Цитаты

Его воспитывали монстром, и он им стал. Но любовь – лучшее лекарство от ненависти.

Мое доверие – вовсе не приглашение к дружбе.

Перед законом все равны. Какое бы преступление вы ни совершили, на ваши права никто не покушается.

– Мир сделал меня таким, какой я есть, 

Главное свойство мертвеца – отсутствие жизни. Сознание покидает тело.

...никто не становится чудовищем, не побывав предварительно жертвой

...никто не становится чудовищем, не побывав предварительно жертвой

1793. История одного убийства

Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют 2017 по версии Шведской академии детективных писателей. Эта захватывающая, остроумная и невероятно красивая книга о темных временах жизни Стокгольма с лихо закрученным криминальным сюжетом и подробно описанным на основе исторических документов городским бытом XIII века прославила начинающего автора, потомка древнего дворянского рода Никласа Натт-о-Дага. Его книгу сравнивают с "Парфюмером" Патрика Зюскинда и романами Милорада Павича. "1793" стал бестселлером в Швеции, а через...

Перед законом все равны. Какое бы преступление вы ни совершили, на ваши права никто не покушается.

1793. История одного убийства

Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют 2017 по версии Шведской академии детективных писателей. Эта захватывающая, остроумная и невероятно красивая книга о темных временах жизни Стокгольма с лихо закрученным криминальным сюжетом и подробно описанным на основе исторических документов городским бытом XIII века прославила начинающего автора, потомка древнего дворянского рода Никласа Натт-о-Дага. Его книгу сравнивают с "Парфюмером" Патрика Зюскинда и романами Милорада Павича. "1793" стал бестселлером в Швеции, а через...

– Мир сделал меня таким, какой я есть, 

1793. История одного убийства

Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют 2017 по версии Шведской академии детективных писателей. Эта захватывающая, остроумная и невероятно красивая книга о темных временах жизни Стокгольма с лихо закрученным криминальным сюжетом и подробно описанным на основе исторических документов городским бытом XIII века прославила начинающего автора, потомка древнего дворянского рода Никласа Натт-о-Дага. Его книгу сравнивают с "Парфюмером" Патрика Зюскинда и романами Милорада Павича. "1793" стал бестселлером в Швеции, а через...

Его воспитывали монстром, и он им стал. Но любовь – лучшее лекарство от ненависти.

1793. История одного убийства

Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют 2017 по версии Шведской академии детективных писателей. Эта захватывающая, остроумная и невероятно красивая книга о темных временах жизни Стокгольма с лихо закрученным криминальным сюжетом и подробно описанным на основе исторических документов городским бытом XIII века прославила начинающего автора, потомка древнего дворянского рода Никласа Натт-о-Дага. Его книгу сравнивают с "Парфюмером" Патрика Зюскинда и романами Милорада Павича. "1793" стал бестселлером в Швеции, а через...

Мое доверие – вовсе не приглашение к дружбе.

1793. История одного убийства

Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют 2017 по версии Шведской академии детективных писателей. Эта захватывающая, остроумная и невероятно красивая книга о темных временах жизни Стокгольма с лихо закрученным криминальным сюжетом и подробно описанным на основе исторических документов городским бытом XIII века прославила начинающего автора, потомка древнего дворянского рода Никласа Натт-о-Дага. Его книгу сравнивают с "Парфюмером" Патрика Зюскинда и романами Милорада Павича. "1793" стал бестселлером в Швеции, а через...

Главное свойство мертвеца – отсутствие жизни. Сознание покидает тело.

1793. История одного убийства

Никлас Натт-о-Даг

Лучший дебют 2017 по версии Шведской академии детективных писателей. Эта захватывающая, остроумная и невероятно красивая книга о темных временах жизни Стокгольма с лихо закрученным криминальным сюжетом и подробно описанным на основе исторических документов городским бытом XIII века прославила начинающего автора, потомка древнего дворянского рода Никласа Натт-о-Дага. Его книгу сравнивают с "Парфюмером" Патрика Зюскинда и романами Милорада Павича. "1793" стал бестселлером в Швеции, а через...

