Когда тебе говорят, что ты умираешь, возникает довольно странное ощущение. С одной стороны, ты понимаешь, что все происходит на самом деле, но часть тебя уверена, что это какая-то нелепая шутка. Вот стоит лишь немного подождать, и все рассмеются, выдохнут с облегчением, и заведут разговор на совершенно другую тему, словно ничего и не было. Когда тебе говорят, что ты умираешь, ты каким-то странным образом уже готова к этому. Ведь, в общем, мы все умираем... рано или поздно. Только в подобном случае ты уже знаешь, что это случиться рано. И ты удивляешься лишь потому, что это не входило в твои планы на ближайшие лет так семьдесят.
Сироты умирают от любви… Они хотят любить, но некого. Они хотят, чтобы любили их, но некому.
– Очередная история о любви? – Солнышко, в этом мире все истории о любви...
- Ваша мать знала, что отец вас совращал?
- Знала. Делала вид, что не знает, но я все понимала по ее глазам. Она ничего не хотела знать, стремилась к покою и порядку, чтобы можно было устраивать приемы, продолжать жить как жена сенатара... - Кэтрин прикрыла ладонью глаза. - Каждый раз, когда он приходил ко мне ночью, на следующее утро я видела: она знает. Но если я пыталась заговорить с ней об этом, она делала вид, будто не понимает, о чем речь. Она твердила мне: "Перестань выдумывать, будь хорошей дочерью, уважай свою семью".
У человека всего две ноги! ... Зачем одной женщине пятьдесят пар туфель?!
... такие тайны причиняют нестерпимую боль. Они заползают в душу и поедают ее изнутри. Человек живет в страхе, считает себя кругом виноватым. А тот, кто заинтересован в сохранении этой тайны, пользуется его страхом, стыдом, чувством вины.
- Без правил наступает хаос. - А вам не кажется, что хаос - это жизнь?
Смерть всегда неприглядна, как ее ни украшай.
Мой бывший психотерапевт объяснял, что склонность избегать трудных ситуаций представляет собой недейственный способ взаимодействия с теми, кто тебе действительно дорог, и теперь я начинаю понимать, что он имел в виду, когда говорил, что такое поведение может им навредить. Может, сейчас пришло время изыскать другой метод решения проблем.
— Кокосовый орех, — развиваю свою мысль я, — от тебя всегда пахнет кокосом. — А потом, поскольку в машине темно, а приступ паники отнял у меня все силы, заставив ослабить бдительность, добавляю: — От тебя всегда пахнет хорошо.
— Это «Секс-Воск».
— Что? — немного выпрямляюсь на сиденье я.
Он опускает руку, берет какую-то штуковину, по виду напоминающую завернутый в полиэтилен кусок мыла, и протягивает мне.
Я подношу его к окну и в свете уличных фонарей читаю:
— «Секс-Воск мистера Зога».
— Им натирают верхнюю часть доски для сёрфинга, — объясняет он, — чтобы, когда седлаешь волну, не скользили ноги.
Я нюхаю воск. Да, запах дает именно он.
— Могу поспорить, что твои ноги пахнут просто божественно.
— Надеюсь, мужские ноги не являются для тебя предметом фетиша? — игривым голосом спрашивает он.
— До последнего времени не являлись, но теперь… даже не знаю, что тебе сказать.
Как одному человеку может не хватать другого, если он видится с ним каждый день?
Порой человеку нужно пройти через суровое испытание, чтобы понять, что в действительности он намного сильнее, чем думает.
Если ты не обращаешь внимания на происходящее, оно заявляет о себе само.
Мы все противоречим сами себе и несём в душе самые разные начала.
- В восемнадцать лет перед тобой открываются все двери. Ты можешь голосовать, на совершенно законных основаниях заниматься всеми доступными воображению видами секса с любой избранницей, которая на это согласится, но самое приятное - с утра до вечера разгуливать по "Пещерному дворцу" в должности охранника.
- Из всего вышеперечисленного я хочу делать только одно, и никаких законных разрешений мне для этого не требуется, - доносится сладкий голос Грейс с противоположного конца будки.
— По мифологии гавайцев, — говорит он, зарывшись носом в мои волосы, и от звука его голоса мое тело охватывает трепет, — духи их покойных предков переселяются в камни, растения и животных. Такой дух у них называется аумакуа — что-то вроде духа-хранителя, понимаешь? Мама говорит, что напавшая на меня акула как раз была аумакуа и, если бы ей хотелось меня убить, она без труда бы это сделала. Но это было лишь предупреждение, чтобы мы внимательно и беспристрастно поглядели на свою жизнь со стороны и пересмотрели те ценности, которые исповедуем. Надо полагать, мы приняли его к сведению.
Мы все противоречим сами себе и несем в душе самые разные начала. И как тогда вообще понять что каждый из нас на самом деле представляет?
Портер Рос. Красивое тело. Голова, поросшая буйными кудрями. Самонадеянная улыбка. Мой заклятый враг, чтоб ему пусто было.
Мы не выбираем, кем родимся, но выбираем, кем мы станем.
— Мужчины приходят и уходят, — проговорила старуха, — А дети остаются с нами. Такая уж у нас бабья судьба.
Княжна кивнула, соглашаясь. Она сказала себе, что не может потерять еще и ребенка. Мысль о том, что муж вернется за ней казалась такой далекой и расплывчатой. Милава уже не была уверена в том, так как раньше. Ее любовь пошатнулась, совсем немного, но все же изменилась. Повитуха оказалась права. Лить слезы напрасно, только губить себя. Желан не оценит этого, если вернется. Она должна встретить его красивой и сильной, с сыном на руках. Только тогда в ее жизнь сможет навсегда вернутся счастье.
Мы не можем изменить того, кем мы являемся. Рано или поздно всем нам придется встретиться с собой лицом к лицу.
Сейчас так мало того, в чем можно быть уверенным. Но если найти руку, за которую можешь держаться, пока идешь по этому пути, даже самые тяжелые времена кажутся не такими страшными и самые странные места становятся для тебя домом.
Ведь людей любишь такими, какими они были раньше, несмотря на все то, что привело их к ужасным поступкам.
«Двенадцать метров . Вот оно, расстояние между жизнью и смертью, тонкая грань.»
Оглядывая толпу, я замечаю в глазах людей не презрение, а напротив, восхищение и надежду, которую вдохнул в них наш приезд. Взрослые люди смотрят на нас с удивлением, точно дети. Цирк всегда приносил свет туда, куда приезжал. А теперь это линия жизни.