Во многих языках мира для описания самоубийства есть формулировка: "добровольно ушел из жизни". Так вот. Никакой доброй воли в самоубийстве нет. Оно всегда происходит под давлением. Будь то перспектива пыток и измывательств или страх перед утратой таланта, потерей успеха, страх одиночества и беспомощности или просто страх жить.
В английском еще интересней выходит: "влюбиться - fall in love", упасть в любовь. Ну, как упал, так и вылезай
«За звезды,способные слышать,и мечты,которые исполняются»
— Значит, ты раскрыла свой титул верховной правительницы?
— Этого что, нельзя было?
Костяшки его пальцев поползли по моей щеке.
— Едва жрица совершила обряд помазания, мне хотелось прокричать об этом со всех крыш Велариса. Умеешь же ты опрокидывать мои грандиозные замыслы.
- Я пытался оставить её дома. Но она угрожала отморозить мне яйца. - Знакомые слова
Образно говоря, я бросила им обоим по веревке. Оставалось проверить, повесятся ли они.
— Но я хочу, чтобы ты крепко меня обнял и всю ночь не выпускал из объятий.
В его глазах снова вспыхнули звезды.
— И эту ночь, и всегда, — пообещал он, целуя меня в лоб и полностью накрывая крыльями. — Всегда.
Все мы сломлены. Каждый по-своему — и там, где никто не видит.
- Ну, - объявил Оп, - теперь, когда мы перезнакомились, давайте перейдем к делу. Выпьем! Ужасно противно пить в одиночку. Конечно, я люблю Духа за многие его превосходные качества, но не перевариваю непьющих.
- Ты же знаешь, что я не могу пить, - вздохнул Дух. - И есть не могу.
И курить. Возможности духов весьма и весьма ограничены, но мне хотелось бы, чтобы ты перестал указывать на это всем, с кем мы знакомимся.
Вероятно, неприятности приключаются со множеством людей. Однако для каждого в подобном случае вопрос ставится просто: как найти выход из положения?
– Если вы хотите что-нибудь сообщить доктору Арнольду, – холодно проинформировал его Лонгфелло, – вам следует обратиться в соответствующие инстанции. Неужели вы не понимаете, что ректор чрезвычайно занят и…
– О, я это понимаю! И понимаю, что такое инстанции. Отсрочки, оттяжки, проволочки, пока твое дело не станет известно всем и каждому!
– У Института времени слишком много задач, – напомнил им Максвелл. – В самых различных и одинаково интересных областях. Им же надо охватить все прошлое!
– При полном отсутствии денег, – добавила Кэрол.
...Возможно, подумал он, это произошло потому, что там, где множество самых разных рас должно жить в мире и согласии друг с другом, и «нетерпимость» и «терпимость» стали одинаково грязными ругательствами.
Когда человек голоден, он имеет право на любую пищу, которую отыщет.
- Ну, - объявил Оп, - теперь, когда мы перезнакомились, давайте перейдем к делу. Выпьем! Ужасно противно пить в одиночку. Конечно, я люблю Духа за многие его превосходные качества, но не перевариваю непьющих.
- Ты же знаешь, что я не могу пить, - вздохнул Дух. - И есть не могу.
И курить. Возможности духов весьма и весьма ограничены, но мне хотелось бы, чтобы ты перестал указывать на это всем, с кем мы знакомимся.
Вероятно, неприятности приключаются со множеством людей. Однако для каждого в подобном случае вопрос ставится просто: как найти выход из положения?
– Если вы хотите что-нибудь сообщить доктору Арнольду, – холодно проинформировал его Лонгфелло, – вам следует обратиться в соответствующие инстанции. Неужели вы не понимаете, что ректор чрезвычайно занят и…
– О, я это понимаю! И понимаю, что такое инстанции. Отсрочки, оттяжки, проволочки, пока твое дело не станет известно всем и каждому!
– У Института времени слишком много задач, – напомнил им Максвелл. – В самых различных и одинаково интересных областях. Им же надо охватить все прошлое!
– При полном отсутствии денег, – добавила Кэрол.
...Возможно, подумал он, это произошло потому, что там, где множество самых разных рас должно жить в мире и согласии друг с другом, и «нетерпимость» и «терпимость» стали одинаково грязными ругательствами.
Когда человек голоден, он имеет право на любую пищу, которую отыщет.
Трезвый Леха знал про квантовую механику только, что она есть. Нетрезвый – мог блеснуть эрудицией, но старался не болтать, чтобы не показаться выскочкой. А тут – отказали тормоза, и информация, впитанная когда-то чисто по любознательности из популярных книжек «для чайников», поперла наружу. Глупо, стыдно и немного смешно. Ну где Филимонов и где Шрёдингер.http://booksonline.com.ua/view.php?book=183929&page=55
Черт бы побрал эти современные войны: кто и с кем воюет, не разберешь, тем более, что делают это руками ЧВК; за что воюют и кто победил, – а как в интернете напишут, так и будет. Вспомнить хотя бы разборки в Сирии тридцать лет назад – о них ничего достоверно не известно, осталась только хлесткая фраза тех времен: «У России нет внешней политики, есть внешняя торговля». Которая тоже прекрасно всё объясняет, кроме самого важного: мы покупаем или продаем? Это был реальный товар? А может, иллюзия?Главное в современной войне – что? Танки? Шагоходы? Не обделаться? Нет, главное – продать людям рассказ о войне, который будет им интересен. Публике наплевать, как было на самом деле, народ просто купится на яркую историю, и она станет канонической.https://iknigi.net/avtor-oleg-divov/170862-tehpodderzhka-oleg-divov/read/page-7.html
– Ну ты что, дорогая, государство так не работает. Российское, во всяком случае. Это же кому-то надо взять на себя ответственность! Если бы у нас правая рука знала, что творит левая, мы бы давно правили миром… – Леха даже руками помахал для большей наглядности. – Нет-нет, приказ о спасательной операции должен быть отдан предельно невнятно и оставлять столько толкований, чтобы начальство при любом исходе могло свалить вину на исполнителей и доказать, что его неверно поняли! Эту науку знает любой менеджер среднего звена. А уж на самом верху она доведена до совершенства…http://booksonline.com.ua/view.php?book=183929&page=56
– Да. Это ужас как несправедливо, согласен. Войны по-прежнему ведут солдаты, но побеждают в них те, кто рассказывают истории. Образно говоря, поэты.– Поэты, – эхом повторила Рамона. – Зачем тогда солдаты?– Ну, солдат тоже надо куда-то девать… Нарожали, понимаешь!..http://booksonline.com.ua/view.php?book=183929&page=57
– Ты говорил – в войне Шрёдингера побеждают не солдаты, а поэты. Иди. Расскажи историю.– Блин, ты с ума сошла, какой из меня поэт?– Надеюсь, лучше, чем солдат.http://booksonline.com.ua/view.php?book=183929&page=59