А когда человек сам за себя не волнуется, за него вдвойне сильно волнуются близкие — неужели так сложно это понять?
— Шура, все мужики — те еще псы! — наставническим тоном начал Бобрик, — некоторые просто брехливые псины, некоторые волки-одиночки, некоторые комнатные собачонки, виляющие хвостиком при виде хозяйки, но суть-то — суть-то! — одна!
-...Давайте лучше поговорим о вас. Вы хозяин такого чудесного кафе!
Дорик и Борик сидели за соседним столиком и смотрели на меня, как на чудовище. Я услышала, как Дорик шепнул на ухо Борику: «Женщины — страшные! Что это такое?», а Борик ему ответил, не сильно понижая голос: «Знаменитое женское коварство! Не смотри, а то кошмары сниться будут!».
— Итак, первая карта — дурень! Вроде бы…
— Есть такая карта?
— Сама смотри, коли не веришь! И проверь заодно, че-то без очечков не вижу нихера…
— Шут.
— Отлично! Значит она, что раздолбайка ты знатная, и что-то с тобой произойдет, отправишься ты куда-то!
— И куда же? — гадает дядя Вося в лучших традициях — размыто и бессмысленно.
— Вторая карта — вот бесстыдники! — мужской орган то, кажись… Отправишься ты, милочка, на ху…
— Это башня! — заглянула я в карты.
— В башню! Башня у нас значит, что произойдет что-то у тебя хуе…
...чтобы попасть в историю надо быть выдающейся личностью, а вот чтобы вляпаться… – просто быть.
Говорят, что смерть забирает раньше всего самых лучших. Нет. Не лучших. Просто честных. Может, оно и правильно? Ведь им – благородным, отважным, несгибаемым – ой как тяжело приходится в жизни, если они не умирают вовремя, в самом расцвете лет.
... когда становишься родителем, самое большое удовольствие доставляет наблюдение за самыми тихими занятиями своих детей – сном и раздумьями.
Глупенькая девочка, я всегда узнаю свою принцессу. Даже если она поседела, а вокруг глаз у неё морщинки.
Хотя, вполне возможно, сейчас назвал «другом» человека, которого через пару лет будут судить за «преступления против человечности»...Впрочем, с таким же успехом ему могут поставить памятник «за заслуги перед человечеством». Грань между подвигом и преступлением порою очень тонка.
... люди робеют перед по-настоящему важными вещами — и стремятся засмеяться и свести все в шутку, потому что боятся, что это может принести им боль. Может, из-за этого страха и любовь, и дружба уже потеряли свою ценность.
Зачем ценить то, что однажды можешь потерять? Проще притвориться, что это не имеет значения.
Тогда не будет больно.