Порядочные люди сами думают о себе все то, что можно сказать в осуждение им, потому-то, государь мой, они и порядочные люди.
Если человек думает "не могу", - то и действительно не может. Женщинам натолковано :"вы слабы", - вот они и чувствуют себя слабыми, и действительно оказываются слабы.
Умри, но не давай поцелуя без любви!
Я не понимаю отдыха иначе, как в уединении. Быть с другими для меня значит уже чем-нибудь заниматься, или работать, или наслаждаться. Я чувствую себя совершенно на просторе только тогда, когда я один. Как это назвать? Отчего это? У одних от скрытности; у других от застенчивости; у третьих от расположения хандрить, задумываться; у четвертых от недостатка симпатии к людям. Во мне, кажется, нет ничего этого: я прямодушен и откровенен, я готов быть всегда весел и вовсе не хандрю. Смотреть на людей для меня приятно; но это для меня уже соединено с работою или с наслаждением, это уже нечто требующее после себя отдыха, то есть, по-моему, уединения.
Отчего же на чужих-то жен зарятся? Оттого, что их в наряде видят, а свою в безобразии.
льстят затем, чтобы господствовать под видом покорности.
Каждому довольно трудно понять особенности других натур; всякий представляет себе всех людей по характеру своей индивидуальности. Чего не нужно мне, то, по-моему, не нужно и для других, — так влечет нас думать наша индивидуальность.
Твой успех – это всегда чье-то поражение. Если ты сегодня вытянула счастливый билет, значит, кого-то другого судьба им обделила. Ничего не дается в жизни просто так, и за успех приходится платить по прайслисту. Как дорог успех узнаешь не сразу...
Расставание так болезненно. Ведь расставаясь с кем-то, ты оставляешь с ним часть себя, а это всегда больно. Как была важна для нас эта оставленная часть, мы узнаем лишь со временем...
У каждого случается момент, что переворачивает жизнь на сто восемьдесят градусов, и этот момент не приходит ниоткуда - он всегда с вами. Каждый день можно повернуть его, а можешь пройти мимо, не заметив...
Как оказалось, что повернуть этот момент - не самое сложное, еще нужно удержаться на этом повороте. Успех возносит тебя над другими, отделяя от близких. Ты чувствуешь свое превосходство и не скрываешь этого. Тебе кажется, что все дозволено и ты всегда права...
Реклама - это всегда дополнение комфорта к уже имеющемуся комфорту. Все в доме можно настроить, обустроить, освежить, а клей пустоты это скрепит. Можно и себя - омолодить, избавить от перхоти, секущихся волос - и на мгновение стать счастливым. Но завтра предложат новое средство, которое будет спасением от всего и без него жизнь, кажется, обречена на провал. Тот кто верит рекламе, тот сам себя обманывает, и ему никогда не выскочить из замкнутого круга. Ведь это бегство от пустоты в себе, которую хочется заполнить любой ценой...
Слава - нелегкая ноша. Она ослепляет человека, а потом появляется чувство вседозволенности, оно и разрушает тебя...
Идеальной любви не бывает: или тебя кидают, или ты кидаешь. Кто-то бросается в любовь, сломя голову, другой уклоняется...
Как часто близкие люди делают вид, что хотят нас предостеречь, на самом деле только втихую и ждут, когда мы споткнемся. Гораздо приятнее утешать несчастных, чем жить рядом с чужим успехом.
Случайные руки не дарят тепла, а от случайных поцелуев не замирает сердце. И следующим утром тебя накрывает одиночеством, которое ничем не заглушить. Забирая часть тебя, они ничего не дают взамен - разве что деньги. Но никакие деньги не могут компенсировать ту пустоту, что остается после них, и то отвращение, что преследует тебя в подсознании...
Мы начинаем путь вниз тогда, когда думаем, что мы лучше всех и нет нам замены.
Любовь - это всегда хаос. Ты лишаешься покоя, не можешь реально смотреть на вещи. Чем искреннее твое чувство, тем подлее тебя кидают...
Лишь тому понятна чужая боль, кто в достатке испытал ее...
Любовь подчас жестока - она ломает судьбы, калечит, разрушает...
Жаловаться - это расписываться в своем поражении...
У нее свое отношение к богу, так часто карающего и редко милующего, но ей часто нужны слова утешения, как тяжело подчас молчать. Но кому интересны чьи-то переживания? Вне стен больницы люди не хотят слышать об этом. Они опускают глаза, молчат или невнятно сожалеют, пытаясь абстрагироваться. Их можно понять,
зачем кому-то чужое несчастье? У всех полно своих проблем...
Для того, чтобы понимать другого, совсем необязательно говорить на одном и том же языке...
Бежалось хорошо, легко. И, самое главное, на бегу получалось скрыться от разных мыслей. Вот знаю же, причем давным-давно, что говно в этом мире говно и есть, а вовсе не шоколадное мыло с ароматом ландыша. И уж если вписался в шайку разбойников, то не стоит потом удивляться грабежам и изнасилованиям.
– А как ты сюда попал? – перевел я тему разговора.
– Вообще круто было, – покачал головой Бас, – короче, сидим как-то вечером, нас дрючат, как обычно…
– Чори?
– Не, поздно уже было, а этот урод редко в вирте задерживался. Он с девяти до восемнадцати, все чин-чинарем. Было кому еще… ну, короче, сидим, жопой на кольях, кстати, и тут бах, трах – открывается сразу три портала и оттуда перцы выпрыгивают, все на полном фарше – доспехи там, магия пиу-пиу, дым, огонь, ад и Израиль, короче. И давай наших надсмотрщиков гасить.
Меня вдруг пронзило ощущением, что это всё уже было. Причем настолько явно, что, когда я обернулся вокруг с узнаванием, даже под ложечкой потянуло. Конфабуляция - всплыло в памяти название эффекта ложных воспоминаний.