– Из тебя получается отличная двенадцатилетняя девочка, когда ты начинаешь ныть.
Я открыл заднюю дверь.
– К слову о нытье… хочешь поспорить на то, кто будет плакать в конце дня?
– Ты будешь, – ответила она.
– Нет.
Тэйт схватила упаковку салфеток и швырнула мне. – Вот. На всякий случай.
– О, смотрю, у тебя запас наготове, – парировал я.– Потому что часто плачешь, да?
Она резко обернулась.
– Tais-toi! Je vous détes… [фр.: Заткнись! Я тебя ненави…]
– Что? – перебил ее. – Что ты сказала? Я – секси, и ты меня любишь? Джаред, ты знал, что у нее есть чувства…
– Тебя это беспокоит? – Уголки моих губ приподнялись в злорадной улыбке. – Тэйт, скажи ему, что я выгляжу сексуально.
– Я бы ее поимела, – поддержала она меня. Я услышала, как Джаред засмеялся.
Лучшая музыка всегда печальна.
Ты всегда хотела меня. Знаешь, почему? Потому что я не пытаюсь убить твоих демонов. Я действую с ними заодно.
На свете осталось мало проступков, за которые бы мы друг друга не простили
Не то чтобы я уже обсуждал это с ней, но Фэллон забеременеет сразу после окончания колледжа.
Но душевные страдания прекрасны. Они приносят боль, ты словно в гору взбираешься, пытаясь вернуться к здравому смыслу, становясь в процессе сильнее, яростнее и увереннее, чем прежде.
Если доведешь Джареда – получишь кулаком в живот. Если доведешь Джекса – он взломает городскую базу данных и выпишет ордер на твой арест.
Если ударишь Джареда – он сделает из тебя отбивную.
Джекса никто не осмелится ударить. У него всегда при себе есть нож.
Ага, привет. Я – та самая девушка, которая угрожала разоблачить ваш роман по ТВ, и единолично ответственная за хаос, свалившийся на голову вашего бойфренда в связи с разводом. Но, разумеется, давайте обнимемся!
Иногда я задавался вопросом: ангел на правом плече действительно надеется, что я его послушаюсь, или только пытается выманить демона поиграть?
Эта безумно красивая девушка ненавидела меня, а я ненавидел ее, но... черт возьми, мне нравилась эта ненависть. Она была настоящей, даже дикой, пусть и бессмысленной.
И в страданиях есть своя прелесть. Мне было больно, и пришлось горы свернуть, чтобы пережить это. Но то, что нас не убивает, делает только сильнее и злее, чем раньше.
Сощурившись, он откусил чуть ли не половину шоколадного пончика.
– Ты просто думаешь, что я классный, потому что у меня есть все сезоны Дневников вампира на DVD.
О, мой Бог!
Я расхохоталась, прикрыв рот рукой.
– Не может быть! – выпалила неверяще. – Только не говори, что ты до сих пор их смотришь?
Мэдок нахмурился и подхватил второй пончик из коробки.
– Это ты виновата, – проворчал он. – Ты смотрела их каждый четверг, и я тоже втянулся.
– Мэдок. – Я проглотила свой кусок. – Я не смотрела их уже сто лет.
– Ох, посмотри. – Он кивнул. – Дэймон и Елена? Ага. Потом эта фигня с Алариком. Хреново получилось. А потом в город пришли Древние. Они крутые. У них теперь свое собственное шоу есть.
Я снова засмеялась. Мэдок перевел взгляд на меня, насупившись.
– Я серьезно, – повторил он настойчиво.
Я скучаю по твоей ненависти. Она приятнее, чем чья-то любовь.
Есть вещи, которым можно научиться только на собственном горьким опыте. Жизнь продолжается, рано или поздно на твоем лице снова появляется улыбка, а время залечивает раны или притупляет боль, если не может их залечить.
Что бы ни происходило на поверхности моря, это не потревожит спокойствие его глубин.
Нужно найти то, что любишь. То, за что готов сражаться, чтобы жизнь была целью, а не работой.
– Я делаю глупости, Тэйт. Только на них и способен. Только в этом хорош.
Я вообще люблю говорить сама с собой. Отчего бы не поговорить с интересным человеком, правда же?
Убийцы в фильмах всегда красавчики.
А места нам хватит? И вообще, может, у него там семья, дети и тому подобные животные?
Убийцы в фильмах всегда красавчики. Они ведь должны своей внешностью привлекать жертв. А у этого, должно быть, уже как минимум приличный список покоренных и разбитых сердец. Ну или же вырезанных органов.
Порой у самых жизнерадостных людей самая грустная душа.
Хороший руководитель — не тот, кто делает все за всех, а тот, кто способен собрать толковую команду, каждый участник которой справляется с собственными обязанностями самостоятельно, без понуканий и надсмотрщиков.
Наверное, никто из тех, кто любит по-настоящему, не знает причину своей любви. Любовь просто приходит — и все.