– Она едва дышит! Ты о чём думал, когда использовал Сеть?!
– Я не узнал её: она спрятала свой разум слишком хорошо. И не захотела с нами говорить.
– Ещё бы она захотела! После того, как вы её запугали!
Боевой маг отвёл взгляд.
– Мне жаль. По крайней мере, мы смогли её спасти.
– Спасти?! – лер Альварис пренебрежительно фыркнул. – Если бы Лоур не успел вовремя, никого бы вы не спасли! Самоуверенные мальчишки! Как ты мог её не проверить?! Как не почуял?! ТЫ?! Неужели это было так сложно для Охранителя Занда?!
– Она не такая, как все, – хмуро возразил дер Соллен.

Магиня [Восхождение]

Александра Лисина

Айра – самая необычная адептка в академии высокого искусства. Не только потому, что умудрилась поладить со смертоносным игольником и в короткие сроки обогнать сверстников по уровню знаний, но и из-за дружбы с самым настоящим метаморфом. В качестве персонального учителя у нее теперь числится древний призрак. Лучшими друзьями являются растения и животные. Но даже это не способно смягчить ненавидящего ее боевого мага. И Айре еще не раз придется убедиться, что такие, как Викран дер Соллен, никогда...

«АЙРА!»
Она с трудом услышала чей-то слабый голос.
«АЙРА! ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ?!»
Никса неуверенно помотала головой, силясь отличить правду от вымысла, сказку от реальности. Понять, что было, что есть, что будет, а чему вообще никогда не суждено случиться. Силясь унять дикую боль в груди, из которой когда-то вырвали живую душу. И принять совсем иную боль, с которой пришло к ней новое ощущение себя самой.

Магиня [Восхождение]

Александра Лисина

Айра – самая необычная адептка в академии высокого искусства. Не только потому, что умудрилась поладить со смертоносным игольником и в короткие сроки обогнать сверстников по уровню знаний, но и из-за дружбы с самым настоящим метаморфом. В качестве персонального учителя у нее теперь числится древний призрак. Лучшими друзьями являются растения и животные. Но даже это не способно смягчить ненавидящего ее боевого мага. И Айре еще не раз придется убедиться, что такие, как Викран дер Соллен, никогда...

– А ну, сидеть! Хватит бегать! Кому было велено перестать прятаться?!
Листик вяло дрыгнулся и послушно притих.
– Я тебе плюну! – снова пригрозила Аира, заметив вызывающе яркий цветок. – Убери сейчас же и не смей охотиться на гостей!
Эльф чуть не подавился, когда воинственный Листик покорно опал и проворно спрятал своё главное оружие – готовый разразиться целым залпом созревший бутон, после одного плевка которого любому потенциальному врагу могло сильно не поздоровиться.
– Сонный порошок? – настороженно осведомился учитель.
– Сегодня – да, – сердито отозвалась Айра, разворачиваясь и унося притихший листовик в темноту. – Я ему запретила ядом плеваться – тут же люди, гости, ученики и преподаватели. Да ещё Кер с ним часто играет... не хочу, чтобы кого-то задело. И о вас я его предупредила, но он всё равно сбежал. Видимо, хотел проследить или даже напугать, но не вышло... пойдёмте, лер. Теперь уже можно. Сейчас я его посажу обратно, усыплю, и можно будет заниматься.

Магиня [Восхождение]

Александра Лисина

Айра – самая необычная адептка в академии высокого искусства. Не только потому, что умудрилась поладить со смертоносным игольником и в короткие сроки обогнать сверстников по уровню знаний, но и из-за дружбы с самым настоящим метаморфом. В качестве персонального учителя у нее теперь числится древний призрак. Лучшими друзьями являются растения и животные. Но даже это не способно смягчить ненавидящего ее боевого мага. И Айре еще не раз придется убедиться, что такие, как Викран дер Соллен, никогда...

