Цитаты
286448
Чем меньше народу знает о твоих секретах, тем спокойнее жить.
Неуемная тяга ко всему интересному и неизведанному опять кинула Иржину сначала в приключение, а потом и в объятия императора. Причем в буквальном смысле – она свалилась к нему на колени прямо из воздуха, и только это спасло ей жизнь. И оказалось, что объятия эти вовсе и не страшны, так стоило ли так бояться? Встречи с загадочной родней по маминой линии, открытие семейных тайн и секретов, новые знакомства и знания. Все это впереди. Только вот само ли по себе происходит все в ее жизни? Случайности...
***
- Так как же. - снова спросила Джилли, - как же человеку.. как же мне научиться видеть мир таким, какой он в действительности есть?
- Это не просто, - ответил волшебник. - Прежде всего надо знать, что именно ты ищешь, иначе никогда не найдёшь, вот в чём дело.***
Есть три сорта людей: с одними всегда что-то случается, другие наблюдают, что происходит с первыми, а третьи спрашивают : " А что случилось?" Записка, найденная внутри ёлочной хлопушки***
- Музыка существует для того, чтобы заставлять человека чувствовать - радость, печаль, гнев, что угодно, -а не убивать в нём способность думать, как это бывает почти со всеми песнями, попадающими обычно в чарты.***
- Ладно, пошли выпускать вашего героя, а то ещё подаст на нас в суд за то, что кофе не из Царста Мёртвых возим, - сказал он и зашагал по направлению к изолятору.***
.... Цинк излагал ей свою теорию мироздания в деталях : суть, дескать, в том, что планета Земля есть не что иное, как приют для душевнобольных инопланетян, вот почему всё вечно идёт наперекосяк.***
Искусство в том, чтобы выпускать искусство на свободу. Всё остальное - лишь воспоминания, как их не храни. На плёнке или на бумаге, в камне или на виниловой пластинке.
Ньюфорд – большой город, как Оттава или Нью-Йорк. И чудес в нем не больше и не меньше, чем в любом городе мира. Просто здесь их умеют видеть. На улицах Ньюфорда оживают древние мифы, появляются загадочные существа, таинственные призраки переносятся из прошлого, любовь и ненависть материализуются.
Девятнадцать историй о том, что стоит только впустить самое маленькое чудо в свою жизнь, как обыденность начинает трещать по швам.
Либо мы следим за своими чувствами, либо наше волшебство улетает от нас и становится неуправляемым.
Ньюфорд – большой город, как Оттава или Нью-Йорк. И чудес в нем не больше и не меньше, чем в любом городе мира. Просто здесь их умеют видеть. На улицах Ньюфорда оживают древние мифы, появляются загадочные существа, таинственные призраки переносятся из прошлого, любовь и ненависть материализуются.
Девятнадцать историй о том, что стоит только впустить самое маленькое чудо в свою жизнь, как обыденность начинает трещать по швам.
Жил-был однажды под пирсом в конце Мейн-стрит то ли гном, то ли просто человек очень маленького роста по прозванию Долговязый.
Ньюфорд – большой город, как Оттава или Нью-Йорк. И чудес в нем не больше и не меньше, чем в любом городе мира. Просто здесь их умеют видеть. На улицах Ньюфорда оживают древние мифы, появляются загадочные существа, таинственные призраки переносятся из прошлого, любовь и ненависть материализуются.
Девятнадцать историй о том, что стоит только впустить самое маленькое чудо в свою жизнь, как обыденность начинает трещать по швам.
Люди больше не слышат друг друга, они разучились разговаривать. Нам нужны истории, потому что только они и могут сделать нас ближе. Раньше люди все время что-то рассказывали - сплетни, анекдоты, смешные истории, сказки. Общение шло беспрерывно, люди постоянно поддерживали между собой связь.
