Цитаты
285476
– Сильнодействующее средство. 0,5 - храбрости и 0,15 -бесстрашия.
Удивительная история о том, как трусливый мальчик Петя помог грустной девочке Томе научиться смеяться и сам стал отважным без помощи доктора.
– Ах, я дырявая грелка, разбитый градусник.
Удивительная история о том, как трусливый мальчик Петя помог грустной девочке Томе научиться смеяться и сам стал отважным без помощи доктора.
С. 108: "Сегодня у него на приёме побывало 35 мальчиков и 30 девочек. Последним пришёл Миша. У него была тяжёлая и запущенная болезнь: Миша не любил читать книжки. Детский Доктор сделал ему укол, и Миша, схватив первую попавшуюся книгу, моментально погрузился в чтение. Пришлось силой отнять у него книжку и выставить его из кабинета".(Зелёная пилюля. Глава 8)
Удивительная история о том, как трусливый мальчик Петя помог грустной девочке Томе научиться смеяться и сам стал отважным без помощи доктора.
стр. 39Тома вскочила на ноги. Её глаза так широко открылись, что на лицетпочти не осталось места для рта и носа.
Удивительная история о том, как трусливый мальчик Петя помог грустной девочке Томе научиться смеяться и сам стал отважным без помощи доктора.
В досконалому світі майбутнього немає, є тільки минуле і його легенди, переказані в розповіді про фантастичний початок, немає еволюції і ніякої науки, є тільки Істина, єдина і правічна, і завжди поряд із нею стоїть Всемогутність, що дбає про неї.
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
Аппарат в своем искусстве манипуляций заходил слишком далеко - вплоть до того, что придумывал ложных врагов, которых затем до изнеможения разыскивал, чтобы в конце концов уничтожить своих же друзей.
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
"Щоб люди вірили і відчайдушно чіплялися за свою віру, потрібна війна, справжня війна, яка забезпечує масу полеглих і не припиняється ніколи, і потрібний ворог, якого не бачать або ж бачать усюди, не бачачи ніде".
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
Возможно, религия и обязывает любить Бога, но лучше всего ей удается вызывать отвращение к человеку и ненависть к человечеству.
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
Із вовками треба вити, або вдавати, ніби виєш, бекати - це останнє, що треба робити.
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
"Як і всюди, і в людей, і в хамелеонів, кожен набуває кольору стін, але ж були стіни проказні, а інші поточені червою, - в цьому й полягала драма".
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
...ми не стверджуємо, що мокбі вперті, мов каменюки, бо ж прагнемо бути шанобливі, а тільки кажемо, що каменюкам властива більша розважливість.
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
... мир має неминучу властивість стирати спогади і ставити лічильники на нуль."
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
"Раб, який знає, що він раб, завжди вільніший і величніший за свого господаря, нехай той господар навіть володар світу".
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
"Зґвалтування за згодою, повторюване день у день, місяць у місяць, усе життя, - чи стає воно любовними стосунками?".
Роман-антиутопия маститого алжирского писателя является своеобразным парафразом знаменитого «1984» Джорджа Оруэлла и развивает ту же тему: отношения свободы и тоталитаризма, человеческой личности и бездушного государственного аппарата.
- Скажи мне, что тебе понравилось.
- Да, мне понравилось, Итан, - прошипела я. - Счастлив?
- Безусловно. Так в чем проблема?
- Мы не вместе, ты ведь не ищешь серьезных отношений, а у меня нет никакого желания, чтобы кто-то начинал строить догадки и предположения по поводу...
Он не дал мне договорить и впился в мои губы долгим, глубоким поцелуем на глазах у всех. Когда он наконец отстранился от меня, раздался хор женских вздохов и несколько одобрительных замечаний от парней.
- Вот, - сказал Итан, шепча мне прямо в рот. - Теперь вообще не будет никаких догадок и предположений.
Рэйчел и Итан познакомились, когда им было по семь лет. Рэйчел едва не столкнула Итана с лестницы в ответ на грубую шутку, и они моментально друг друга невзлюбили. Их взаимные придирки перетекли в переписку, которая продлилась много лет, даже когда их разделил океан. Уверяя друг друга во взаимной ненависти, они продолжают делиться событиями жизни. Неизменные приписки – «хочу забыть тебя» и «ты меня бесишь» – сопровождают письма. Вот так дружба-ненависть. Вот так любовь. Но только они никогда о...
Горюющий человек нуждается в чем-то, что может занять его разум. Что-то, о чем можно позаботиться. Вот что я подумала, когда увидела это объявление. Сейчас неважно, хочешь ты эту собаку или нет. Она тебе нужна.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
— Я прочитал это в Интернете. — Где все — чистая правда, я полагаю.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
Идея была банальной, идиотской и нереалистичной, как открытка Холлмарк.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
да твой холодильник — целая ферма плесени
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
Она открыла холодильник и принялась перебирать его содержимое. Ллойд видел ее тень на стене, худую и немного нескладную. Она похожа на аиста, подумал он. И, возможно, она будет жить вечно.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
– Я много хожу пешком, – сказал Ллойд. – Сестра привезла мне собаку. Щенка.
– Щенки – это лучшее, что создал Бог для поддержания нашей физической формы.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
Его энергичная, своевольная, упрямая, бескомпромиссная сестра уже старая. И сам Ллойд тоже старый. Они – два живых подтверждения, что жизнь – краткий сон в летний день.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
Перед сном Ллойд сводил Лори на пляж. Он любовался закатом. Она нашла дохлую рыбину и пописала на нее. Оба вернулись домой довольные.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
Человеку, переживающему горе, нужно на что-то отвлечься. Чем-то занять свои мысли. Ему нужен кто-то, о ком можно заботиться. Дело не в том, хочешь ли ты собаку. Дело в том, что собака тебе нужна.
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»
– Домашних животных нельзя дарить людям без их согласия, – заметил Ллойд. – Я прочитал в Интернете.
– И ты веришь всему, что написано в Интернете?
«Сестра Ллойда Сандерленда, полгода назад потерявшего жену, с которой он прожил без малого сорок лет, приехала к брату из Бока-Ратона в Кайман-Ки и привезла ему темно-серого щенка. Сказала, что это метис. Помесь бордер-колли и муди. Ллойд не знал, что это за порода муди, да и не хотел знать…»