Это ведь самое милое дело - строить предположения о том, чего нет, или о том, чего не знаешь.
С другой стороны, неумение читать и обучение через слушание и задавание вопросов означают необходимость все упрощать, чтобы дойти до самой сути. А это весьма ценное умение, ведь на судебном процессе ни у судей, ни у присяжных нет ни времени, ни возможности вникать во все тонкости обсуждаемого предмета.
Мужество не дается нам от рождения; оно не делает нас храбрыми в суровые времена. Вы взращиваете в себе мужество, пройдя суровые испытания и обнаружив, что они, в конце концов, не такие уж и суровые.
Шаттлсуорт наверняка был человеком решительным и смелым. Но, выбравшись целым и невредимым из-под обломков дома, он нарастил еще один слой психологической брони.
Дислектики компенсируют свой недостаток, развивая другие умения, которые подчас наделяют их колоссальным преимуществом. Бомбардировки или сиротское детство могут превратить человека в едва уцелевшего и оставить незаживающую рану. А могут сделать сильнее, превратив в не пострадавшего. Это возможности Давида: ситуации, в которых трудности, как это ни парадоксально, оказываются желательными. Урок, преподносимый сказками о плуте, – третья желательная трудность. Неожиданная свобода, которую мы получаем, когда нечего терять. Плут нарушает все правила.
Не привилегированные и удачливые помогали евреям во Франции, а опальные и несчастные, и это должно напоминать нам о том, что зло и невзгоды отнюдь не всесильны. Если вы бомбите город, то несете с собой смерть и разрушения. Но тем самым создаете сообщество непострадавших, стойких людей, готовых противостоять захватчикам. Если вы забираете у ребенка отца или мать, то заставляете его страдать в отчаянии. Но в одном случае из десяти из этого отчаяния рождается неукротимая, сильная личность. Если лишить человека умения читать, он развивает в себе талант слушать. Вы видите гиганта и пастуха в долине Эла, и ваш взгляд прикован к человеку с мечом, и щитом, и блестящими доспехами. Но красоту и пользу в этот мир приносит именно пастух, обладающий такой силой и целеустремленностью, какие нам и не снились.
Критерий истинного исследователя - смирение.
Понять человека - значит носить его в себе.
Понять человека значит - быть этим человеком и вместе с тем быть самим собою.
Необходимо каким-нибудь образом преодолеть время для того, чтобы узнать о нём, необходимо стоять вне времени, чтобы его понять.
Наглость является средством насильственно поднять собственное достоинство путём искусственного обесценения окружающих людей.
Мы живем, почти ничего не понимая в устройстве мира.
...
За исключением детей (которые еще слишком мало знают, чтобы не задавать такие серьезные вопросы), мало кто ломает голову над тем, почему природа такова, какова она есть, откуда появился космос и не существовал ли он всегда? не может ли время однажды повернуть вспять, так что следствие будет предшествовать причине? есть ли непреодолимый предел человеческого познания? Бывают даже такие дети (я их встречал), которым хочется знать, как выглядит черная дыра, какова самая маленькая частичка вещества? почему мы помним прошлое и не помним будущее? если раньше и правда был хаос, то как получилось, что теперь установился видимый порядок? и почему Вселенная вообще существует?
В нашем обществе принято, что родители и учителя в ответ на эти вопросы большей частью пожимают плечами или призывают на помощь смутно сохранившиеся в памяти ссылки на религиозные легенды. Некоторым не нравятся такие темы, потому что в них живо обнаруживается узость человеческого понимания.
(Предисловие К.Саган)
Ньютона сильно беспокоило отсутствие абсолютного положения в пространстве или, как его называли, абсолютного пространства, потому что это противоречило его идее абсолютного Бога. И он фактически отказался принять отсутствие абсолютного пространства, несмотря на то, что такое отсутствие вытекало из законов, открытых им самим. Многие резко критиковали Ньютона за его иррациональное упорство, и в частности епископ Беркли – философ, считавший, что все материальные объекты, а также пространство и время – иллюзия. (Узнав о таких воззрениях Беркли, знаменитый д-р Джонсон воскликнул: «Я опровергаю это вот как!» – и так стукнул ногой по большому камню, что чуть не потерял равновесие).
– Да брось, все не так плохо! – подключился Дэн, видя недоверчивое выражение моего лица. – Ты молодая богатая вдова. В твоем распоряжении замок и целое виконтство! Ух, я бы на твоем месте разгулялся!
– Дэн, не тревожься: тебе никогда не светит стать молодой богатой вдовой, – ехидно припечатала Нэт.
...некоторые книги были бы гораздо более ясными, если бы их не старались сделать столь ясными.
"для счастья человеческой жизни самым существенным является то, что человек имеет в самом себе."
...некоторые книги были бы гораздо более ясными, если бы их не старались сделать столь ясными.
каждый может хорошо заниматься лишь одним делом, а не многими: если он попытается взяться за многое, ему ничего не удастся и ни в чем он не отличится
Такова тирания: она то исподтишка, то насильственно захватывает то, что ей не принадлежит… Если же кто, мало того что лишит граждан имущества, еще и самих их поработит, обратив в невольников, — его вместо этих позорных наименований называют преуспевающим и благоденствующим
Ведь крайняя степень несправедливости – это казаться справедливым, не будучи им на самом деле
В жизни всегда надо уметь выбирать средний путь, избегая крайностей...
душа наша кишит тысячами таких одновременно возникающих противоречий
Как и все приличные люди, они видели только то, что хотели видеть.
...всякое изменение должно иметь причину.
В знании, полностью согласующемся с законами рассудка, не бывает никакого заблуждения. В представлении чувств также не бывает никакого заблуждения (потому что они вообще не содержат в себе суждения). Никакая сила природы не может сама собой отступать от своих собственных законов. Поэтому ни рассудок сам по себе (без влияния посторонней причины), ни чувства сами по себе не могли бы заблуждаться. Рассудок сам по себе не может заблуждаться потому, что, когда он действует только по своим законам, результат его (суждение) необходимо должен согласоваться с этими законами, а в согласии с законами рассудка и заключается формальная сторона всякой истины.