Цитаты
286393
Быть дома - значит быть там, где ты себя чувствуешь лучше всего, вы так не думаете?
Шарко всегда сравнивал первые дни расследования с началом охоты. Сыщики – это свора гончих, устремившихся в погоню за дичью. С той разницей, что на этот раз дичью оказались именно они, Люси Энебель и Франк Шарко, полицейские с Набережной Орфевр, 36. На кону стояло само существование их семьи, благополучие их маленьких сыновей. В подвале дома, затерянного в южном пригороде Парижа, Люси, сражаясь за собственную жизнь, застрелила преступника-маньяка. Подоспевший ей на помощь Франк Шарко уничтожил...
Дети – как растения, их нельзя оторвать от корней, не причинив непоправимого вреда.
Шарко всегда сравнивал первые дни расследования с началом охоты. Сыщики – это свора гончих, устремившихся в погоню за дичью. С той разницей, что на этот раз дичью оказались именно они, Люси Энебель и Франк Шарко, полицейские с Набережной Орфевр, 36. На кону стояло само существование их семьи, благополучие их маленьких сыновей. В подвале дома, затерянного в южном пригороде Парижа, Люси, сражаясь за собственную жизнь, застрелила преступника-маньяка. Подоспевший ей на помощь Франк Шарко уничтожил...
В те далекие времена, когда такие первооткрыватели, как Магеллан, Васко да Гама или даже Пифей, отправлялись в свои путешествия, несомненно, многие люди думали, как же глупо вот так рисковать жизнями и тратить огромные средства ради того, чтобы узнать, что скрывается за горизонтом. Но эти пионеры находили там не то, что они ожидали увидеть, и их путешествия и открытия в конце концов изменяли картину мира. Подобным же образом исследования космоса при помощи научных автоматов и телескопов, а также наземной астрономии помогают нам изучать новые миры на расстоянии и узнавать множество фактов о Вселенной, о которых мы раньше не подозревали и не ожидали того, что наткнемся на них.
Известный космический журналист Нэнси Аткинсон собрала в своей книге захватывающие рассказы более чем 35 инженеров и ученых NASA (Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства). Вы проникнете за кулисы космических проектов, и ваши взгляды об устройстве Солнечной системы в корне изменятся. Трудности и триумфы космических исследований, дух открытий, цветные фотографии, демонстрирующие научные победы и поражения, потрясающие виды Вселенной – все это в книге...
— Занятная штука информация. Вроде и пустячок, но без него в некоторых ситуациях не обойтись.
До чего же непросто спасти принцессу, если сама же ее и похитила! Теперь води женихов по запутанным тропкам Темного леса и делай вид, что ты тут ни при чем. И это когда один наглый полуэльф из кожи вон лезет, чтобы вывести тебя на чистую воду, а черный маг задался целью отомстить. Но настоящая ведьма справится с любой напастью. И не только проведет, но и доведет кого угодно!
"Манипулировать здравомыслящими людьми - все равно что пасти баранов. На это уходит много сил, и если гонять их по одному, ничего не выйдет. Но если найти нужного барана и заставить его двигаться в правильном направлении, остальные пойдут за ним."
Это мир, в котором разум влияет на реальность, в котором вера определяет законы физики. Но нет веры сильнее той, что дает безумие, и здесь наиболее могущественны те, кто безумен больше прочих. Это мир, в котором умершие подчиняются на том свете своему убийце. Это мир, в котором верой можно сотворить бога. Ведь если люди считают кого-то всемогущим, после смерти он им станет (по крайней мере, так гласят предания) и будет безраздельно служить тому, от чьей руки пал. И когда банда странствующих...
"Все на свете делается из эгоизма. Жизнь, полная вероломства и недоверия, дала Штелен понять одно: если кто-то помог тебе, это было потому, что они тем самым помогли самим себе. В тот момент, когда общий интерес сходит на нет, правда становится очевидной, а ты чувствуешь, как они всаживают тебе нож в спину".
Это мир, в котором разум влияет на реальность, в котором вера определяет законы физики. Но нет веры сильнее той, что дает безумие, и здесь наиболее могущественны те, кто безумен больше прочих. Это мир, в котором умершие подчиняются на том свете своему убийце. Это мир, в котором верой можно сотворить бога. Ведь если люди считают кого-то всемогущим, после смерти он им станет (по крайней мере, так гласят предания) и будет безраздельно служить тому, от чьей руки пал. И когда банда странствующих...
