Цитаты

Любой вопрос, если достаточно долго докапываться до сути, сводится к одному и тому же: «Почему это происходит?»

Мессия Дюны

Фрэнк Герберт

Говорят, что за достижением вершины неизбежно следует падение с нее. Пауль Атрейдес, известный также как Муад'Диб, лидер фрименов, их мессия, конечный продукт евгенической программы ордена Бене Гессерит — Квисатц Хадерах, Император всей известной Вселенной, обладающий пророческим даром, достиг своей вершины. Он возглавил Джихад — ужасную войну, которая должна была истребить всех, кто желал повернуть время вспять — низвергнуть Атрейдесов и восстановить старый порядок, разделив огромные...

- Опять дзенсуннитские притчи,- обвиняющим тоном сказала она.- Да, мудрец изменяет себе, а глупец живет лишь для того, чтобы умереть.

Мессия Дюны

Фрэнк Герберт

Говорят, что за достижением вершины неизбежно следует падение с нее. Пауль Атрейдес, известный также как Муад'Диб, лидер фрименов, их мессия, конечный продукт евгенической программы ордена Бене Гессерит — Квисатц Хадерах, Император всей известной Вселенной, обладающий пророческим даром, достиг своей вершины. Он возглавил Джихад — ужасную войну, которая должна была истребить всех, кто желал повернуть время вспять — низвергнуть Атрейдесов и восстановить старый порядок, разделив огромные...

Понятие прогресса служит нам защитным механизмом, укрывающим нас от ужасов грядущего.

Ведь именно вождь делает толпу – народом. Вернее, в том числе и вождь. Он поддерживает уровень индивидуальности: если личностей мало, народ становится толпой.

«Слишком долгое ожидание может стать пагубным, так как постепенно ослабевает ощущение цели».

Начало есть время, когда следует позаботиться о том, чтобы всё было отмерено и уравновешено.

…необходимо стремиться к постоянству изменчивости внутри себя.

Настоящий человек всегда одинок

Люди лучше всего чувствуют себя тогда, когда у каждого есть свое место и каждый знает о своем положении в мире, в событиях, происходящих вокруг него. Уничтожь место человека в мире, и ты уничтожишь самого человека.

Люди должны знать, сколь хорошо я ими правлю. А как они смогут узнать это, если мы им не расскажем?

Когда религия и политика идут в одной упряжке, те, кто ею правит, верят в то, что никто не может стать на их пути. Их скачка становится все более безрассудной: быстрее, быстрее и быстрее! Они отбрасывают все мысли о возможных препятствиях и забывают о том, что человек, ослепленный скоростью, видит обрыв лишь тогда, когда уже поздно что-либо сделать.

Скажите мне, что вы презираете, и я скажу вам, кто вы.

Самыми постоянными законами Вселенной остаются случай и ошибка.

Не записывай человека в покойники, пока сам не увидел труп. И помни, что даже тогда можно ошибиться.

Страх убивает разум. Страх - это малая смерть, несущая забвение. Я смотрю в лицо моему страху, я дам ему овладеть мною и пройти сквозь меня. И когда он пройдет сквозь меня, я обернусь и посмотрю на тропу страха. Там, где прошел страх, не останется ничего. Там, где прошел страх, останусь только я.

…людям нужны трудные времена, тяготы и угнетение, чтобы развивались их душевные силы.

Вождь – это тот, кто отличает толпу от собрания людей.

Милосердие – это химера. Оно смолкает, когда желудок урчит от голода, когда горло вопиет от жажды.

Мир держится на четырех столпах. Это – познания мудрых, справедливость сильных, молитвы праведных и доблесть храбрых.

Просто поразительно, как много людей не верят в то, что могут учиться и научиться, и насколько больше людей считают, что учиться очень трудно.

«Глубоко в сознании людей укоренилась поистине извращённая потребность в разумно
устроенной, логичной и упорядоченной Вселенной. Но дело в том, что реальная Вселенная всегда, пусть на один шаг опережает логику».

Самоконтроль в сочетании с коварством – что может быть ужаснее.

— Хотелось бы мне, чтобы это случилось в другое время — не в мое.
— И мне бы тоже, да и всем, кто дожил до таких времен. Но выбирать не дано. Мы можем только решить, как распорядиться своим временем.

Многие из живущих заслуживают смерти. А другие погибают, хотя заслуживают долгой жизни. Можешь ли ты наградить их? Так не торопись же раздавать смертные приговоры. Даже мудрейшие не могут предвидеть всего.

Нельзя быть одновременно и тираном, и мудрецом.