Цитаты
286080
admin
добавил цитату
из книги
«Позволь мне выбрать»
6 лет назад
Дети не должны уходить из жизни раньше родителей. Это неправильно.
admin
добавил цитату
из книги
«Позволь мне выбрать»
6 лет назад
– Прекратите думать о том, что вы чего-то недостойны лишь по той причине, что судьба не одарила вас привлекательной наружностью. Помните о своих добродетелях. Помните, что во всем подлунном мире больше нет такой, как вы!
- Они, китайцы, только с виду хлипкие, <...> Внутри у китайца есть становая жила, всё равно как у лошади. Китаец маленький, как ишак, а несёт на себе в десять раз больше, вроде мураша - только знай его погоняй.
«Мне… посчастливилось стать открывателем целого континента — правда, небольшого, затерянного в лесах Приамурья. Вышеназванный континент не то чтобы совсем никому не известен, но на географические карты пока не нанесен… Континент этот, или, иначе, село Бывалое, населяют народы, протяженные во времени и пространстве. Народы эти хорошо известны — это русские, китайцы и евреи. Мало известно другое: оказавшись вместе на небольшом клочке земли, образовали они смесь такой силы, перед которой отступают...
Существует множество теорий, объясняющих то, почему мужчины женятся - они женятся на своей второй половинке, на своей матери, на своем doppelganger, на деньгах своей жены - но как насчет того, что на самом деле они ищут собственную совесть?
Лауреат Букеровской премии Джулиан Барнс — один из самых ярких и оригинальных прозаиков современной Британии. Возможно, основной его талант — умение легко и естественно играть в своих произведениях стилями и направлениями.
Тонкая стилизация — и едкая ирония, утонченный лиризм и доходящий до цинизма сарказм, агрессивная жесткость и веселое озорство — Барнсу подвластно ВСЕ ЭТО и многое другое…
В книгу вошла вторая часть дилогии; первый роман — «Как все было».
Вранье – будто каскарский виски, одной стопкой не ограничишься.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
У Тука Хашфорда было еще одно незыблемое правило для единственной дочери, если речь заходила о посещении Рынка Чудовищ и арены, да и вообще о знакомстве с любыми наемниками: «Фиг тебе».
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Эдвик учил ее не только играть на лютне, но и петь; поначалу он оценивал ее вокальные способности фразой: «Осторожнее, все стаканы полопаются», но потом перешел к «Ну, хоть со сцены не сгонят», а в один прекрасный день и вовсе с одобрительной улыбкой пробормотал: «Недурственно, весьма недурственно».
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Разумеется, ей хотелось приключений, но приключения с участием дракона завершались быстро и с предсказуемым плачевным исходом.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
На расстоянии все предстает иначе – благостная красота вместо отвратительной правды. Да и стоит ли слишком пристально приглядываться к чему-либо или кому-либо, если это может навсегда изменить твое мнение о них?
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Герои – обычные люди, каждый со своими недостатками, как и остальные ее знакомые. И даже хуже.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Мы живы до тех пор, пока живы те, кто нас помнит.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
– Если Жуть свербит в душе, нужен не только ум, чтобы унять зуд, но и сила, чтобы защитить от опасностей.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Барды врут как дышат. И за медяк или за бесплатное угощение понарассказывают что угодно.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
– Дядя Бран, ты как? – Нормально, а что? – Но в тебе же клинок… – Ну… клинок должен быть в каждом.
У Тэм Хашфорд, как говорится, «в душе Жуть свербит». Она ужасно досадует «на свою незавидную долю: работать за медные гроши подавальщицей в ардбургском трактире да изредка развлекать посетителей игрой на лютне. Грустно, когда все приключения ограничиваются лишь прогулкой по Рынку Чудовищ». А главное – ну сколько можно подавать напитки прославленным наемникам и слушать, как барды поют о приключениях и славе в мире за пределами ее сонного городка. И когда в город закатывает «Сказ» – компания...
