Не Бог ли виноват, сотворив людей слабыми и не дав им сил для борьбы с грехом?
Надо избрать что-нибудь одно - или жизнь, или смерть: если жить ты не можешь, то умри немедля; если же не хочешь умереть, живи, а не будь похож на улитку!
Впрочем, я подметил, что в данном обществе мы всегда остаёмся в той самой маске, в какой случайно появляемся там первый раз, причём каждому из нас приходится в разных кругах носить множество самых разнообразных личин.
— Никогда нельзя терять надежду!
Бессмертие — химера, бессмертия не существует, бессмертных людей не может быть.
Мне все чаще кажется, что нашу планету населяют одни ненормальные.
Позади - убийца. Впереди - человеческое безумие.
Пошел дождь из мертвых птиц, из мертвых скворцов, они валились с неба десятками, устилая асфальт и землю вокруг.
Глаза у него были голубые и холодные, как стенки провала в горах.
Счастье — вот оно, можно дотронуться.
Но месть, которую он рассчитывает осуществить… слепая месть способна все разрушить.
Я начинал роман с убеждением, что Чернобыль никогда не повторится. Я закончил его со вкусом атома на губах.
Он сравнивал людей Запада с персиками, а русских - с апельсинами. С одной стороны, открытые личности, которые здороваются с вами на улице, но только тронь - обнаружишь твердое, хорошо защищенное ядро. С другой - личности, на первый взгляд закрытые, но... но душа под кожурой у них нараспашку, покажешься ты москвичу своим - откроется до самого донышка.
Россию он неизменно представлял себе угрюмой, серой, будто залитой цементным раствором, равниной, а в действительности оказалось все наоборот.
Она и прощения попросила, да еще как вежливо! Так деликатно, что приятно было слушать; мне даже захотелось еще больше ей наврать, чтобы она еще раз попросила прощения.
Она особенно не разбиралась и с удовольствием писала стихи о чем угодно, лишь бы это было что-нибудь грустное. Стоило кому-нибудь умереть, будь это мужчина, женщина или ребенок, покойник еще и остыть не успеет, а она уж тут как тут со своими стихами. Она называла их «данью покойному». Соседи говорили, что первым являлся доктор, потом Эммелина, а потом уже гробовщик; один только раз гробовщик опередил Эммелину, и то она задержалась из-за рифмы к фамилии покойного, а звали его Уистлер. От этого удара она так и не могла оправиться, все чахла да чахла и прожила после этого недолго.
Будь у меня собака, такая назойливая, как совесть, я бы её отравил. Места она занимает больше, чем все прочие внутренности, а толку от неё никакого.
-Я сказал «пиршество» не потому, что так обыкновенно говорят, вовсе нет – обыкновенно говорят «похороны», - а потому,что «пиршество» правильней. В Англии уже никто не говорит «похороны» это не принято. У нас в Англии все говорят «пиршество» или «оргия». Оргия даже лучше, потому что вернее обозначает предмет. Это слово состоит из древнегреческого «орго», что значит «наружный», «открытый», и еврейского «гизум» — «сажать», «зарывать»; отсюда — «хоронить». Так что, вы видите, «похоронная оргия» — это открытые похороны, такие, на которых присутствуют все.
Она была лучше всех, и характера у нее было куда больше, чем у других девушек.
– Ну ладно, а из чего же мы ему сделаем чернила?
– Многие делают из ржавчины со слезами; только это кто Попроще и женщины, а знаменитости пишут своей кровью.
Люди бывают очень жестоки друг к другу.
Джим сказал, будто пчелы не жалят дураков, только я этому не верю: я сам столько раз пробовал, и они меня не кусали.
А дураков во всяком городе куда больше, чем умных.
Положим, человек ушибет себе палец, а потом отравится, а потом свалится в колодец и сломает себе шею и кто-нибудь придет и спросит, отчего он умер, так какой-нибудь дуралей может сказать: «Оттого, что ушиб себе палец». Будет в этом какой-нибудь смысл? Никакого.
Нет лучше способа провести время, когда соскучишься: уснешь, а там, глядишь, куда и скука девалась.
Пустяки-то и помогают в жизни больше всего.