Несчастье порождает бессердечие.
Самые жестокие наказания - те, которые мы назначаем себе сами.
Все любят платье-чарльстон или игрушечные пулеметы, но кто помнит тысячи людей, которые ослепли, пока пили непонятно какой древесный спирт?
Это одна из самых несправедливых вещей в жизни - когда твой ребенок выглядит как твой бывший муж.
...можно что-то знать, а можно чувствовать. Для взрослых это две разные вещи. Для детей - одно целое.
- Мисс? Два бокала, пожалуйста. Мы хотели бы получить возможность плюнуть в вашу бочку.
Приехать домой из колледжа на лето - это как спать в доме друга, к которому ты приходишь днем. Мебель знакома, но свет над тобой издевается.
Серлас знает: истинное зло кроется в людях. В их языках яд, а в руках – безрассудная сила, что скрутит маленькую Клементину и лишит жизни только за цвет волос.
Время – не бурная река, а мутное болото, и оно застыло в одном миге, которое зовется Сейчас. Прошлое отмирает и забывается, будущее никогда не наступает, но сейчас вечно – оно тянется и тянется, и ему нет конца.
Словно кто-то свыше поставил этот день на колесо и спустил с горы – колесо катится, повторяя все события, одно за другим, одно за другим. С каждым разом ему все больнее, сложнее воспринимать действительность такой, какая она есть.
Она была обещанием. В его мире, полном разочарования и сожаления об утраченном, она была обещанием. Надеждой на что-то большее, чем простое существование. Необходимой нежностью, несбыточной лаской его обветренным думам, в которых порой не отыскать было ни лучика света. В бушующем море бессмысленной суеты и тревог она была его мирной гаванью.
Теодор не любит эпилоги. Они – обещание сказочных финалов при плохом конце. Всем известно, что сказки врут.
«Ты много раз умирал. Больше ты не умрешь...»
В голове продолжает тянуться этот шепот, даже когда он открывает глаза. Тишина окутывает все его тело, пеленая в кокон, внутри которого нашептывает свои кошмары.
Больше ты не умрешь.
Очень жаль.
– Ты не пробовал нормально жить? – тянет Бен.
– Нет. Я пробовал нормально сдохнуть.
Бен снова вздыхает.
– Что-то пока не выходит.
– Да, спасибо, а то я сам не заметил.
Не самая умная мысль, как ни прискорбно, после второго стакана виски становится вполне сносной.
Алкоголь все делает проще, запутанные причуды судьбы превращает в повороты, а не узлы на жизненном пути.
Сердце человека - слишком хрупкая вещь, которая бьется от любого неверного слова или поступка.
По дороге он рассказал, что людей, обладающих таким даром, как у Эллен, называют «сенсерами». Здоровяки в черных костюмах – работники «Элиты». Эта организация разыскивает подростков со способностями, чтобы использовать в корыстных целях.
«Проще остановить внушение, если осознаешь, что это не может быть правдой».
Спасибо, Господи, что сегодня наш дом не взлетит на воздух. Аминь.
Все. Назад пути нет. Представление началось.
В одной руке она держала увядшую розу — символ её личной потери, в другой — записку от любимого, вселяющую надежду на будущее.
Будущее, которое теперь в её руках.
В детстве Эллен верила, что можно совсем не спать, поэтому до последнего сражалась со злодейкой ночью. Теперь, когда ей шестнадцать, геройствовать бессмысленно. Сон придет, а вместе с ним – возможно, и кошмарные видения, которые мучили ее с ранних лет. «Видения» – так назвала их мама, когда Эллен впервые стала свидетелем трагедии из сна. Смерть и чужие страдания преследовали ее по ночам. Аварии, катастрофы, убийства – сбывалось все! Об одних происшествиях сообщали в новостях, о других она узнавала из разговоров знакомых, а некоторые случались прямо у нее на глазах.
«Капли, ласкающие лицо, – лучшее успокоительное».
«Остановись. Отдышись. Ты сильнее всех. Ты справишься».