Ни деньги, ни любовь нельзя купить, зато их легко растратить. И деньги, и любовь делают нас честными: мы не врем ни когда платим, ни когда любим. Деньги и любовь – это самое большее, что мы можем дать другим, и самое большее, что можем у них взять.
Сингапур недалекого будущего стал мировой столицей бизнеса и развлечений. Потребление достигло предела, мораль вышла из моды, религии превратились в фастфуд. Человечество погрязло в разврате и излишествах. А у элиты появился новый, особый вид развлечений – цифровой наркотик под названием «Персональные Реальности». В них можно удовлетворить любую, самую порочную и преступную фантазию и, возможно, получить цифровое бессмертие… Корпоративный шпион Золтан Варго получает задание проникнуть в недра...
Большинство людей пребывают в кабале, которую они даже не осознают. Работа, дети-внуки, нормы поведения, законы, чужое мнение. Они это все не выбирают и ни за что бы не выбрали. Эту кабалу нам навязывают обстоятельства. А потом мы идем на компромиссы – постоянно. А компромиссы делают нас другими – вовсе не тем, кем мы хотели быть в своих мечтах… Соглашаясь на сделку с судьбой, мы всегда теряем себя. Мы заложники того, что ты называешь «реальной жизнью» – от нее мы страдаем сильнее всего!
Сингапур недалекого будущего стал мировой столицей бизнеса и развлечений. Потребление достигло предела, мораль вышла из моды, религии превратились в фастфуд. Человечество погрязло в разврате и излишествах. А у элиты появился новый, особый вид развлечений – цифровой наркотик под названием «Персональные Реальности». В них можно удовлетворить любую, самую порочную и преступную фантазию и, возможно, получить цифровое бессмертие… Корпоративный шпион Золтан Варго получает задание проникнуть в недра...
...это всего лишь смысловая ловушка. Она была разработана древними маркетологами, чтобы одни люди работали, а другие ими управляли. Счастья не существует! Все, что мы можем получить, – это кратковременные моменты наслаждения. И вечная надежда на то, что в будущем нам станет лучше. Эти редкие моменты мы называем «счастьем». Но это полная иллюзия.
Сингапур недалекого будущего стал мировой столицей бизнеса и развлечений. Потребление достигло предела, мораль вышла из моды, религии превратились в фастфуд. Человечество погрязло в разврате и излишествах. А у элиты появился новый, особый вид развлечений – цифровой наркотик под названием «Персональные Реальности». В них можно удовлетворить любую, самую порочную и преступную фантазию и, возможно, получить цифровое бессмертие… Корпоративный шпион Золтан Варго получает задание проникнуть в недра...
Человеческая душа – это зеркало, окутанное паутиной печали и безнадежности.
Сингапур недалекого будущего стал мировой столицей бизнеса и развлечений. Потребление достигло предела, мораль вышла из моды, религии превратились в фастфуд. Человечество погрязло в разврате и излишествах. А у элиты появился новый, особый вид развлечений – цифровой наркотик под названием «Персональные Реальности». В них можно удовлетворить любую, самую порочную и преступную фантазию и, возможно, получить цифровое бессмертие… Корпоративный шпион Золтан Варго получает задание проникнуть в недра...
- Ты спрашивал Марка, зачем мне собственный цеппелин? Если я и старомоден, то настолько, насколько старомодны боги Олимпа. Мне также нравится взирать с высоты на копошащихся внизу смертных, на их постройки, каналы, дороги, города, по сути - шаткие муравейники. Люди вообразили, что покорили природу,подчинив себе реки, ветер и ядерную энергию. Но свою собственную природу они так и не покорили - это хорошо заметно с высоты. Тому, кто возносится над историей, над мифами, которыми человечество тешит себя время от времени, прекрасно видно, что вся наша "цивилизация" - лишь копошение бактерий на поверхности гниющего яблока планеты. Чтобы изменить этот застрявший в бесконечной сансаре мир, конструктор реальностей должен быть выше любых догм, привязанностей и даже обстоятельств!