Экзистенциальная основа любого бреда состоит в том, что с человеком происходит то, что с ним не происходит.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

...ложь – такая же иллюзия, как и истина.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

В случае обыкновенного вранья, даже если предположить, что сам говорящий верит в то, что он говорит, он отсылает нас к какому-то возможному миру, в котором его выказывание в принципе могло бы быть истинным.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

Бессознательное формирует желания.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

Мы привыкли думать про себя, что мы – разумные существа и в состоянии, в частности, отличать внутреннее от внешнего и подлинное от вымышленного. Но где гарантии, что мы проводим эти различия правильно?

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

Шизофреник противопоставляет свой индивидуальный бред социальному согласованному бреду, свою индивидуальную бессознательную наррацию – согласованной бессознательной наррации, свои индивидуальные странные объекты – социальным странным объектам.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

Надо изо дня в день, неделя за неделей воспитывать в себе шизофрению. Чтобы стать единственным нормальным человеком на Земле.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

...все мы живем в состоянии согласованного бреда. Мы договорились одно считать нормальным, а другое – безумным. Например, «Мальчик съел мороженое» – это нормально, а «Вбегает мертвый господин» – это безумие. Ну и что же дальше? Дальше появляется какой-то умник и говорит, что «Мальчик съел мороженое» – это не нормально, а бездарно, а «Вбегает мертвый господин» – это не безумно, а гениально.

Логика бреда

Вадим Петрович Руднев

Книга известного российского философа и психолога Вадима Руднева посвящена осмыслению вопросов, связанных с построением логики бредовых представлений с позиций философии обыденного языка и психосемиотики, междисциплинарного подхода, который автор книги давно разрабатывает в своих исследованиях. Автор вводит ряд новых концептов, таких, как бессознательная наррация, согласованный бред и подлинный бред. Бессознательная наррация – это повествование, которое разворачивается помимо сознания его...

Айра прижала метаморфа к своей щеке и сипло простонала:
– Бриер, ты – такое же чудовище, как твой учитель! Если бы у меня ещё оставались силы, я бы прибила тебя прямо тут. На месте. Не дожидаясь, пока это сделает он!
– Молчи, неблагодарная, – отмахнулся Бриер, помогая ей перевернуться и лечь на спину. – Между прочим, меня когда-то ещё не так мучили.

Магиня [Восхождение]

Александра Лисина

Айра – самая необычная адептка в академии высокого искусства. Не только потому, что умудрилась поладить со смертоносным игольником и в короткие сроки обогнать сверстников по уровню знаний, но и из-за дружбы с самым настоящим метаморфом. В качестве персонального учителя у нее теперь числится древний призрак. Лучшими друзьями являются растения и животные. Но даже это не способно смягчить ненавидящего ее боевого мага. И Айре еще не раз придется убедиться, что такие, как Викран дер Соллен, никогда...

– Может, ты сегодня отдохнёшь?
– Нельзя, – с сожалением отозвался он и со вздохом поднялся. – С меня ж потом отчёт стребуют. Так что вставай, жертва моего праведного гнева, после этого занятия ты тоже выползешь отсюда на карачках.
– Славная из нас получится пара, – кашлянула Айра. – Я – ползком, ты – враскоряку... просто загляденье.
Он из последних сил хихикнул, а потом властно указал на траву.
– Всё, закончили разговоры. Садись. Теперь мы будем тебя мучить.

Магиня [Восхождение]

Александра Лисина

Айра – самая необычная адептка в академии высокого искусства. Не только потому, что умудрилась поладить со смертоносным игольником и в короткие сроки обогнать сверстников по уровню знаний, но и из-за дружбы с самым настоящим метаморфом. В качестве персонального учителя у нее теперь числится древний призрак. Лучшими друзьями являются растения и животные. Но даже это не способно смягчить ненавидящего ее боевого мага. И Айре еще не раз придется убедиться, что такие, как Викран дер Соллен, никогда...