– Ребята вам кофе не принести? Погадаете на гуще?
Я фыркнула.
– На той, что остается после растворимого кофе? Там надо гадать – почки или печень, желудок – или кишечник – что раньше прихватит?!
На хитрую мышь найдется хищная кошка...
не спрошу, так и не услышу.
Ты всегда красавица. Но бриллиант надо оправлять в платину, а не в глину.
Мы любим идеализировать умерших. В них нет ничего противного. Умерший человек становится лучше в наших глазах. Смываются слезами недостатки, увеличиваются призмой любви достоинства. Он уже не сделает никому гадость. Не ответит на твои покаяния чем-либо вроде: «а где ты был, пока я жил?», от него не получишь по морде и не услышишь о себе горькой правды…
Из паранормального у них только жадность.
– А что – в вашем Совете вампиров царит единодушие? И нельзя найти противовес Альфонсо?
– Искать спасения от медведя у льва? Разумно ли это?
Что такое ад?
Ад – это то, что внутри нас. Наши чувства. Наши мысли.
Свой ад мы строим для себя – сами.
И рай – тоже.
Недаром говорят – не за то вора бьют, что украл, а за то, что попался.
...счастье – в равновесии.
«Помнится, когда я была маленькая, подумывала о большой семье и трёх-четырёх детях. Сейчас я вообще не уверена, что мне стоит размножаться. Похоже, что это должны делать только проверенные психологами люди с железобетонными нервами и особенно крепким здоровьем. Остальным надо сначала серьёзно подумать.»
Порой, когда мы торопимся, жизнь пролетает мимо нас со скоростью света…
Я училась верховой езде, с переменным успехом — иногда лошадь убегала от меня, иногда я от нее, подгоняемая криком учителя верховой езды, который вот уже неделю пытался мне внушить что эти благородные животные не несут для меня совершенно никакой опасности.
У каждой медали есть две стороны, и иногда мы упорно видим только одну, потому что нам только её и показали.
У предательства нет срока годности, нет времени для забвения и прощения. Есть вещи, которые простить невозможно, а забыть – тем более.
Тот, кто ничего не имеет, никогда не сможет потерять столько, сколько тот, кто имел всё.
Страх не живёт вместе со смертью…только с жизнью. Запомни это, девочка. Когда перестанешь бояться, значит нет больше жизни в тебе.
запомни: у каждого есть что терять. Без исключения, у каждого. А терять – это больно. Когда начнешь терять, ты поймешь, что ничего в этом мире не стоит дороже того, что составляет смысл твоей жизни.
Когда любим, мы называем любимых иначе. Мы находим им самые сумасшедшие имена… клеймим их, как в знак принадлежности нам. Как будто подчеркивая особенное право, которое имеем только мы – называть их иначе, чем другие.
Никому не нужна жалость, нужна или помощь, или невмешательство.
И вот в результате такой деятельности он начал понемногу усваивать некоторые новые для него взгляды. Сущность их сводилась к тому, что человек живет затем, чтобы удовлетворять свои первобытные инстинкты, а христианская религия, мораль и прочие условности — всего лишь парадное одеяние, которое люди из века в век то снимают, то снова надевают, в зависимости от того, что подскажет им выгода, настроение или очередная причуда.
Может всё-таки уволиться? Буду жить в лесу, мыться в ручейке, есть ягоды, грибы, шишки.....
Вам знаком, быть может, этот тип людей, выросших в атмосфере обывательского благополучия и всевозможных мелких социальных предрассудков и претензий и лишенных некоторых необходимых извилин в сером веществе головного мозга, что мешает им видеть жизнь со всеми ее превратностями. Не познав нужды и не имея никакого жизненного опыта, такие люди смотрят на самих себя с величайшим благоговением и полагают, что само провидение печется о них и руководит их поступками.
А довольная женщина – счастливая женщина. Счастливая жена – счастливый муж. А где счастье, там и дети.
Я вредная?! Нет, я ангел, а жизнь-злодейка учит меня плохому, вот и адаптируюсь в невозможных условиях.