Сингапур недалекого будущего стал мировой столицей бизнеса и развлечений. Потребление достигло предела, мораль вышла из моды, религии превратились в фастфуд. Человечество погрязло в разврате и излишествах. А у элиты появился новый, особый вид развлечений – цифровой наркотик под названием «Персональные Реальности». В них можно удовлетворить любую, самую порочную и преступную фантазию и, возможно, получить цифровое бессмертие… Корпоративный шпион Золтан Варго получает задание проникнуть в недра...
Гребанный мужской фетиш — быть единственным, в какой бы бараний рог ни скручивала судьба.
Между ними разница в возрасте, статусе и взглядах на жизнь.
Он владелец сети автоцентров, она юная блогерша, пишущая разгромные статьи.
Каждый одинок и увлечен своим делом.
Каждый счастлив… казалось до их встречи...
Каупервуду нравились сильные, целеустремленные натуры, а старались ли они для себя или для других –это ему было безразлично.
«Титан» — вторая книга «Трилогии желания» известного американского писателя Теодора Драйзера (1871–1945). Взлеты и падения в деловой сфере преследуют главного героя романа Фрэнка Каупервуда, а пренебрежение нормами поведения общества становится еще более ярко выраженной его характерной чертой.
Дом встретил его тишиной. Самое то, чтобы измотать себя мыслями, думая о ней, грустить, лечь спать и проснуться с теми же желаниями. Каждый день добавляет тоски, заставляя еще больше молчать и грустить.
Саид Шараф аль — Дин — капитан Боинга -777. Его призвание — летать. Он ненавидит скучную офисную работу. Но он наследник семьи Шараф аль- Динов, а это значит, что у него нет выбора: он обязан принять управление компанией "Аrabiа Airline" на себя. Её страсть — небо. Вирджиния Фернандес пошла по стопам отца и, став вторым пилотом, уверенно вступила на борт Боинга-777. Но все не так просто. Её капитан — мусульманин, который твердо уверен, что здесь, в авиации, женщине не место. Две разные...
Но «тоже» — это не любовь.
Саид Шараф аль — Дин — капитан Боинга -777. Его призвание — летать. Он ненавидит скучную офисную работу. Но он наследник семьи Шараф аль- Динов, а это значит, что у него нет выбора: он обязан принять управление компанией "Аrabiа Airline" на себя. Её страсть — небо. Вирджиния Фернандес пошла по стопам отца и, став вторым пилотом, уверенно вступила на борт Боинга-777. Но все не так просто. Её капитан — мусульманин, который твердо уверен, что здесь, в авиации, женщине не место. Две разные...
Арабы любят быть ближе к земле. Они вообще странный народ: строят гигантские здания, соревнуясь, кто выше, продают их, а сами живут на обычных виллах
Саид Шараф аль — Дин — капитан Боинга -777. Его призвание — летать. Он ненавидит скучную офисную работу. Но он наследник семьи Шараф аль- Динов, а это значит, что у него нет выбора: он обязан принять управление компанией "Аrabiа Airline" на себя. Её страсть — небо. Вирджиния Фернандес пошла по стопам отца и, став вторым пилотом, уверенно вступила на борт Боинга-777. Но все не так просто. Её капитан — мусульманин, который твердо уверен, что здесь, в авиации, женщине не место. Две разные...
женщина подобна алмазу, она обязана иметь достойную огранку
Саид Шараф аль — Дин — капитан Боинга -777. Его призвание — летать. Он ненавидит скучную офисную работу. Но он наследник семьи Шараф аль- Динов, а это значит, что у него нет выбора: он обязан принять управление компанией "Аrabiа Airline" на себя. Её страсть — небо. Вирджиния Фернандес пошла по стопам отца и, став вторым пилотом, уверенно вступила на борт Боинга-777. Но все не так просто. Её капитан — мусульманин, который твердо уверен, что здесь, в авиации, женщине не место. Две разные...