Цитаты
285142
«Глядя на эту мрачную картину, Муми-тролль думал о том, как, должно быть, боялась Земля этого приближающегося к ней огненного шара. Он думал о том, как сильно любил все это: лес и море, дождь и ветер, траву и мох. О том, что жить без этого всего было бы невозможно.
Но потом он вспомнил о маме и решил, что она знает, как все это спасти» (с.)
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
— Это что еще там такое? — удивился папа.
На траве сидел кто-то мокрый, несчастный, усатый и большеглазый.
— Я, — раздался слабый голос, — Выхухоль, бездомное существо. Половина моего дома рухнула, когда вы строили мост через реку. Это, конечно, не так уж важно. А другую половину унес ливень. Это, право, тоже совсем не важно. Ведь философу все равно, будет он жить или умрет. Но после такой простуды я, по совести говоря, не знаю, что со мной станется.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
— Я не знал, что вы живете под мостом. Входите, пожалуйста, в дом. Моя супруга, без сомнения, постелет вам где-нибудь.
— Мне не нужна кровать, — грустно сказал философ. — Кровати — это роскошь. Мне хорошо жилось в самой обыкновенной дыре. Правда, философу все равно, хорошо ему или плохо. Но что ни говори, дыра была хоть куда.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
Надо же, когда ты счастлив, то забываешь про еду.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
Фрекен Снорк вложила свою лапку в лапу Муми-тролля и сказала:
— Ну и пусть! пока тебе не страшно — мне тоже не страшно.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
Смотреть на вещи - одно, а держать их в руках, знать, что они твои собственные, - совсем другое.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
Должно быть, очень одиноко тому, кого все боятся.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
- Я не лев, - обиделся Снифф. - Я хочу маленьких приключений. Чтобы как раз по росту.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
Они развели огонь, стали печь оладушки и есть их одну за другой прямо со сковороды - ведь это самый лучший способ есть оладьи.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
— Ах да, комета… — озабоченно сказала Муми-мама. — Ондатр рассчитал, что она упадет вечером в наш огород. Так что я не стала пропалывать его.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
Какая жалость, если Земля расколется! Она такая хорошая.
На Муми-долину надвигается конец света! Где-то далеко в непроглядно-чёрной Вселенной движется звезда с пылающим хвостом — комета, — которая вот-вот упадёт на Землю. И тогда неизвестно, что ожидает всех земных обитателей. Муми-троллю и Сниффу рассказал об этом их новый друг Снусмумрик, которого они повстречали по пути в обсерваторию (они отправились туда узнать, правда ли Вселенная такая чёрная, и это было очень опасное путешествие!). А учёные в обсерватории даже назвали день и час, когда...
- Случайного не бывает, - снова и снова твердила Полин.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Как это, должно быть, мучительно - воображать, что отдаёшь своего ребёнка.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
За всю свою жизнь она выучила, что страсть, как и огонь, - штука опасная. Оглянуться не успеешь - а она уже вышла из-под контроля. Взбирается по стенам, перепрыгивает траншеи. Искры скачут, точно блохи, и разлетаются так же стремительно; ветерок разбрасывает угли на много миль окрест. Лучше приглядывать за этой искрой, бережно передавать ее из поколения в поколение, как Олимпийский огонь. Или, скажем, заботливо за ней ухаживать, как за Вечным огнем, памятью о свете и добре, которая никогда ничего не сожжет - ибо не способна. Под скрупулезным контролем. Довольная жизнью в клетке. Главное, рассуждала миссис Ричардсон, - избегать пожара.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Правила существуют не просто так: если им следовать, добьешься успеха; если нет - можно сжечь мир дотла.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
She had learned that when people were bent on doing something they believed was a good deed, it was usually impossible to dissuade them.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
... passion, like fire, was a dangerous thing. It so easily went out of control. It scaled walls and jumped over trenches. Sparks leapt like fleas and spread as rapidly...
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Для родителя ребёнок - не просто человек: для родителя ребёнок - страна, некая Нарния, неизбывный простор, где встречаются и настоящее, которое проживаешь, и прошлое, которое помнишь, и будущее, по которому тоскуешь.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Иногда кажется, что всему конец, и тут находишь выход.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Иногда надо всё сжечь под корень и начать заново.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
"Перемены не случаются сами, - твердила мать, вторя девизу Шейкер-Хайтс. - Перемены надо планировать."
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Everyone sees race... The only difference is who pretends not to.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Being allowed to do something and knowing how to do it are not the same thing.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
To a parent, your child wasn't just a person: your child was a place, a kind of Narnia, a vast eternal place where the present you were living and the past you remembered and the future you longed for all existed at once.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...
Omission was not the same as lying.
Летом в Шейкер-Хайтс только о том и говорили, что Изабелл, младшенькая Ричардсонов, все-таки спятила и спалила дом… В Шейкер-Хайтс, спокойном и респектабельном городке, все тщательно спланировано – от уличных поворотов и цветников у домов до успешной жизни его обитателей. И никто не олицетворяет дух городка больше, чем миссис Ричардсон, идеальная мать и жена. Но однажды в этом царстве упорядоченной жизни появляется художница Мия Уоррен. У миссис Ричардсон – роскошный дом, жилище Мии – маленький...