Возможно, орикс вернулся в пустыню, но я сомневаюсь. Хотя наверняка он рвался туда, как и я. И мне, и ему лучше на воле, в пустыне. Мы с ним пара.
Земля Синдбада-морехода и царицы Савской, ладана, джиннов и исполнения желаний!
Думай лишь о том, как удовлетворить меня и сделать мне приятно. Разожги во мне страсть, когда я жажду страсти, дай покой, когда я нуждаюсь в покое, подари уединение, когда я стремлюсь уединиться, и постоянно неси счастье, не посягая на мою свободу. Готовь как гурме, разбирайся в хороших винах, всегда держи язык за зубами, защищай мою репутацию и никогда не изводи придирками.
Грубо говоря, занятия любовью, любовь и брак - это не одно и то же.
Мо цзин, мо мин. Нет денег - нет жизни.
Сделать вас равной я не могу. Вы не равная и никогда таковой не будете. Вы — женщина, а это мир мужчин, нравится вам это или нет. Особенно в Гонконге. И пока жив, я буду принимать это как есть и относиться к женщине как к женщине, кем бы, черт побери, она ни была.
За шлюх платишь из текущего заработка, а не из сбережений
Ты женщина и гонгонгский янь. Поэтому, если хочешь жить хорошо, иметь красивые вещи, если хочешь, чтобы тобой дорожили, если хочешь любви, постели и безопасности в этом мире, будь женщиной.
Разве Сунь-цзы не говорил: «Тот, кто не продумывает всего наперед и не принимает всерьез противников, несомненно, попадет к ним в плен»?
... она на сто процентов женщина и на сто процентов - беда.
Женщина всегда зависит от того или иного мужчины, каким бы гнусным, злым и невыносимым он ни был. Это прописная истина. Управлять мужчиной, в сущности, несложно. О, это так просто, если у тебя есть глаза, чтобы видеть, и понимание, что мужчины те же дети и нередко — то есть почти все время — делают глупости, капризничают и скверно себя ведут. Но они добытчики, а это непросто, очень непросто. Приносить деньги каждый день очень непросто, кем бы ты ни был. Mo цзин, мо мин — «Нет денег, нет жизни». Взамен женщина должна привносить в жизнь гармонию — мужчине этого или не дано, или дано далеко не всегда. А вот женщина всегда может подбодрить своего мужчину, если захочет, всегда может погасить в нем что-то пагубное. Всегда. Лишь тем, что будет некоторое время оставаться спокойной, любящей, нежной и понимающей.
Будет интересно посмотреть, умеете ли вы держать нож.
Бартлетт непонимающе уставился на него.
— Это старинный китайский кулинарный термин, мистер Бартлетт. Вы умеете готовить?
— Нет.
— А я люблю это дело. Китайцы говорят, что очень важно правильно держать нож, что нельзя им пользоваться, пока этому не научишься. В противном случае можно порезаться и с самого начала все испортить. Вы не порежетесь?
муж, который из-за упреков жены постоянно кипит, может однажды испариться.
У Лоренцо неожиданно пересохло в горле, от пережитого недавно нападения и чуть ранее танца на площади в крови бродил огонь, напряжение требовало выхода, и он медленно приблизился к спутнице, упершись ладонью в прохладные камни около её головы.
Второй раз улицу огласил короткий вопль, и фигуру опутали светящиеся нити, сдавливая всё сильнее. Он свалился, яростно извиваясь и пытаясь освободиться, воздух сотрясали смачные ругательства. Дама сморщила носик и пренебрежительно произнесла:
— Фи, сударь, как можно, при женщине так сквернословить!
— О, сеньор Лоренцо, кажется, Святой Князь вам не особо доверяет, — перебила вдруг его Дама, и в её голосе слышалось непонятное веселье. — Ну или достопочтенный Чезаре тоже любит венецианские карнавалы.
Рен вздрогнул и посмотрел туда же, куда его спутница. Среди гостей в середине стоял мрачный наследник рода Кастелли и смотрел прямо на Лоренцо, и его взгляд не предвещал кузену ничего хорошего. «О, чёрт!» — пронеслась у него досадливая мысль. Как же некстати Чезаре увидел его с Дамой! Ведь именно этого Рен старался избежать, когда соврал в спальне Лукреции о настоящем воре!
Они уже дошли до лестницы на второй этаж и неторопливо спускались по ступенькам, и услышав неожиданное признание Дамы, Лоренцо чуть не споткнулся. Он настолько привык видеть двойной смысл везде, во всём, в любых поступках, и наоборот, отвык от умных и достойных женщин в своём окружении, что сейчас на несколько мгновений даже растерялся от подобных слов.
— Дорогая кузина, несказанно рад вас видеть в добром здравии, — громко поздоровался он, завладев ручкой сеньоры Манццони, и приложился к ней губами.
Ошарашенное выражение, которое Лукреция не смогла скрыть при виде неожиданного гостя, доставило Рену истинное удовольствие. Он выпрямился, скользнул взглядом по Чезаре и едва не расхохотался: братец вытаращился на него, позабыв о приличиях, и похоже, потерял дар речи от неожиданности.
Я не знаю, как у неё это получилось, ведь там действительно стоят маячки на магию! Я их чувствовал, они там были! — Чезаре уставился на Лоренцо бешеным взглядом, тяжело дыша и сжимая кулаки. — Но она выиграла, Рен, слышишь?!
— Да не глухой, — его собеседник поморщился и демонстративно поковырял в ухе. — И что теперь? — он вопросительно глянул на Чезаре. — Ты теперь должен Сеньоре шесть желаний? — чего ему стоило сказать эти слова обычным тоном, без иронии, и не усмехнуться открыто, один бог знает, но Лоренцо сдержался.
Тесс затаила дыхание, прицелилась и отпустила тетиву, отправив стрелу в полёт к мишени. Сухой щелчок о кожаную перчатку, тихий, на грани слышимости свист, и вот уже остриё засело точно в центре, и сеньора де Россо довольно улыбнулась, опустив лук. И даже магией не воспользовалась! Позади раздались медленные хлопки, и Тесс оглянулась на сидевшего в лёгком плетёном кресле брата, с одобрительной улыбкой наблюдавшего за ней.
— Отличный выстрел! — похвалил он и взял бокал с золотистым вином с личных виноградников семьи Россо. — Делаешь успехи, Тесс.
То, что для незамужней девушки — страшный позор, для вдовы всего лишь весёлое и пикантное приключение.
Лиши женщину возможности покрасоваться в новых модных нарядах, она тебе житья не даст.
В этом есть своя прелесть, обманывать тех, кто хочет быть обманутым
Злость – это даже неплохо, при условии, что она не идет рука об руку с глупостью или беспечностью.
Друзья и соседи могут стать для тебя настоящей семьей, если ты сам это позволишь.