей здоровья девочка может погибнуть в любой момент. Вот только требований о выкупе нет, как нет и указаний на похитителя малышки. Дело доверяют следователю Яну Эйлеру и его напарнице — полицейской из Австралии, чье присутствие удивляет всех,...
Одежда — это больше, чем способ прикрыть наготу. Это барьер между телом и окружающим миром. Это доказательство, что ты — человек, а не животное, и у тебя есть право на отсутствие стыда.
Время самых страшных преступлений — ночь, ведь так? Оказывается, не всегда. Утром в городском парке, полном людей, убивают няньку и похищают ее трехлетнюю воспитанницу. Никто ничего не видел, не знает, а времени остается все меньше, ведь из-за особенностей здоровья девочка может погибнуть в любой момент. Вот только требований о выкупе нет, как нет и указаний на похитителя малышки. Дело доверяют следователю Яну Эйлеру и его напарнице — полицейской из Австралии, чье присутствие удивляет всех,...
На деле же мы всю неделю рассматривали жалобы служанок, тайные доносы стражников друг на друга и кляузы графских жен. И в реальности это еще веселее, чем звучит.
Меньше всего Таната Альмар хочет вернуться в родовой замок, потому с радостью принимает предложение королевского советника – стать частью эксперимента, научиться использовать свой дар. Таната – сильный эмпат, распутывать дворцовые интриги ей по плечу. Кажется, вот оно – желанное будущее! Но советник настаивает на работе в команде, и это все осложняет. Шесть разных людей, шесть характеров, шесть тайн. Шесть одаренных. Близнецы, способные менять внешность – от кого они скрываются и почему?...
- Поймай, если сможешь, ты сухая жердь!-крикнул он и состроил длинный нос...
Ах, какой маленький зелененький Водяной! Что, испугался? А ты знаешь, почему дети, которые читали сказки немецкого писателя Отфрида Пройслера, никогда ничего не боятся? Да это потому, что страшные-престрашные бабки-ежки, водяные и привидения живут лишь в книжках со сказками! А читать их весело и интересно.
Однажды утром отец-водяной сказал:– Пойдем, сынок, поплывем к берегу. Самое для тебя время высунуть из воды свой нос!И они поплыли к берегу, и Маленький Водяной впервые в жизни высунул из воды голову. Но сейчас же снова нырнул.– Боишься? – спросил отец.Маленький Водяной тер кулачками глаза.– Меня ослепило. Там, наверху, всегда так светло? – спросил он.– Когда светит солнце, всегда светло, – ответил отец-водяной. – Но ты к этому привыкнешь. Прищуривайся, когда выныриваешь, и дело пойдет. А еще лучше, смотри сквозь пальцы, вот так…Они вынырнули во второй раз. Маленький Водяной щурился и осторожно посматривал сквозь розовые перепонки между пальчиками.
Ах, какой маленький зелененький Водяной! Что, испугался? А ты знаешь, почему дети, которые читали сказки немецкого писателя Отфрида Пройслера, никогда ничего не боятся? Да это потому, что страшные-престрашные бабки-ежки, водяные и привидения живут лишь в книжках со сказками! А читать их весело и интересно.
Мать Маленького Водяного принесла гостям сперва суп из зеленой ряски, потом жареную рыбью икру с сушеными водорослями. Потом она поставила на стол салат, искусно приготовленный ею из колодезных жучков с мелко нарезанными стеблями калужницы. Кому всего этого было мало, мог еще отведать тушеных лягушачьих язычков и целую миску соленых стрекозиных личинок... Да, да, все не как у бедных людей!
Ах, какой маленький зелененький Водяной! Что, испугался? А ты знаешь, почему дети, которые читали сказки немецкого писателя Отфрида Пройслера, никогда ничего не боятся? Да это потому, что страшные-престрашные бабки-ежки, водяные и привидения живут лишь в книжках со сказками! А читать их весело и интересно.
«О, если бы я послушал Купринуса!» – подумал Маленький Водяной, но думать надо вовремя!
Ах, какой маленький зелененький Водяной! Что, испугался? А ты знаешь, почему дети, которые читали сказки немецкого писателя Отфрида Пройслера, никогда ничего не боятся? Да это потому, что страшные-престрашные бабки-ежки, водяные и привидения живут лишь в книжках со сказками! А читать их весело и интересно.
Не забывайте, что вы имеете здесь дело с историческими фигурами. Правильно или неправильно мы поступили, но мы исторические личности,а вы никто!
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Нельзя унести Родину на каблуках своих башмаков
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Победители всегда будут судьями, а побеждённые - обвиняемыми (Геринг)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Откройте огонь, и вы объедините нацию. (Риббентроп)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Боже мой! Миллионы евреев... Все убиты. Все истреблены! Убиты! Все убиты. Как я могу спать?(Лей перед самоубийством)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Нельзя сказать, что Гитлер изнасиловал немецкий народ. Он соблазнил его... (Франк)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Когда дело касается интересов страны, нельзя говорить ни о какой морали (Геринг)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Даже отправляя на тот свет миллионы людей, я вёл нормальную семейную жизнь (Гесс)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Кто становится солдатом, тот телом и душой принадлежит своему командиру. Он не должен решать, справедливо или несправедливо дело, за которое он идёт в бой. Его враги выбраны не им, а для него. Его долгом является повиноваться, а не спрашивать
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
Правильно или неправильно мы поступали, но мы исторические личности, а вы - никто!(Геринг)
Автор книги Аркадий Иосифович Полторак – бывший секретарь советской делегации в Международном военном трибунале, судившем в Нюрнберге главных немецко-фашистских военных преступников. Он пишет о том, что в ходе этого процесса видел собственными глазами и слышал сам. Читатель узнает из книги, почему именно Нюрнберг стал резиденцией Международного трибунала, как была «сформирована» скамья подсудимых, историю захвата и водворения на эту скамью лиц, виновных в тягчайших преступлениях перед...
