Да, я тогда в людях совершенно не разбирался. Думал, они или доброго слова не стоят, или примерно такие, как я.
...ты учти: вы не обязаны ничего отдавать. Я, конечно, так себе бюрократ, однако законы Вселенной знаю. Будучи воплощённой Бездной, странно было бы их не знать. Так вот, согласно им, ты не обязан сдаваться. Сдаваться вообще никто никогда не обязан - это приоритетный закон.
Чудеса ему подавай. Их делать надо, а не как милость ждать.
С тех пор я знаю, что чудеса ревнивы. Очень сердятся, когда мы выбираем не их, а что-то другое, и отворачиваются от нас. К счастью, чудеса вспыльчивы, но отходчивы. Отворачиваются не навсегда.
Так в моём представлении выглядит справедливость, — говорит ему Нёхиси. — Всякий нуждающийся в спасении должен незамедлительно быть спасён.
Полезная штука смысл. Так вот, я думаю, что тяжесть материи, из которой вы состоите, настолько укрепляет волю и дух, что иногда ваши мечты и фантазии овеществляются. Начинают по-настоящему быть. По крайней мере, я совершенно уверен, что некоторые наши с тобой подопечные иногда уходят в ими самими выдуманные миры. Ясно тогда, почему жизнь у вас до нелепости трудная, и зачем нужна такая страшная смерть. Никто не станет какие-то дополнительные миры придумывать, когда все и так хорошо; ладно, положим, придумывать, может, и станут, но уж точно не страстно туда стремиться. Нужно вконец отчаяться, чтобы чего-то иного не вяло, вполсилы, а всем своим существом захотеть.
Часто слышал из разных источников, что страх отравляет как яд. Собственно, сам так думал и говорил. Но был уверен, что это просто метафора, чтобы нагляднее объяснить.
— Да я тоже. Но оказалось, вообще не метафора.
- Все ясно с тобой, одной картошкой не обойдётся, -смеется Тони. - Сейчас сделаю тебе бутерброд. С чем хочешь?
- Со всем миром сразу! - мычу сквозь картошку.
- Значит, три бутерброда, - флегматично кивает Тони. - Или даже четыре.
- сто тысяч!
- Договорились. Шесть.
Мы – глагол, ответ на вопрос «что делает?» – а не «кто?» Сбылись, есть, идём и смеёмся, дышим, слушаем, смотрим, как реальность меняется, отразившись в наших глазах. Каждый наш шаг по этой земле невозможен, тем не менее, мы существуем – такова актуальная, сиюминутная, но и вечная правда про нас.
Самые сложные вещи становятся вполне постижимыми, если их объяснить через суп!