Іменна гэта заўсёды здараецца са словамі, мы паўтараем іх пастаянна, але ў некаторых выпадках яны з незразумелай прычыны больш заўважныя.
Няма нічога горшага для тых, хто працуе, чым прысутнасць таго, хто нічога не робіць.
Нават найлепшыя навіны не бываюць добрымі для ўсіх.
Врачи- не боги. Однако иногда им приходиться подчищать за судьбой ее ошибки, поскольку больше этого сделать некому
Я кружил во круг слова на "с". Доктора всегда так делают. Мы не любим это слово. Оно - наш враг, мы сражаемся с ним каждый день. Но рано или поздно всегда проигрываем.
Но я был тогда удивительно наивен и полагал, что большинство людей мечтает о том же, что и я. Как я ошибался, считая очевидным неприемлемость личного счастья вне контекста всеобщего душевного благополучия! Большинство об этом даже не догадывалось и при каждом удобном случае тянуло одеяло на себя.
Нужно относиться серьезнее к своим желаниям, они, по милости Божией, всегда сбываются. Сбываются у всех, и по достижении Высших Сфер образуют невообразимый хаос, будучи не скоординированными между собой.
Массовому зрителю, по большому счету, все равно, что ты делаешь на экране, он хочет запомнить тебя, чтобы твой образ стал еще одним элементом личностной самоидентификации. «Это корова, она дает молоко, живет в моей деревне, где живу я, а я Боря Борисов». Вот рабочая схема популярности. И телеиндустрия работает с ней.
Момент узнавания актера в жизни – единственный критерий его успеха, во всяком случае для продюсеров, пусть они играли в детстве на скрипочке, в молодости «болели» Ницше, а в более зрелом возрасте отдали предпочтение творчеству Тима Бёртона. Это не имеет значения. Твоя цена у них – количество узнаваний на улице. Продюсерами в работе руководят мотивы значительно более веские, нежели весь накопленный ранее культурный бэкграунд или принятые у воспитанных людей представления о художественной ценности производимого продукта. Хотя бывают исключения, чаще среди телевизионных продюсеров, что объясняется их гипотетической возможностью самим моделировать вышеупомянутый «ключ узнаваемости».
По младенческой наивности я когда-то полагал, что слава и трехпалубная яхта неотделимы друг от друга, как государство и военно-промышленный комплекс. Это не так. Одно автоматически не подразумевает другого.
Наши ценности не просто набор чувств. Наши ценности - это истории.
Amor fati, по Ницше, значила безусловное принятие жизни и всех жизненных переживаний: взлетов и падений, осмысленности и бессмысленности. Она подразумевала любовь к собственной боли, принятие своего страдания. Она подразумевала преодоление разрыва между своими желаниями и реальностью не за счет исполнения желаний, а просто за счет довольства реальностью.
Стать взрослым - это научиться поступать правильно исключительно потому, что это правильно.
... чем дольше мы живем с нарративами, тем реже мы замечаем, что они вообще у нас есть. Они становятся фоновым шумом для наших мыслей, внутренней обстановкой нашего сознания.
Ценности, которые мы выбираем по жизни, кристаллизуются и образуют шапку на вершине нашей личности. Единственный способ изменить свои ценности - испытать нечто такое, что будет им противоречить.
«Так в одиннадцать лет у него появилась самостоятельная жизнь, еще у мальчика было чувство голода». Не самое лучшее сочетание, но за самостоятельность, как известно, приходится платить.
– Кот – это глагол, – безапелляционно заявила Арина. – Что? – глаза преподавателя округлились от удивления. – Задай вопрос! – Кот что делал? – ни на секунду не смутившись, девочка смутила уже педагога. – Что делал – значит, глагол. И как тут поспоришь?
На мой взгляд, первостепенная задача школы – дать отличную базу основных знаний.
Подчеркиваю, БАЗУ ОСНОВНЫХ знаний.
Ту базу, на которой вуз и сможет построить будущего специалиста. К сожалению, в массе своей наша школа проваливается в этом направлении.
Чем, к примеру, занимается современный российский учитель в такой же современной и не менее российской школе в старших классах? Учит? Я вас умоляю… Пытается сделать все возможное, чтобы ученик сдал ЕГЭ, а это не одно и то же.
Хитрость заключается в том, что на определенный уровень необходимо попасть сразу, так как очень сложно, скорее, невозможно поменять его, особенно в такой устоявшейся системе, как наше общество. В этом-то и идея: сразу попасть именно на тот уровень, в котором будешь себя наиболее органично чувствовать, и точность попадания в данном случае исключительно важна, так как это — на всю оставшуюся жизнь
В отличие от людей Викторианской эпохи, которые построили это место, сегодня люди считают кладбища дурными местами и приходят сюда гулять в лучшем случае за острыми ощущениями, а в худшем – чтобы испытать судьбу. Но на самом деле их беспокоит напоминание о собственной смертности. В конце концов, это единственное, в чем мы все можем быть уверены. Неважно, насколько мы здоровы, прекрасны, богаты, гибки, замечательны, смелы, остроумны и насколько тщательно чистим зубы, – мы все умрем. Это может казаться несправедливым, но напрасно.
Только представьте, если, после того как ты прошел через все молитвы, извинения, прощания и мудрые советы семье и друзьям, несмотря на факт, что ты умираешь, хоть и предпочел бы просто полежать и выпить чашечку чая, именно в момент смерти тебя посещает пикантная мысль о Джордже Клуни. Ты ничего не можешь с этим поделать. Она просто возникает у тебя в голове, пока ты отбрасываешь коньки. И все – твоя таратайка направляется в ад.
Я прощаюсь с Салли на автобусной остановке и желаю ей счастливого Нового Года. Она наклоняется, целует Хайзума в голову, поворачивается и машет мне рукой. – Идите нахрен и похлопайте в ладоши! Лучше и не скажешь.
Жизнь полна маленьких радостей, если знаешь, где искать.
Не держи ангелов в кармане. Отпусти, пускай летят.
Когда для кого-то из твоих любимых умолкает музыка, ты не прекращаешь танцевать. Ты танцуешь дальше и для них тоже.