Вот и искусство для того же самого существует. Мои картины, твои стихи, рассказы Кристи, музыка Джорди - это тоже способы общения. Только все меньше и меньше людей прибегает к ним, ведь телевизор включить куда проще, чем заговорить с другим человеком. Люди поглощают информацию, которую скармливает им телевидение, а зачем - сами не знают. Разговоры стали поверхностным: "Эй, как дела, приятель? Ничего себе погодка!" Оригинального мнения ни от кого не дождешься, как людям сказали по телевизору, так они и думают. При этом все, конечно, считают себя образованными и просвещенными, а сами только и делают, что повторяют слова разных телеведущих да комментаторов. А на то, что говорят живые люди, никто больше внимания не обращает.
Ньюфорд – большой город, как Оттава или Нью-Йорк. И чудес в нем не больше и не меньше, чем в любом городе мира. Просто здесь их умеют видеть. На улицах Ньюфорда оживают древние мифы, появляются загадочные существа, таинственные призраки переносятся из прошлого, любовь и ненависть материализуются.
Девятнадцать историй о том, что стоит только впустить самое маленькое чудо в свою жизнь, как обыденность начинает трещать по швам.
– Запоминается всегда самое хорошее. – Саныч дышал в кулаки. – И самое плохое. Плохого много слишком, и с каждым разом все хуже и хуже.
Сегодня писать о войне – о той самой, Великой Отечественной, – сложно. Потому что много уже написано и рассказано, потому что сейчас уже почти не осталось тех, кто ее помнит. Писать для подростков сложно вдвойне. Современное молодое поколение, кажется, интересуют совсем другие вещи… Оказывается, нет! Именно подростки отдали этой книге первое место на Всероссийском конкурсе на лучшее литературное произведение для детей и юношества «Книгуру». Именно у них эта пронзительная повесть нашла самый...
Только ты не думай, что за каждым буквально ангел-хранитель персонально следит, это невозможно. Есть знаковые фигуры, от которых зависит, напрямую или косвенно, дальнейшая судьба множества других - тысяч, или миллионов, или даже всего человечества.
Обыкновенный молодой человек, рядовой автомеханик ничем не примечательной конторы Роман Белясов больше всего на свете любил рыбалку и никогда не задумывался над бесполезным вопросом: в чём смысл жизни? Тем более он не верил в нелепые средневековые выдумки про ангелов… Но в жизни, как известно, иногда происходит даже то, чего быть никогда не может, и однажды Роману на своём опыте приходится убедиться — ангелы вовсе не миф, равно как и смысл жизни…
Небеса должны упасть на землю или ей достаточно просто соскучиться?..
Белые стены больницы… надрывный скрип колесиков инвалидного кресла… тонкая игла, вводящая в кровь почти смертельный яд… Пожалуй, Арина еще никогда не была так близко к смерти. Она, получившая дар колдовства вместе с черной ведьмовской кровью, сделалась предметом чужих интересов, средством достижения чьих-то целей. Не по своей воле девушка оказалась в частной клинике. Кто она здесь? Пациентка? Нет, скорее узница. «Она сумасшедшая», – говорит об Арине персонал, и в холодных глазах хозяйки клиники...
Еще один погожий денек в аду.
Белые стены больницы… надрывный скрип колесиков инвалидного кресла… тонкая игла, вводящая в кровь почти смертельный яд… Пожалуй, Арина еще никогда не была так близко к смерти. Она, получившая дар колдовства вместе с черной ведьмовской кровью, сделалась предметом чужих интересов, средством достижения чьих-то целей. Не по своей воле девушка оказалась в частной клинике. Кто она здесь? Пациентка? Нет, скорее узница. «Она сумасшедшая», – говорит об Арине персонал, и в холодных глазах хозяйки клиники...
... для начала взглянуть на эту сволочь, а потом решить, какую кость ему сломать...
