Цитаты
285143
admin
добавил цитату
из книги
«Ветана. Дар исцеления»
7 лет назад
Но если человек готов променять чувства на красивые жесты, то чувств он и не стоит.
Жестов ему за глаза хватит.
admin
добавил цитату
из книги
«Ветана. Дар исцеления»
7 лет назад
...иногда самые страшные поступки люди совершают не потому, что их душа черна, а потому, что она спит глубоким сном.
admin
добавил цитату
из книги
«Ветана. Дар исцеления»
7 лет назад
Меланхолия? Депрессия? Отчаяние?
Как же везет людям, у которых есть время на подобные переживания! А мне и того не дадут.
admin
добавил цитату
из книги
«Ветана. Дар исцеления»
7 лет назад
Эрик мог хоть в демона превращаться посреди пыточной - они и ухом не вели.
В жизни ведь что главное?
Правильно. Твоя собственная безопасность. А им как раз ничего и не угрожало, кроме премиальных за хорошую работу или штрафов за болтливость. И чего тут бояться? Работать надо!
Давно известно, что ключик есть ко всякому сердцу, и если не у Аллаха, то у Иблиса на связке он точно висит.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
Если удивляться каждой несправедливости, придётся весь век ходить с разинутым ртом.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
- Скажи мне, Шамон, тебя никогда не удивляло, что в мире столько зла?
- Нет. Если удивляться каждой несправедливости, придется весь век ходить с разинутым ртом.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
Видно, это чёрт так придумал, что всего слаще человеку запретный плод.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
Коня на водопой привести нетрудно, а ты его пить заставь, когда он сам не хочет.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
В людях прилично единомыслие, во-властях — единоначалие, во службе церковной — единогласие.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
Кто деньгой сорит, тому она легко досталась. А лёгкая деньга по всему миру одна — ворованная.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
Это только в чешуйчатом племени дольше живёт тот, кто лучше пресмыкается, у людей — наоборот.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
...в человеческих делах громче всего звучит звонкий голос золота...
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
Дьявол - ловкий богослов.
Эта книга — весьма необычна. Это фантастический роман, который в то же время являет собой и историческое повествование, раскрывающее перед нами истинную картину жизни России и сопредельных государств во второй половине XVII века. Судьба героя романа, Семена, поистине удивительна. Родившись в глухой тульской деревеньке, он попадает в плен к кочевникам и в итоге оказывается на невольничьем рынке… Двадцать лет он ходил по дорогам Востока, побывал в Мекке и Иерусалиме, на берегах Ганга и в Нанкине....
А вот я была и осталась какой-то другой героиней какой-то куда менее романтичной истории, где из башен выбираются сами.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
"Невольно мы рассмеялись уже вдвоем, но тут же Герберт посерьезнел: – а еще Артур срывается с места, только если ему нужно в чем-то разобраться. Он ведь умный. Сыщик из него получился бы лучше, чем из меня. Да и… – Он лукаво усмехнулся, – супруг тоже.
– Придержи коней! – Я выпустила его рукав. – Замуж? Мы с тобой знакомы-то…
– Недостаточно? – Улыбка все не сходила с его губ. – Это поправимо. Рано или поздно ты ведь захочешь… или нет? Смотри, я не люблю легкомысленных женщин!
– Посмотрим, как ты будешь себя вести. Мою руку и сердце надо еще засл…
Наклонившись, Падальщик быстро поцеловал меня в губы.
– Ну нет. Более серьезными поступками, Нельсон, а все эти глупости…
Кэб тряхнуло, и он обнял меня, притягивая к себе. На некоторое время мы плюнули на разговоры, в том числе о замужестве. Такое нагоняло на меня тоску с самого детства. Ребенком я давно уже не была, но отвращение к матримониальным темам осталось.
– Эй. – Я на секунду отстранила его. – Послушай. Я не из тех жен, кто вечно поит чаем гостей и интересуется только детьми, и…
– …Именно поэтому я однажды женюсь на тебе. Я ведь не интересуюсь ни чаем, ни детьми." (с)
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
― Моя подруга всегда говорила, что в любви не везёт тем, кто слишком много ищет.
― Я не искал, мисс Белл. Настоящие чувства ― всегда случайность. И не всегда счастье.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
Такая боль оставляет след даже после смерти. Наверное, поэтому все до сих пор спорят о том, как его не стало. Настоящая боль, даже чужая, которую просто наблюдаешь со стороны, не забывается. Никогда.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
"За моего дорогого графа Винсента I. я вышла поздно, в возрасте, в котором девушка уже считается старой девой и родители ставят на ней крест. Зато вышла по любви, хотя должна сказать, что в юности была не подарком. Этим я ему и понравилась: он явился купить корабль и сразу посмел нагрубить. Забавно, но когда мужчина и женщина ругаются с первой встречи, через какое-то время они нередко влюбляются друг в друга." (с)
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
Знаете, мозгами я, может, не блистаю, но мне кажется, мелодией иногда можно спасти мир, если мелодия вовремя найдена и сыграна.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
"– Мне казалось, тяготы должны сплачивать как ничто другое.
– Тяготы иногда как ничто другое отдаляют. Особенно когда заканчиваются и наступает время жить." (с)
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
― Созданий нашего сердца, даже несовершенных, нельзя низвергать в тень.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
Он долго и задумчиво смотрел на меня, и я вдруг болезненно понял, почему нам ― соперникам ― так хочется говорить друг с другом. Всё просто: оба мы тут чужаки, оба ищем приюта. Я нашёл, он ― пока нет.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
Им хорошо вместе. Могут убить друг друга, но им хорошо. Правда. Думаю, это счастье.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...
Над Блумфилдом послышался низкий рёв двигателя. Корабль, летевший с юго-востока, напоминал древний призрак ― тёмное дерево, острые шпили мачт, белоснежные паруса-крылья. Королевский фрегат, не иначе. Такие здесь, в убогой провинции, провожались особенно восхищёнными взглядами.
Бал правит Леди – и Смерть идет рука об руку с ней. Лондон потрясают преступления, ставящие Скотланд-Ярд в тупик, а в колониальной Индии вспыхивают бунты, которые Крылатая Империя не может погасить. Преступница прячет лицо и не оставляет улик, а только кровь и… старые ноты. И, даже объединив силы с частными детективами, полиция не может ее настичь. Но кто-то все это время ведет свою игру. Спасает офицера в Агре, загадывает сыщикам загадки, сам дает подсказки, – но не выходит из тени. Он ищет...