"Из-за богов, конечно, люди время от времени вели религиозные войны, но вина за большинство величайших трагедий мира однозначно лежит на самих людях".
Это мир, в котором разум влияет на реальность, в котором вера определяет законы физики. Но нет веры сильнее той, что дает безумие, и здесь наиболее могущественны те, кто безумен больше прочих. Это мир, в котором умершие подчиняются на том свете своему убийце. Это мир, в котором верой можно сотворить бога. Ведь если люди считают кого-то всемогущим, после смерти он им станет (по крайней мере, так гласят предания) и будет безраздельно служить тому, от чьей руки пал. И когда банда странствующих...
– Ты настолько разумен, – задумчиво проговорил Вихтих, – что из тех, кого я встречал, ты – самый безумный. Ты так упорно держишься за здравый смысл и стабильность, хотя и то и другое явно не более чем миф. Ты веришь, что, если делать вид, будто мир не безумен, он и вправду таким станет. – Он с удовольствием рассмеялся и добавил: – Ты, пожалуй, самый сумасшедший человек в мире.
Это мир, в котором разум влияет на реальность, в котором вера определяет законы физики. Но нет веры сильнее той, что дает безумие, и здесь наиболее могущественны те, кто безумен больше прочих. Это мир, в котором умершие подчиняются на том свете своему убийце. Это мир, в котором верой можно сотворить бога. Ведь если люди считают кого-то всемогущим, после смерти он им станет (по крайней мере, так гласят предания) и будет безраздельно служить тому, от чьей руки пал. И когда банда странствующих...
Словно портрет Дориана Грея - все тревоги, которые должны были истрепать отца, отражались не на нём, а на матери.
После смерти матери и бабушки заботы о брате и сестре легли на плечи старшей сестры Исмы. Она отодвинула в сторону свои мечты, забыла о своих амбициях и посвятила себя Анике и Парвизу. И вот они выросли, и каждый пошел своим путем. Исма свободна и готова вернуться к университетской карьере. Но беспокойство за брата и сестру никуда не исчезло. Аника взбалмошна и слишком красива. А Парвиз выбрал темный путь – сгинул в мареве Ближнего Востока, стремясь понять их отца-джихадиста. Перед Исмой,...
Вот ради чего весь труд, вся борьба, все волнения, этому отдаешь всю свою зря растраченную жизнь! Ради того, чтобы тебя приглашали всякие бездушные люди, жали тебе руки – чтобы лемурам было о чем поболтать, прежде чем пожрать!
Знаменитый актер утрачивает ощущение собственного Я и начинает изображать себя самого на конкурсе двойников. Бразильский автор душеспасительных книг начинает сомневаться во всем, что он написал. Мелкий начальник заводит любовницу и начинает вести двойную жизнь, все больше и больше запутываясь в собственной лжи. Офисный работник мечтает попасть в книжку писателя Лео Рихтера. А Лео Рихтер сочиняет историю о своей возлюбленной. Эта книга – о двойниках, о тенях и отражениях, о зыбкости реальности,...
Искусство бессмертно и дарит бессмертие, вбирая в себя жизнь, страсть и смерть. Ему неважно, от чего оттолкнуться, важен полет.
Закат. Алый, багряный, кровавый… Звенит невидимый колокол, гремят пушки, и идет, идет в никуда непонятная синеглазая женщина… Завершается цикл, завершается круг, события летят к финалу, и их уже не остановишь. Излом срывает маски и назначает цены. Все дешевле золото, все дороже кровь. Дрожат горы, обесцениваются договоры, смеются и плачут спутники сгинувших богов и изначальные твари, но право выбора не отменит даже Излом. Руперт фок Фельсенбург и Ричард Окделл, кардинал Левий и епископ...
Вы, кажется, в плену терзаний? Бросьте! Уныние в лохмотьях и коросте — Дурной союзник и судья дурной. Жизнь – это бал! Пора б взглянуть, друг мой, Какие демоны к нам напросились в гости.
