Эти умные женщины – такой же геморрой, как и глупые мужчины
Не стоит доверять слугам слишком много, среди них бывают очень алчные до денег.
Ответственность предполагает честность
мужчины не обсуждают чувства! Только выгоду
Некрасивую женщину могут взять в жены ради денег, связей или талантов.
"- Внешний вид обманчив, - спокойно возразил сэр Алджернон ТоробредПилт. - За поясничными стенами может скрываться много зла и пороков. Посторонние редко догадываются, что действительно происходит за красивыми фасадами."
– Влюбленный волк уже не хищник, влюбленный волк уже пушистик, – усмехнулся Громов.
– Профессию надо выбирать, как наряд, Елена Вячеславовна, как говорит мой отец. Чтобы не только глаза радовались, но и душа. В ином случае, это называется рабство. Когда нет ни желания, ни вдохновения, ни мотивации…
простой люд, которому было, на самом деле, плевать, кто «пьет их кровь», и вовсе не заметил перемен в жизни – плохо было всегда.
Он, как змея, заползал в душу, гнездился в ней, все больше расширяя свое пространство, и лишая тебя своего собственного лица и своих мыслей.
Та, прошлая Таня ушла, и на ее место пришла другая, о которой ей всегда говорила мама. Пришла строгая и сильная женщина со стержнем из редкоземельного металла. Такой можно согнуть не силой, но любовью и искренностью. Только вот, Таня теперь не верила ни в то, ни в другое, а значит, все пути к ее сердцу были закрыты, и не существовало ни одной отмычки, что открыла бы эту дверь. Так считала она сама.
В семнадцать лет многое кажется по-другому. Неокрепшая душа еще делит мир на черное и белое, не приемля полутонов. Она не понимает, что не всегда есть только свет и тьма, что не все так просто в нашей жизни. Что обида может быть скоротечна, что ненависть может быть не до конца жизни, а любовь не до гроба. Что на место разрушенным надеждам и мечтам придут другие. В семнадцать лет кажется, что с разбитыми мечтами заканчивается и сама жизнь…
Делать для людей что-то безвозмездно... Вы этого не цените. Вам только дай повод, вы тут же сядете на шею, да еще и кривиться будете, почему так медленно или почему столько крови, забыв, что вам никто ничем не обязан и делает по доброте душевной. Вы такие порывы быстро превращаете в обязанности того, кто так неосмотрительно поступил. И однажды начинаете требовать, а не просить...
— Я думала, она меня понимает. Она тоже была с Земли.
— Точно дура! - обрадовалась кузина. - Да какая разница откуда? Если человек дерьмо, то плевать где он родился.
Степень моей увлеченности приближается к отметке “влюблен, как болван”.
— Ты на меня наорал. - сообщила тому, кто на мгновение прикрыл глаза. - И вообще вел себя как мудак. А потом оказалось, что мудак может быть очень даже ничего.
— Это сказала инфантильная истеричная девчонка, с ошеломительными глазами.
— Мы стоим друг друга.
— Ты не хочешь жениться
— Скажем так… этот период жизни был запланирован у меня гораздо позже. - в шепоте Дариана послышалась ирония. - Но одна девушка просто поменяла все мои планы. Теперь мне надо защищать ее и воспитывать.
— Я тебе не ребенок!
— Так и я не воспитатель. Так что отличная парочка из нас, не находишь? А теперь сделай серьезное лицо, нам сейчас будут зачитывать права и обязанности.
— Все хорошо?
— Меня пытались загрызть. А так отлично.
Нет более обманчивой вещи чем точная статистика.
— Нам в главный корпус. - говорил Дариан, пока машина заезжала на крытую стоянку. - Я провожу тебя до зала сбора. На всякий случай.
— Боишься, что заблужусь?
— Боюсь, что здание не устоит, если ты заблудишься и решишь сама найти путь. - с самым серьезным видом сообщил Дариан.
мысли скакали с одного на другое, и не хотелось думать о том, что Таня сама дура, ведь столько раз прощать предательство Кости, которое он умело вуалировал под ее недоверие к нему – большая глупость.
Часы отдыха были ценны еще и тем, что их всегда не хватало
– Костя уже не ее мужчина, а если быть честной, он никогда не был ее мужчиной. Это она была его… Его увлечением, или, может, занятным зверьком.
Таню словно окатили ледяной водой – она была виновата в любом случае! Она смотрела на мужчину, которому доверяла, которого слушала и слушалась, ближе которого у нее просто не было. В этот момент она поняла, что после смерти мамы она все время была одна, иллюзия защищенности сейчас сползала с ее глаз как пелена, как розовые очки.
Так выходит на первый план вопрос выживания, когда перед тобой стоит человек с ружьем – уж точно не до любви, которая оказалась лишь фантиком.