Белые стены больницы… надрывный скрип колесиков инвалидного кресла… тонкая игла, вводящая в кровь почти смертельный яд… Пожалуй, Арина еще никогда не была так близко к смерти. Она, получившая дар колдовства вместе с черной ведьмовской кровью, сделалась предметом чужих интересов, средством достижения чьих-то целей. Не по своей воле девушка оказалась в частной клинике. Кто она здесь? Пациентка? Нет, скорее узница. «Она сумасшедшая», – говорит об Арине персонал, и в холодных глазах хозяйки клиники...
Сколько бы человек не приобрел, ему все равно будет мало. Его всегда мучает жажда чего-то еще. Или хотя бы подозрение того, что есть что-то еще. И лишь пустота способна идеально заполнить человеческую душу. Только она не оставит в душе ни одного незанятого местечка.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Филиппов чувствовал себя как Советский Союз в девяносто первом году.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Пэрис Хилтон... Бедная девочка... Это ведь даже не имя... Просто адрес какой-то...
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
...критерием для определения инвалидности является прежде всего социальная недостаточность...
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Ведь я понимаю, что человек сам по себе содержит злое начало. Его не только не надо соблазнять, он сам с радостью зло совершит. И дело вовсе не в том, что глупая Ева яблоко у змея взяла, а в том. что человеку этого хочется - зла, я имею в виду. И как можно больше. Потому что все остальное вообще не имеет смысла. Деньги не радуют, успех - приманка для одноклеточных. любовь невозможна, потому что каждый норовит одержать верх и стать обязательно тем, кого больше любят. Нет в жизни смысла. Любые мотивации - это лишь фантики, обертки от дешевых ирисок, и нам их, как папуасам, впаривают, чтобы мы дальше плясали у своих ритуальных костров. Ты знаешь. у меня такое чувство, что меня обманули, меня здорово кинули с этой темой... Насчет жизни... Насчет того, что жить - это здорово... Мне кажется - думать о смерти вовсе не означает быть мрачным. Гораздо больше отношения это имеет к попытке избежать обмана. Который уже реально достал. Просто сил никаких терпеть нету. Жизнь, чтоб ее... не прекрасна...
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Ну и дурак. Человеку не обязательно быть счастливым. Счастье - непродуктивное состояние. Все самое важное в своей жизни люди совершают, когда они абсолютно несчастны. Война, муки творчества, боль потерь - что в этом от счастья? Однако только в такие моменты человек способен на невозможное. В этом секрет величия.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Со всех сторон летела ругань, слова сочувствия и жалобы на русском и на якутском языках. Это двуязычие еще больше подчеркивало царивший тут хаос и разобщенность. Все хотели одного и того же, но никто не хотел понимать друг друга.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Филиппов не помнил наверняка, сколько должно быть градусов у него на родине в конце октября, но точно знал, что не минус сорок. Это была скорее декабрьская погода. Вообще, все эти холода припоминались довольно абстрактно — как детские обиды или приснившийся кому-то другому сон, и даже не сам сон, а то, как его пересказывают. Путаясь и всё ещё переживая, пытаются передать то, что безотчётно взволновало почти до слёз, но из этого ничего не выходит, и всё, что рассказывается, совершенно не интересно, не страшно, безжизненно и нелепо. Слова не в силах передать того, что пришло к нам из-за границы слов, — того, что охватывает и порабощает нас в полном безмолвии. Примерно так Филиппов помнил про холод. За все эти прошедшие годы его тело утратило всякое воспоминание о морозе. Его поверхность больше не ощущала стужу физически, как это было раньше. Его кожа не помнила давления холода, забыла его вес, упругость, плотность, сопротивление.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Человеческие чувства в глазах стюардессы погасли, и голосом коренного жителя Матрицы она тепло попрощалась со следующим пассажиром.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
Чужая голова не приподнялась. Все остальные органы и части тела немедленно присоединились к этому параду суверенитетов. Желудок требовал отнести его туда, где можно стошнить; лоб умолял, чтобы в него больше не лили раскаленный свинец; язык и гортань мечтали об айсбергах; а руки скромно хотели дрожать и покрываться испариной. Филиппов чувствовал себя как Советский Союз в девяносто первом году.
