В конце концов, чем сомнительная вера в религию лучше веры в мифологию?
- Бытовая магия прекрасна, да? - улыбаюсь я.
- Вообще-то, я использовал боевую.
- Ты воевал с гречей и победил...
Я уже не смотрела на украшение, не в силах оторвать взгляд от глаз самого Джуна. Он, его слова, забота и его лицо были в разы прекраснее любого украшения, янтарных подвесок, Священного Клёна и всего остального, что я когда-либо видела.
"Заканчивать главу в жизни всегда тяжело, но порой необходимо. Для того чтобы выжить в Кейптоне, нужно иметь твердую позицию и отстаивать ее, несмотря ни на что, иначе тебя погребет под собой пучина. Так просто простить человека, который тебе симпатичен. Сегодня ты оправдаешь его, завтра поможешь, а потом не заметишь, как сама окажешься по другую сторону закона. Я не могла себе позволить ничего подобного. Мои убеждения и идеалы – это то, чем я отличалась от таких, как Трион. Еще несколько дней назад я бы добавила и Кэлз, но сейчас язык не повернулся."
- Ты слышала что-нибудь о платье мести Принцессы Дианы?-Борис только вопросительно изогнул бровь.-Нет. Ну ладно...
А я слышала и о принцессе Диане, и видела взгляд своей свекрови, так что могла два плюс два в своей голове.
Старайтесь во всех удачах благодарить обстоятельства, а во всех неудачах винить только себя.
Я не люблю работы - никто ее не любит, - но мне нравится, что она дает нам возможность найти себя, наше подлинное "я", скрытое от всех остальных, найти его для себя, не для других.
...быть может, вся мудрость, вся правда, вся искренность сжаты в этом одном неуловимом моменте, когда мы переступаем порог смерти.
Обычное явление — отчаянно ищешь того, кого потерял. Но рано или поздно понимаешь — поиски бесполезны. Ушедшие от нас никогда не вернутся.
Завоевателю достаточно грубой силы, и хвастаться здесь нечем, ведь сила эта происходит лишь от слабости других.
… трудящийся достоин награды за труды свои!
По натуре своей они – домоседы, и их дом – судно – всегда с ними, а также и родина их – море. Все суда похожи одно на другое, а море всегда одно и то же.
Нас спасает сознание целесообразности, верное служение целесообразности.
В этом мире ни один человек не может почитать себя застрахованным от беды.
От вранья несет смертным духом…
Есть, в конце концов, какая-то причина, по которой люди позволяют одному украсть лошадь, тогда как другой даже поглядеть не смеет на недоуздок.
Любопытно, до какой степени женщины далеки от реальной жизни. Они живут в мире, ими же созданном, и ничего похожего на этот мир никогда не было и быть не может. Он слишком великолепен, и, если бы они сделали его реальным, он бы рухнул еще до заката солнца.
Мы живем и грезим в одиночестве...
Дело в том, что он был одаренным существом, и из всех его талантов подлинно реальной была его способность говорить – дар слова, дар ошеломляющий и просветляющий, самый возвышенный и самый презренный, пульсирующая струя света или обманчивый поток из сердца непроницаемой тьмы.
Завоевание земли - большей частью оно сводится к тому, чтобы отнять землю у людей, которые имеют другой цвет кожи или носы более плоские, чем у нас, - цель не очень-то хорошая, если поближе к ней присмотреться. Искупает ее только идея, идея, на которую она опирается, - не сентиментальное притворство, но идея.
Люди видят лишь внешнюю оболочку и никогда не могут сказать, что за ней скрывается.
Даже скорбь может в конце концов перейти в ярость, хотя обычно она переходит в апатию.
беда не притягивается словами, сказанными в спальне. никто не может остановить надвигающуюся бурю. также беду, которой суждено прийти, ничто не остановит.
«Осталось треклятых полгода, и я твёрдо намерен уйти из этого места вместе с тобой».
Даже если они доберутся до императора и моего западного брата, то никто за тобой не придёт. Все решат, что ты мертва. Теперь ты навсегда останешься здесь. Никто не придёт за мной.