Закат. Алый, багряный, кровавый… Звенит невидимый колокол, гремят пушки, и идет, идет в никуда непонятная синеглазая женщина… Завершается цикл, завершается круг, события летят к финалу, и их уже не остановишь. Излом срывает маски и назначает цены. Все дешевле золото, все дороже кровь. Дрожат горы, обесцениваются договоры, смеются и плачут спутники сгинувших богов и изначальные твари, но право выбора не отменит даже Излом. Руперт фок Фельсенбург и Ричард Окделл, кардинал Левий и епископ...
– Кто идет по ягоды с корзиной, не должен думать о шкурах медвежьих. Кто идет на медведя с рогатиной, не должен набивать рот ягодами, сколь бы сладкими те ни казались.
Закат. Алый, багряный, кровавый… Звенит невидимый колокол, гремят пушки, и идет, идет в никуда непонятная синеглазая женщина… Завершается цикл, завершается круг, события летят к финалу, и их уже не остановишь. Излом срывает маски и назначает цены. Все дешевле золото, все дороже кровь. Дрожат горы, обесцениваются договоры, смеются и плачут спутники сгинувших богов и изначальные твари, но право выбора не отменит даже Излом. Руперт фок Фельсенбург и Ричард Окделл, кардинал Левий и епископ...
Жизнь состоит из череды достижений и если не получилось раньше, то это хороший повод попробовать еще раз. Сантьяго.
Уже много тысячелетий незримо для посторонних глаз существует на берегах Москвы-реки обитель магов и чародеев, последних потомков древних властителей Земли. Но Тайный Город не превратился в памятник самому себе, он не стареет – нет, он живет и развивается, в нем постоянно появляются новые улицы, и жизнь его обитателей наполняется новыми красками. «Правила крови» – блестящее доказательство этого. На этот раз наряду с работами Вадима Панова в книгу вошли произведения молодых авторов, победителей...
Нельзя бесконечно жертвовать жизнью в ожидании чего-то. Рано или поздно нужно двигаться дальше.
В жизни блестящего эксперта-криминалиста доктора Дэвида Хантера наступила черная полоса – его карьера висит на волоске, а личная жизнь трещит по швам. Поэтому звонок из полиции Эссекса раздается как раз вовремя… От тела, найденного среди болот и трясин Бэкуотерса, мало что осталось, и лишь настоящий гений криминалистики может ответить на три вопроса: Кем был этот несчастный? От чего умер? И имеет ли отношение к двум таинственным исчезновениям людей, которые так и не были раскрыты? Однако...
Есть люди, вроде Ланди, с которыми только познакомился, но кажется, знал всю жизнь. Другие мелькнут и не оставят даже впечатления, как и ты у них.
В жизни блестящего эксперта-криминалиста доктора Дэвида Хантера наступила черная полоса – его карьера висит на волоске, а личная жизнь трещит по швам. Поэтому звонок из полиции Эссекса раздается как раз вовремя… От тела, найденного среди болот и трясин Бэкуотерса, мало что осталось, и лишь настоящий гений криминалистики может ответить на три вопроса: Кем был этот несчастный? От чего умер? И имеет ли отношение к двум таинственным исчезновениям людей, которые так и не были раскрыты? Однако...
После мрачного ужаса последних дней в заводи выходные поучились тем волшебным временем, которое иногда нисходит на наши жизни, кажется, что будет продолжаться вечно, но очень быстро кончается.
В жизни блестящего эксперта-криминалиста доктора Дэвида Хантера наступила черная полоса – его карьера висит на волоске, а личная жизнь трещит по швам. Поэтому звонок из полиции Эссекса раздается как раз вовремя… От тела, найденного среди болот и трясин Бэкуотерса, мало что осталось, и лишь настоящий гений криминалистики может ответить на три вопроса: Кем был этот несчастный? От чего умер? И имеет ли отношение к двум таинственным исчезновениям людей, которые так и не были раскрыты? Однако...
Нет ничего необычного в способности совершить преступление. Люди отличаются друг от друга тем, могут ли они с этим жить.
В жизни блестящего эксперта-криминалиста доктора Дэвида Хантера наступила черная полоса – его карьера висит на волоске, а личная жизнь трещит по швам. Поэтому звонок из полиции Эссекса раздается как раз вовремя… От тела, найденного среди болот и трясин Бэкуотерса, мало что осталось, и лишь настоящий гений криминалистики может ответить на три вопроса: Кем был этот несчастный? От чего умер? И имеет ли отношение к двум таинственным исчезновениям людей, которые так и не были раскрыты? Однако...