Когда всемирно известный скандальный режиссер Филиппов решает вернуться из Европы на родину, в далекий северный город, он и не подозревает, что на уютном «Боинге» летит прямиком в катастрофу: в городе начались веерные отключения электричества и отопления. Люди гибнут от страшного холода, а те, кому удается выжить, делают это любой ценой. Изнеженному, потерявшему смысл жизни Филе приходится в срочном порядке пересмотреть свои взгляды на жизнь и совершить подвиг, на который ни он, ни кто-либо...
admin
добавил цитату
из книги
«Москва атакует»
6 лет назад
... Война делит людей на три части. Для первых - простых людей - это боль, страдания, потери, лишения. Для вторых - солдат - работа, нудная, однообразная, оплаченная потом и кровью. Для третьих - наёмников - бизнес. Война - одно из самых прибыльных предприятий, которые когда-либо выдумывало человечество. И солдаты и наемники получают за войну деньги. Только это разные деньги. Наемники воюют ради "презренного металла". Сегодня они стреляют в вас, а уже завтра вы будете драться плечом к плечу. Они сбиваются в стаи и продаются различным корпорациям, как, например, частная армия Blackwater. Это книга не о них, хотя...
Но черный цвет излишнее мистический. Это цвет ночи и смерти. Он настораживает, а иногда даже отталкивает людей.
Он врач, художник, путешественник и поэт, человек, затерявшийся в столетия… Для него нет законов, нет границ, нет религий и правил! Есть только время, которое он ценит превыше всего! Он – Продавец времени! Он покупает время за бесценок, собирает его по секундам, но не для того, чтобы хранить, его цель совершенно иная. Он продает время тем, кто ценит каждую секунду, тем, кто «бежит» по жизни, считая минуты. И цена времени высока! Ведь Продавца времени не интересуют деньги… Он родился очень...
Шахматы – игра интеллектуалов, мудрецов, только настоящий глупец может быть в этой игре проигравшим.
Он врач, художник, путешественник и поэт, человек, затерявшийся в столетия… Для него нет законов, нет границ, нет религий и правил! Есть только время, которое он ценит превыше всего! Он – Продавец времени! Он покупает время за бесценок, собирает его по секундам, но не для того, чтобы хранить, его цель совершенно иная. Он продает время тем, кто ценит каждую секунду, тем, кто «бежит» по жизни, считая минуты. И цена времени высока! Ведь Продавца времени не интересуют деньги… Он родился очень...
Шахматы это удивительная игра. Игра королей! Она тренирует мозг, заставляет думать, мыслить стратегически и масштабно, планировать перспективу и просчитывать противника. Нет более подходящей игры для интеллектуальных философских бесед.
Он врач, художник, путешественник и поэт, человек, затерявшийся в столетия… Для него нет законов, нет границ, нет религий и правил! Есть только время, которое он ценит превыше всего! Он – Продавец времени! Он покупает время за бесценок, собирает его по секундам, но не для того, чтобы хранить, его цель совершенно иная. Он продает время тем, кто ценит каждую секунду, тем, кто «бежит» по жизни, считая минуты. И цена времени высока! Ведь Продавца времени не интересуют деньги… Он родился очень...
Со временем, если ничего не менять, все становится стариной.
Он врач, художник, путешественник и поэт, человек, затерявшийся в столетия… Для него нет законов, нет границ, нет религий и правил! Есть только время, которое он ценит превыше всего! Он – Продавец времени! Он покупает время за бесценок, собирает его по секундам, но не для того, чтобы хранить, его цель совершенно иная. Он продает время тем, кто ценит каждую секунду, тем, кто «бежит» по жизни, считая минуты. И цена времени высока! Ведь Продавца времени не интересуют деньги… Он родился очень...