он всегда старался защититься от всех эмоций, которые могут привести к боли в сердце и душевной боли. Потому что разбитое сердце – это ужасно.
— …Каждое новое поколение оставляет нам людей, которые помнят об ошибках человечества.
— …Люди не должны забывать, сказал он, что на земле им отведено очень небольшое место, что они живут в окружении природы, которая легко может взять обратно все, что дала человеку.
— …У человека есть одно замечательное свойство: если приходится все начинать сначала, он не отчаивается и не теряет мужества, ибо он знает, что это очень важно, что это стоит усилий.
«Считать метафору доказательством, поток праздных слов источником истины, а себя оракулом — это заблуждение, свойственное всем нам», — как сказал однажды мистер Поль Валери.
«И карлик, взобравшись на плечи великана, видит дальше его!»
— Кто не созидает, должен разрушать. Это старо как мир.
— …Наша цивилизация несется к гибели. Отойдите в сторону, чтобы вас не задело колесом.
— …Не ждите спасения от чего-то одного — от человека, или машины, или библиотеки. Сами создавайте то, что может спасти мир, — и если утонете по дороге, так хоть будете знать, что плыли к берегу.
— …Книги существуют для того, чтобы напоминать нам, какие мы дураки и упрямые ослы. Они как преторианская стража кесаря, которая нашептывала ему во время триумфа: «Помни, кесарь, что и ты смертен».
— Но у нас достаточно свободного времени!
— Да. Свободного времени у нас достаточно. Но есть ли у нас время подумать? На что вы тратите свое свободное время?
Если не хочешь, чтобы человек расстраивался из-за политики, не давай ему возможности видеть обе стороны вопроса. Пусть видит только одну, а еще лучше — ни одной.
— …Крутите человеческий разум в бешеном вихре, быстрей, быстрей! — руками издателей, предпринимателей, радиовещателей, так, чтобы центробежная сила вышвырнула вон все лишние, ненужные, бесполезные мысли!..
А еще я думал о книгах. И впервые понял, что за каждой из них стоит человек. Человек думал, вынашивал в себе мысли. Тратил бездну времени, чтобы записать их на бумаге.
Грей гневно посмотрел на брата и добавил:
– Дура и невинная девушка – это не одно и то же.
– Мне очень не хочется тебя разочаровывать, моя дорогая, но слухи о пороках и грехах мужчины крайне редко уменьшают количество конкуренток. Если твоя мать планировала именно это, то план был глупый. И этот слух еще раз подтверждает мое мнение о них: слухи – это только развлечение для тех, кому скучно и кто мается от безделья, и ничего больше.
Превосходный переводчик Валентин Сметанич (Стенич), переводя с немецкого французский роман Шарля-Луи Филиппа, изобразил в переводе, как юная внучка, посылая из Парижа деньги своему старому дедушке, живущему в деревенской глуши, дает ему такой невероятный совет: – Сходи на эти деньги к девочкам, чтобы не утруждать бабушку.…
– Знаешь, Тони, у нас с Даэроном был один гувернер. И каждый раз, когда он нас порол розгами…
– Вас?!
– И поверь, за дело. Вот он повторял одну и ту же фразу. Пока верхние полушария не включатся, будем нижние стимулировать.
Антония прыснула.
– Помогло?
– Не уверен. Но сидеть было больно.
— ...Ребенок от любимого мужчины — это…
— Это продолжение мига бесконечности любви, — подсказала Катя.
Все в жизни можно перенести. Все, кроме даты рождения и смерти...
Любовь, она ведь не возрождается заново, что бы ни говорили. У нее, как и у людей, одна жизнь. Она может впасть в анабиоз, ее можно глубоко и больно ранить — выкарабкается. Но если уже умерла… Любовь, она или есть — или нет, или жива — или мертва.
Меня укусил комар! — закричал Поросёнок. — Иди поколоти его! — Я должен п о к о л о т и т ь комара? — удивился Лис. — Сделай из него к о т л е т у! — бушевал Поросёнок. Он был такой сердитый, что Лис решил пойти разобраться, в чём дело.
- Заботиться о женщине - признак джентльмена.
Было бы лекарство, болезнь найдется.
...закон - это гибкий прут, изгибающийся туда, куда требовал клиент.