-Я занята сейчас. -Что прямо до четверга?- с сарказмом рычу я. -Да, прямо...
Эта свадьба стала настоящей катастрофой, начавшись с конфуза в туалете и закончившись двумя полосками на тесте.
Полосками, которые, я думала, что не увижу никогда.
Полосками, подаренными мне самым неподходящим для этого человеком в мире.
Рамиль, я тебя убью!
Но сначала МЫ будем рожать!
-Оооо... Блин, Лена... Я это твоё "Оооо" на будильник поставлю. И мертвого поднимет...
Эта свадьба стала настоящей катастрофой, начавшись с конфуза в туалете и закончившись двумя полосками на тесте.
Полосками, которые, я думала, что не увижу никогда.
Полосками, подаренными мне самым неподходящим для этого человеком в мире.
Рамиль, я тебя убью!
Но сначала МЫ будем рожать!
Кадры из фильма "Чужой"... Они при нас подрались... Тоже мне, принцессы... Та, что поменьше, отвесила подзатыльник сестре, я точно видел... Дедовские замашки..
Эта свадьба стала настоящей катастрофой, начавшись с конфуза в туалете и закончившись двумя полосками на тесте.
Полосками, которые, я думала, что не увижу никогда.
Полосками, подаренными мне самым неподходящим для этого человеком в мире.
Рамиль, я тебя убью!
Но сначала МЫ будем рожать!
Мне не понравилась девушка, которая ее заменила. В молодости я бегал от девушек с таким голосом как от чумы. Секс, густо намазанный мармеладом. Ей самое место в программах для старшеклассников.
Эфир растревожен… В его волны вливается слишком многое — боль, цинизм, измена идеалам. Таковы люди, диктующие миру моду, стиль, образ жизни.
Но рабочий день завершается — и короли масс-медиа идут домой.
В пустоту. В усталость. В семьи, превратившиеся в унылое партнерство по жизни, и романы, обреченные на разрыв.
Это — бизнес. Это — жизнь.
Вера в Бога или вера в государство либо государственное устройство пугает меня и, будь у вас хоть капля здравомыслия, пугала бы и вас, потому что так или иначе вас попросят умереть за государство, то ли борясь с ним, то ли защищая его. Единственный выход, единственная возможность выжить — ни во что не верить. Ни в нашего Бога, ни в наши идеи, ни в наших людей, ни во что. Очень важно не иметь твердых убеждений, не создавать себе кумира, который могут оскорбить, которому могут угрожать, который придется защищать…
Эфир растревожен… В его волны вливается слишком многое — боль, цинизм, измена идеалам. Таковы люди, диктующие миру моду, стиль, образ жизни.
Но рабочий день завершается — и короли масс-медиа идут домой.
В пустоту. В усталость. В семьи, превратившиеся в унылое партнерство по жизни, и романы, обреченные на разрыв.
Это — бизнес. Это — жизнь.
Милая, наивная Китти, она все еще думает, что живет в мире, где можно вызвать полицию.
Эфир растревожен… В его волны вливается слишком многое — боль, цинизм, измена идеалам. Таковы люди, диктующие миру моду, стиль, образ жизни.
Но рабочий день завершается — и короли масс-медиа идут домой.
В пустоту. В усталость. В семьи, превратившиеся в унылое партнерство по жизни, и романы, обреченные на разрыв.
Это — бизнес. Это — жизнь.
Возможно, я ошибаюсь, но, исходя из того, что я слышал о коммунизме, из того, что я слышал о России, пусть в этой доктрине и в этой стране есть свои плюсы, выражать собственное мнение там не положено. Неужели ты не понимаешь, что попытку утверждать обратное здравомыслящий человек воспринимает как величайший цинизм?
Эфир растревожен… В его волны вливается слишком многое — боль, цинизм, измена идеалам. Таковы люди, диктующие миру моду, стиль, образ жизни.
Но рабочий день завершается — и короли масс-медиа идут домой.
В пустоту. В усталость. В семьи, превратившиеся в унылое партнерство по жизни, и романы, обреченные на разрыв.
Это — бизнес. Это — жизнь.
«Я пришел сюда, чтобы поговорить о политике, — с негодованием думал Арчер, — и к чему это привело? Стоит задать один вопрос, и на тебя вываливают гору информации. И ты узнаешь то, чего и знать-то не хотел. К сожалению, люди воспринимают себя единым целым и не могут сосредоточиться только на одном, интересующем тебя аспекте. Память человеческая слишком услужлива. Спроси ветерана войны, где он потерял ногу, и, прежде чем он ответит тебе, ты узнаешь историю дивизии, в которой он воевал, получишь подробный отчет о нескольких сражениях вкупе с характеристикой всех командиров и добрым словом всем павшим.
Эфир растревожен… В его волны вливается слишком многое — боль, цинизм, измена идеалам. Таковы люди, диктующие миру моду, стиль, образ жизни.
Но рабочий день завершается — и короли масс-медиа идут домой.
В пустоту. В усталость. В семьи, превратившиеся в унылое партнерство по жизни, и романы, обреченные на разрыв.
Это — бизнес. Это — жизнь.