Цитаты

Он попробовал стать хемулем, которого все любят, потом бедным хемулем, которого никто не любит. Но он по-прежнему оставался хемулем, который, как ни старался, ничего хорошего толком сделать не мог.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

Однажды темным осенним утром он проснулся и забыл, как его зовут. Печально не помнить как зовут других, но забыть свое собственное имя - прекрасно.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

Мне не нужны друзья, которые приветливы, хотя им нет до тебя дела и они просто боятся выглядеть нелюбезными. И трусливые друзья мне не нужны. Я хочу быть с тем, кто никогда ничего не боится, с тем, кто бы меня любил...

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

Хемуль постоял на берегу, задумчиво глядя на темные струи, и решил, что река похожа на жизнь. Одни плывут медленно, другие быстро, третьи переворачиваются вместе с лодкой.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

Это ведь обычное дело, что сложная проблема разрешается во сне. Голова, да и все прочее, лучше всего работает, если оставить в покое.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

На него снизошло удивительное спокойствие, как будто он стал деревом в тихую погоду, на котором не шевелится ни один листочек.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

Есть на свете те, кто остается, и те, кто собирается в путь.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

- Пойду-ка сварю кофе, - сказала мама, - а то я только и знаю, что сидеть и пробовать на вкус каждую минутку.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

В мире нет ничего страшнее нас самих.

В конце ноября

Туве Янссон

Лето прошло, и зима не за горами. Снусмумрик, как обычно, отправляется в странствие. Но почему-то на этот раз у него не получается беспечно покинуть Муми-долину — ноги словно сами собой возвращают его обратно. И, кстати, ближе к зиме многие друзья и знакомые муми-троллей вдруг решают, что сейчас самое время нанести визит в Муми-дом. И вот на веранде вновь загорается золотистый огонёк керосиновой лампы, с которой осенние вечера становятся теплее, и все так рады видеть друг друга. Книга, которую...

Мы примирились с этим ужасным тесным подвальчиком, каждый по-своему, и поднялись наверх. Но тьма, которая так часто предстает живым существом, пошла следом.
Она с нами еще не закончила.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

Он окинул меня типичным взглядом безмолвного превосходства, каким те, у кого есть дети, часто одаряют бездетных. Как будто прожить определенный срок не размножившись было грехом столь отвратительным, что прямо словами не выразить.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

– Боишься?
– Я ничего не боюсь, – сказал Рик.
Мамка заговорщически мне подмигнула.
– Это означает, что он боится всего.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

Любви всегда достаточно. Если она истинная, то ее достаточно.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

Выходит, что с самого рождения мы начинаем стареть, понимаешь? Выходит, что с самого рождения мы вроде как начинаем умирать. Какой смысл в жизни, если она просто закончится, и ты умрёшь, а мир продолжит существовать, как будто тебя никогда не было.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

Не все могут смириться со смертью, – услышал я слова Тони. – Большинство не может. Но она касается нас всех.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

Жизнь может быть суровой. Не всем она под силу.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

В конце концов, Добро даруется свыше. Зло рождается в человеческом разуме.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

Как и кошмар, смех действовал разрушающе, но в хорошем смысле.

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

“I didn’t see devils with yellow eyes and red horns prancing, or cheesy monsters or some Hollywood version of evil in the woods that day—I told you—you feel it.  You feel them, because they’re everywhere, and nowhere at all. Never there, but always with us.” “Who, exactly?” I asked. “Demons.” “Demons,” I said, tossing the word back at her. “You experience evil but…you can’t describe it.  Describe wind,” she said defiantly. “Tell me what it looks like.” “I understand.” “You understand nothing.”  An odd smile grew along her face. “But you will.”

Сезон крови

Грег Гифьюн

Когда-то в детстве Алан, Рик, Дональд и Бернард были неразлучными друзьями. Теперь им уже под сорок, жизнь каждого не слишком-то удалась, их пути разошлись, и вместе старых приятелей сводит страшное известие: Бернард, самый одинокий и безобидный человек в их компании, совершил самоубийство. Алан, Рик и Дональд находят предсмертное послание, в котором Бернард признается, что на самом деле был серийным убийцей. Даже когда полиция находит в городе закопанные изуродованные трупы, они не могут...

– Да вот… И еще этот его взгляд голодной акулы… Его все боятся, представляешь! Я кого с ним только не знакомила, все напрасно! Один взгляд, две улыбки, три слова – и девушку уже не догнать!
Даже не сомневалась, что Рамон Моринар может перепугать кого угодно.

Удивительно, как крепко цепляются за жизнь те, кто с легкостью ломает и разрушает чужие! У каждого подлеца душа гвоздями прибита к телу.

счастлив не тот, у кого много, а тот, кому достаточно.

- Еще не женился, а будущую родню уже терпеть не могу, хорошо хоть ее не так много.
- Да, тебе повезло. Ты женишься на сироте. А брат... ничего, и из него человека можно сделать.
- Или труп.

...Вы уже не свободны. От своего воспитания, принципов, характера... о чем тут говорить? Свобода - это смерть, и никак иначе, живой-то человек он всегда чем-то или кем-то связан. Иначе отродясь не получится.
- Неужели свободы не бывает?
- Бывает. Свобода - это понимание необходимости того или иного поступка.

Месть выжигает душу?
Его величество вспомнил смешные утверждения и фыркнул.
Безусловно, это правда, но лишь при одном условии. Если человек живет этой местью, думает о ней, вкладывает в нее душу... тогда - да. А если вот так, свершил и забыл...
Какое там выжигание? Обычная работа...