Эта история учит нас, что не всегда следует бояться незримого и что самые близкие люди порой не питают к нам должной любви…
Видя, что Айяма по-прежнему испуганно морщит лоб, старуха молвила:– Ну-ну, внучка, сама знаешь, как оно бывает в сказках. Чудеса случаются только с хорошенькими девушками, а ты к закату уже вернешься домой.
Без красоты прожить можно; единственная помеха для жизни – смерть.
Настоящие монстры спокойно разгуливают при свете дня, а мрак абсолютно безопасен. Чаще всего.
— Можешь достать платье из моей столичной квартиры?
Зеркало развеялось. Наверное, Моррис уже пожалел, что создал его. Во всяком случае, смотрел осуждающе.
— А тех, что в чемодане, тебе недостаточно? — попытался фейри направить мою энергию в мирное русло.
Точнее, свою энергию, которой я нагло собиралась воспользоваться.
— Вполне, но дома есть свадебное. — Я тоже проявляла чудеса терпения.
Ну… никого же еще не прокляла.
Разве что споткнулась.
— Какое? — удивился мой будущий муж.
— Свадебное!
Он на меня та-а-ак посмотрел.
Кстати, мы снова шли.
— Ты собиралась замуж?
Небо, почему даже самые умные из мужчин такие непонятливые?!
— Все девушки собираются однажды выйти замуж, — открыла ему страшную тайну.
Кто бы меня еще услышал.
— За кого же, позволь узнать? — И посмотрел так, будто выбирал жертву для кровавой расправы. К счастью, не меня, а вообще.
— Я просто собиралась. Абстрактно.
— И купила платье?
— Да.
Королевский уполномоченный резко выдохнул, поймал мою руку и переплел наши пальцы.
— Мая, ты неподражаема!
Ты даже не представляешь, насколько, дорогой.
— Я купила три платья.
— Зачем?! — Такого ошарашенного выражения лица я у него еще не видела!
— Мне нужен был выбор!
Глупо волочь в новую жизнь старый хлам.
Одно из правил ведьм, которые мне особенно нравятся: зачем напрягаться, когда можно не напрягаться?
Боль в сердце - часть горького лечения.
Король в моем плену станет моей погибелью.
женское сердце бывает столь глупым, что ищет взаимности, не считаясь с фактами, указывающими на обратное
Как мудро выразилась Катрин, истинные чувства становятся опасным оружием в руках врагов.
десяток лет для женщины – мелкая погрешность, а пара-тройка – плохой слух у собеседника.
Хотя, может, это моя паранойя, но известно же, что параноики дольше живут.
А что такое это чутье – всего лишь перенос на конкретные обстоятельства жизненного опыта, который я синяками и шишками заработал, так-то.
... любой мастер – артист. Сколько бы он ни зарабатывал, главным для него остается признание публики, восторг от результатов его труда.
... люди обычно отвечают не на тот вопрос, который им задали, а на тот, который они услышали.
Еще в молодости я придумал способ выигрывать время в неудобных разговорах – надо негромко, но искренне рассмеяться. С одной стороны, это позволяет взять паузу, с другой – сбивает с толку собеседника. Очень сложно давить на смеющегося человека.
– Да, опыт – единственная награда проигравшего.
... гость у барона – пьянка без перерывов. Гость либо трезвый, либо мертвый, полутонов традиция не дозволяет.
... патриотов надо поощрять, и лучше финансово.
– Угу. Самая глубокая пропасть в мире – финансовая. В нее можно падать всю жизнь.
Транкавель влетел бурный, как горная река, и яркий, как золотая осень.
— Ты знаешь, там, у вас в доме, на почетной стене в гостиной были твои награды, одноразовые сейры, благодарственные письма, фотографии с выпускных, медали и прочее, и, в общем... ты же помнишь, чему на Рейтане учат с детства?
— Чему? — ничего не поняла я.
— Бьют — беги, понравилось — бери. — И мне широко улыбнулись.
— Взлетаем! — раздался голос капитана Нарена.
«Пристегнись», — пришло на сейр от капитана Эринс.
Я пошла, села и пристегнулась, рядом со мной то же самое сделал Гэс… то есть Гассан, остальные тоже порассаживались по диванам, старательно пристегиваясь. В этот момент вошел Гилбен и грустно сообщил, что с Маргарет позанимается позже, она пошла спать, потому что боится летать. Она? Боится?! Да-да, тот случай!
И да — он не успел пристегнуться до взлета, искренне веря, что за штурвалом капитан Нарен.
Наивный.
Взлетели мы так, что Гилбена унесло куда-то в сторону пищевого блока и, судя по звукам, било там обо все возможные углы, а углов там хватало. Более чем. Мне же в этот момент было безумно интересно — кто ей выдал летную лицензию?!
Нет, серьезно, кто?
Я понимаю, что разведчик и все такое, но кто? Не покидало стойкое ощущение, что лицензия была подделкой, и, когда перегрузки начали зашкаливать, я в своих подозрениях только утвердилась, а где-то в недрах пищевого блока надрывно застонал Гилбен… Он еще не знал, что это только начало. Потому что все стало на порядок хуже, когда на сейр Гэса пришло сообщение от Сейли:
«Засада впереди. Что делаем?»
«Летим, у тебя, я смотрю, неплохо получается», — хмыкнув, отписался ей Гэс.
«Лея держится?» — последовал вопрос.
«Да, она молодцом», — ответил Гэс.
И я сильно пожалела о том, что молодцом и все такое, потому что Сейли перешла на запредельную скорость. Полагаю, сидевшие в засаде танаргцы испытали примерно то же самое, что и полиция не так давно. В смысле, позорно отстали, но где-то через час. То ли их довела скорость, на которой наш скромный дипломатический крейсер их уделал, то ли они были поражены способом летания, который Гэс назвал «плавный полет летучей мыши». Это был сарказм, да. Летучие мыши плавно не летают, наша так и вовсе хаотично дергалась из стороны в сторону. Первый суперскоростной танаргский Х-джет немного не вписался в астероид, второй на всем ходу влетел в другой.
Наша дипломатическая «летучая мышка» продолжила свой «плавный, мать его», полет.
- Спасибо.
- Не за что, - он резко повернул голову, пугающим до сих слишком стремительным жестом, улыбнулся мне и добавил: - Не справишься с миссией - возьму тебя в наложницы. И во всех позах оторвусь за все эти трое адовых суток.
После чего вернулся к ужину, оставив меня в догадках на счет - это сейчас серьезно было или очередная шутка в энерийском стиле?
- Я надеюсь это сейчас была шутка? – нервно поинтересовалась в итоге, у с аппетитом ужинающего сахира.
- Надейся, - милостиво разрешили мне.