Смерть – это окончательная правда.
Пьяная скотина – такая особая категория мужчины. Он твердо уверен в своей привлекательности, а такие мелочи, как мнение дамы, обычно сию скотину и в трезвом виде не волнуют.
Люди – существа странные. Им всегда легче уничтожать того, кого ненавидишь. Как делать пакость человеку, к которому хорошо относишься? А тут – накрути себя, наверти, убеди, что конкретно этот тип – враг народа в целом и тебя в частности, и всяко легче будет. Ты уже не пакость делаешь, а борешься со злом.
Если дурная голова не дает ногам покоя, значит, надо занимать ноги работой. И побольше, и почаще.
В моей душе шевельнулось сочувствие, но было отловлено и удушено не дрогнувшей рукой.
Зарплата - мой компас земной, а надбавка - награда за сме-е-елость! Статейки довольно одной, чтоб завтра толпа разшуме-е-елась!
«Я знаю, что здесь происходит, когда меня нет, но если я хоть раз обнаружу этому доказательства, ваш дом свиданий закроется на бесконечное проветривание». Именно у Лидии Львовны я обрел навыки высококлассной уборщицы. Потеря такого будуара была бы для нас катастрофой.
В момент нашей встречи ей было к восьмидесяти, ровесница так сказать Октября, презиравшая этот самый Октябрь всей душой, но считавшая ниже своего достоинства и разума с ним бороться. Она была аристократка без аристократических корней, хотя и пролетариат, и крестьянство ее генеалогическое древо обошли. В жилах местами виднелись следы Моисея, о чем Лидия Львовна говорила так: «В любом приличном человеке должна быть еврейская кровь, но не больше, чем булки в котлетах». Она была крепка здоровьем и настолько в здравом уме, что у некоторых это вызывало классовую ненависть.
А этот честный и благородный, дракона на него нет. Драконы, они благородных любят. Из лат выгрызать не надо, и отравленные кинжалы потом в животе не бурчат.
Он всхлипнул и вытащил меч. У меня отвисла челюсть. Не знаю, как убивать, но отпиливать им трофейную голову пришлось бы долго. Такого неуважения к противнику я еще не видывала.
Белория, расположенная за Ясневым Градом, вообще именовалась «братской державой» — то есть если и пакостила, то исподтишка и не признаваясь.
Кто не умеет сдерживаться, тот проигрывает.
И тонкое одеяло шевелилось над его молодой мечтательной страстью.
«Мы собрались восхвалять Цезаря, а не хоронить его», к счастью. Выражение признательности, а не панегирик.
В делах следует говорить только о самом главном. Если тебе нечего сказать, лучше молчи, пусть говорит партнёр. Рано или поздно он проговорится.
Идиоты тоже иногда бывают правы – как и остановившиеся часы.
— Мечты, что прикажете с ними делать? — любила говорить Олине. — Иногда они проходят быстро, и конец у них, как правило, бывает печальный. А иногда носишь их в себе всю жизнь.
Несмотря на старость, голова у нее была как комод. То, что однажды попало в нее, лежало на своем месте и в любую минуту могло быть извлечено наружу.
Все на свете предопределено заранее. Люди лишь инструменты в жизни друг друга.
Супружескую жизнь можно сравнить с огурцом, засоленным в слишком сладком рассоле. Без куска перченого мяса его не проглотишь.
Знания — это верный друг, но приобретается эта дружба дорогой ценой.
... человек поступает так, как ему нужно. И не спрашивает совета, если может обойтись без него.
Важно не что и как происходит на самом деле, а что и как происходит в представлении людей.
Человек видит лишь то, что способен увидеть.
И вдруг между ними пробежала искра! Яркая, как фосфорическая вспышка, в этой полутемной, почти пустой комнате. Неудержимая, грубая страсть! Сестра ненависти и мести.