Одни слова порой воздвигают стены, которые другим словам разрушить не под силу.
Эта история могла произойти где угодно, и героем ее мог быть кто угодно. Потому что жесткость, подлость и черствость не имеют географических координат, имен и национальностей. На Собачьем архипелаге случается происшествие: на берег выбрасывает три трупа. Трое чернокожих мужчин, вероятно нелегальных мигрантов, утонули, не доплыв до вожделенной земли, где рассчитывали обрести сносную жизнь. Влиятельные люди острова решают избавиться от трупов, сбросив их в кратер вулкана: в расследовании никто не...
Мир, как вы знаете, превратился в огромную торговую площадку. Коммерция уступила место науке. Какое-то время человечеством руководили научно-технические достижения, но теперь единственным двигателем стали деньги.
Эта история могла произойти где угодно, и героем ее мог быть кто угодно. Потому что жесткость, подлость и черствость не имеют географических координат, имен и национальностей. На Собачьем архипелаге случается происшествие: на берег выбрасывает три трупа. Трое чернокожих мужчин, вероятно нелегальных мигрантов, утонули, не доплыв до вожделенной земли, где рассчитывали обрести сносную жизнь. Влиятельные люди острова решают избавиться от трупов, сбросив их в кратер вулкана: в расследовании никто не...
Профессия политиканов – говорить, болтать без устали, без остановки, не слушая собеседника, жить в вечной говорильне, даже самой пустой и ставшей шумовым фоном, бессмысленным и гипнотизирующим, современным пением сирен
Эта история могла произойти где угодно, и героем ее мог быть кто угодно. Потому что жесткость, подлость и черствость не имеют географических координат, имен и национальностей. На Собачьем архипелаге случается происшествие: на берег выбрасывает три трупа. Трое чернокожих мужчин, вероятно нелегальных мигрантов, утонули, не доплыв до вожделенной земли, где рассчитывали обрести сносную жизнь. Влиятельные люди острова решают избавиться от трупов, сбросив их в кратер вулкана: в расследовании никто не...
На свете нет какого-то единого для всех счастья, но существует великое множество его разновидностей.
Пенелопа Фицджеральд – английская писательница, которую газета «Таймс» включила в число пятидесяти крупнейших писателей послевоенного периода. В 1979 году за роман «В открытом море» она была удостоена Букеровской премии, правда в победу свою она до последнего не верила. Но удача все-таки улыбнулась ей. «В открытом море» – история столкновения нескольких жизней таких разных людей. Ненны, увязшей в проблемах матери двух прекрасных дочерей; Мориса, настоящего мечтателя и искателя приключений;...
Всё, чему учишься, полезно. Разве ты не знал, что все знания, которые получаешь, и все страдания, которыми подвергаешься, когда-нибудь в жизни непременно пригодятся?
Пенелопа Фицджеральд – английская писательница, которую газета «Таймс» включила в число пятидесяти крупнейших писателей послевоенного периода. В 1979 году за роман «В открытом море» она была удостоена Букеровской премии, правда в победу свою она до последнего не верила. Но удача все-таки улыбнулась ей. «В открытом море» – история столкновения нескольких жизней таких разных людей. Ненны, увязшей в проблемах матери двух прекрасных дочерей; Мориса, настоящего мечтателя и искателя приключений;...
На мой взгляд, чувства даже кое-что теряют, когда их начинают излагать словами.
Пенелопа Фицджеральд – английская писательница, которую газета «Таймс» включила в число пятидесяти крупнейших писателей послевоенного периода. В 1979 году за роман «В открытом море» она была удостоена Букеровской премии, правда в победу свою она до последнего не верила. Но удача все-таки улыбнулась ей. «В открытом море» – история столкновения нескольких жизней таких разных людей. Ненны, увязшей в проблемах матери двух прекрасных дочерей; Мориса, настоящего мечтателя и искателя приключений;...
впрочем плоть должна увянуть
Стихи Линдеманна похожи на гильотину из слов. Это раны от отчаяния и надежды. Мысли о побеге, полные одиночества, исходящие из сердца, полного мужества и тоски. Рапира против посредственности и лживости. Лирический приговор, приведенный в исполнение.