Любовь, настоящая любовь должна занимать в душе все без остатка, не оставляя шанса ничему другому.
хочешь ты того или нет, но в жизни будут не только взлеты, но и падения, и от того, с каким достоинством ты сможешь пережить проигрыш, во многом зависит твоя дальнейшая жизнь.
Одиночество – это не больно, это грустно, тоскливо, хоть волком вой, но не больно.
Очень опасно встретить женщину, которая полностью тебя понимает. Это обычно кончается женитьбой
хочешь выиграть бой – придерживайся стратегии.
- Да что ты знаешь о любви? - смотря на него, немного изогнув бровь. - Любовь не так красива, как кажется на первый взгляд. Любить - это болеть! Страшное. Лютое. Пожирающее чувство. Любовь пускает корни в твое сердце, разрастается там словно сорняк, давит, мешая тебе свободно дышать. Ты загибаешься, а оно продолжает расти в тебе. Агония в твоей груди вызывает лихорадку по всему телу. В глазах горит одержимость. А ты.... - оглядев его придирчивым взглядом. Молодой, красивый парень. Выглядит обиженным на мои слова. Но в этих глазах я не вижу любовь. Я ему интересна, не более. - Ты выглядишь... чертовски здоровым!
– Лорен Элизабет Дэннер, – задумчиво протянул он. – Красивое имя – Элизабет; но и Лорен ничуть не хуже. Эти имена тебе подходят.
Ей было тяжело выносить эту сладкую пытку – терпеть его флирт, и Лорен ожесточенно заявила:
– Меня назвали в честь двух незамужних теток. Одна из них страдала косоглазием, а у другой были бородавки.
Мэри Каллагэн – это имя было на табличке, стоящей на письменном столе седовласой секретарши – обрадовалась появлению Лорен в своем кабинете ничуть не больше, чем сама Лорен.
– Вы очень молоды, мисс Дэннер, – подвела она итог, скользнув по фигурке и лицу девушки холодным взглядом.
– Обещаю поскорее состариться, – парировала Лорен.
– Семья Хорэса уже несколько поколений сидит на нефти, – пояснил он.
– Должно быть, это ужасно неудобно, – пошутила Лорен.
Не всегда чувства - главное в нашей жизни
Сам не прочь отсюда свалить, но жена… С каждым днем рождения у меня все сильнее впечатление, что она репетирует поминки. Духовой оркестр, бабы, как одна, в черных платьях, икебаны в каждом углу… И вид у всех такой важный, словно не бухать пришли, а провожать в последний путь.
"Последний раз я видела лучшего друга раздетым, когда ему было пять. В то время он еще не дошел до светлой мысли, что ни одна сволочь не имеет права без высшего дозволения таращиться на его божественные телеса и спокойно разгуливал по двору в исподнем."
"А как же деньги?! Где классическая фраза: «Возьми шейры и исчезни из жизни моего идеального сына»? В воображении я почти все потратила на благотворительность и приколола благодарственную грамоту к личному делу. Пусть будущее начальство видит, что к ним пришел не просто бытовой маг, а натуральное золото, радеющее за благополучие людей и брошенных на улицу домашних химер! Но, судя по тому, как Илайза крепко меня обнимала, денег ждать не следовало."
"Неожиданно на карминовых губах женщины вспыхнула широкая, дружелюбная улыбка. Илайза сгребла меня в охапку и с восторгом пропела на ухо:
– Как же я рада с тобой познакомиться! Называй меня мамой, дорогая!
Мама дорогая! Что делается-то?"
"– Каким образом вам удается вcегда оставаться вдвоем? - искренне заинтересовался он, не замечая, что за нами следит вся столовая.
– Ты ни разу не разговаривал с Мейзом? – уточнила я.
– Не приходилось.
– Тогда просто помни, что терпимость – одна из благодетелей божественного слепца."
"– Масстреса Роуз поклялась каждое утро до конца учебного года приносить мне кофе, - с невозмутимым видом заявил Гаррет во всеуслышание. – Я просто не мог отказать ей в бескорыстной помощи."
— У нас с мужчинами вообще разная психология. Дело не в том, что ты из Британии, а он из Латвии. Дело в том, что они — с Марса, а мы с Венеры.
... он понимает меня и не говорит, а делает. Поступки намного важнее слов...
никогда нельзя оправдывать ни людей, ни ситуацию, всегда надо смотреть на происходящее трезво и, когда понимаешь, что все плохо, сразу же уходить, потому как после этого обязательно станет еще хуже.
Любовь может быть только взаимной. Все, что происходит лишь с одной стороны, – болезнь
Людей объединяют воспоминания, а когда это еще и детские воспоминания, то это вообще железобетонный клей.
за все придется расплачиваться. Хочешь ты или нет, но когда-нибудь бумеранг вернется, и тогда придется ответить за то выжженное поле, что ты оставляешь за собой.
линия раздела между прошлым и будущим – это только иллюзия, какой бы прочной она ни была.
Время все расставит по своим местам, оно не подстраивается под наши оправдания. Время всегда честно в своих выводах.
Нельзя людей сделать счастливыми насильно. Счастье – понятие добровольное, и только те, кто готовы его принять, могут стать счастливыми.