Немного безрассудства - единственное, что нам требуется, чтобы быть вполне разумными.
Красота - это совершенство, то есть максимум того, что всегда ожидается и всегда желается.
Не верю в неожиданности, особенно в счастливые. Хорошая неожиданность требует солидной подготовки.
Память - единственная гарантия бессмертия, катализатор, превращающий любой миг в вечность, консервирующий трепетное мгновение неизбывным и нетленным!
Наших пастухов-предков охватывал страх при виде Вселенной, сверкающей на них тысячами бессмертных глаз, меня же охватывает восторг.
Люди часто увлекаются странными занятиями. У них свое понятие о безумии. Многим оно представлялось, особенно в старину, чем-то возвышенным. Разве не говорили: "Я без ума счастлив!" или: "Она безумно хороша собой!"
Мы – разные. Между нами – отчуждение. Быть может, лишь через тысячу лет его преодолеют... Я испугался...
Женщины, не раз замечено, готовы восстать против очевиднейшей очевидности, если она не совпадает с их чувствами.
...мы стоим в переломном пункте развития человечества и любой неосторожный шаг может оказаться непоправимым. Но и бездействовать тоже нельзя. Осторожность и смелость - вот что сегодня требуется от всех.
Бессердечие, распространившееся на многие сердца, становится грозной силой.
Беспомощные перед каждой стихией природы, вы одновременно – самая величественная из ее стихий. Во Вселенной нет более могучих сил, чем вы, маленькие, неповоротливые люди. И хоть это не главное, чему следует у вас удивляться, – как все же не удивиться?
Оттого, что раб приносит хозяину пользу, рабство не становится морально чистым. У зла есть верхушка и корни. Если срубить верхушку, не выкорчевывая корней, от них могут пойти новые побеги.
Впрочем, все пророки страстны, особенно пророки гибели, — уравновешенных пророков никто не стал бы слушать.
Кроме существенного, в любом знании есть и интересные пустячки.
Мы жаждем нового и боимся потерять старое.
По его мнению, мы слишком люди и это плохо.
Меня временами поражает, как беззаботно люди вашего поколения перепоручают машинам все виды умственного труда. Так недолго и способность к мышлению потерять!
Такие предания имеются всюду, где и работящие существа разрешают оседлать тебя паразитом. Разве ты не знаешь, что лучший способ оправдать собственное тунеядство — объяснить его божественностью своей натуры? Все подлое издавна валят на божество.
Двумя пальцами подцепив полупрозрачный кубик неизвестного мне лакомства, лорд Сантанильо одним неуловимым движением отправил его в рот, на мгновение зажмурился и тут же демонстративно скривился.
– Сладкое. Да ещё и с настоящими циндрийскими специями. Ужасный вкус. Не понимаю, Кастанелло, - фыркнул адвокат, не переставая поглощать странные сладости. Количество маленьких десертов на тарелке уменьшалось с каждой секундой. - Как ты вообще ешь эту гадость?
– Благодаря тебе – никак.
ждать неизвестного «правильного» момента, удачного стечения обстоятельств, взаимного порыва – все равно, что до утра вглядываться в небо в надежде загадать желание на падающую звезду. А ночь, тихая, звезднaя, полная неизъяснимой неги, не будет длиться вечно.
смысл хорошего брака в том, чтобы каждый день узнавать друг друга немного лучше и влюбляться чуточку сильнее.
В это время великого перелома чувства вообще не жили долго: ненависть прошла, остались пустота, тоска, безразличие, все люди вокруг оказались чужими.
Бургомистр Долль остолбенел, потрясённый этим бесстыдным, чудовищным эгоизмом человека, который был совершенно равнодушен к страданиям других, лишь бы самому не страдать.
В последние годы все они научились жить до востребования, сегодняшним днём – так почему бы этот навык не использовать сейчас? Жить и работать! Вот и весь секрет!
И тут опозоренный и обруганный Цахес все же раскрыл рот, в первый и единственный раз, и фраза, которую он произнес, была достойна настоящего национал-социалиста — она могла родиться только в мозгах члена партии:
— Я бы выдал герру обер-бургомистру свой тайник, если бы он пообещал мне долю, пусть даже небольшую…