Мои цитаты из книг
Дожить до времен, когда твои дети начинают видеть тебя другими глазами и ты можешь взглянуть на них не как на своих детей, а как на людей, – оно того стоит, со всеми трещинами и морщинами.
Миссис Сьюки Пул пережила последнюю из трех свадеб своих дочерей и наконец-то может спокойно вздохнуть и готовиться к путешествию с любимым мужем. Правда, на ее попечении грозная и властная матушка 87 лет от роду. Эта экстравагантная дама не даст заскучать никому и командует своей 60-летней дочерью, как будто той еще 15. Зато для всех прочих старушка само очарование. Но однажды Сьюки обнаруживает совершенно шокирующие сведения о своем рождении, о своей матери и о своих корнях. С этой минуты...
Об успешности человека можно судить не обязательно по его достижениям, но и по тому, что ему пришлось преодолеть.
Миссис Сьюки Пул пережила последнюю из трех свадеб своих дочерей и наконец-то может спокойно вздохнуть и готовиться к путешествию с любимым мужем. Правда, на ее попечении грозная и властная матушка 87 лет от роду. Эта экстравагантная дама не даст заскучать никому и командует своей 60-летней дочерью, как будто той еще 15. Зато для всех прочих старушка само очарование. Но однажды Сьюки обнаруживает совершенно шокирующие сведения о своем рождении, о своей матери и о своих корнях. С этой минуты...
В этом вся Ленор: невеста на любой свадьбе, покойник на любых поминках.
Миссис Сьюки Пул пережила последнюю из трех свадеб своих дочерей и наконец-то может спокойно вздохнуть и готовиться к путешествию с любимым мужем. Правда, на ее попечении грозная и властная матушка 87 лет от роду. Эта экстравагантная дама не даст заскучать никому и командует своей 60-летней дочерью, как будто той еще 15. Зато для всех прочих старушка само очарование. Но однажды Сьюки обнаруживает совершенно шокирующие сведения о своем рождении, о своей матери и о своих корнях. С этой минуты...
...в семидесятилетии хорошо вот что: по крайней мере знаешь, что не помер молодым.
Миссис Сьюки Пул пережила последнюю из трех свадеб своих дочерей и наконец-то может спокойно вздохнуть и готовиться к путешествию с любимым мужем. Правда, на ее попечении грозная и властная матушка 87 лет от роду. Эта экстравагантная дама не даст заскучать никому и командует своей 60-летней дочерью, как будто той еще 15. Зато для всех прочих старушка само очарование. Но однажды Сьюки обнаруживает совершенно шокирующие сведения о своем рождении, о своей матери и о своих корнях. С этой минуты...
Самое трудное в содержании животных - их терять.
Миссис Сьюки Пул пережила последнюю из трех свадеб своих дочерей и наконец-то может спокойно вздохнуть и готовиться к путешествию с любимым мужем. Правда, на ее попечении грозная и властная матушка 87 лет от роду. Эта экстравагантная дама не даст заскучать никому и командует своей 60-летней дочерью, как будто той еще 15. Зато для всех прочих старушка само очарование. Но однажды Сьюки обнаруживает совершенно шокирующие сведения о своем рождении, о своей матери и о своих корнях. С этой минуты...
А то, что сейчас под одеялом мой член стоит, как часовой на Красной площади, так это временные трудности.
— Станислав, я хотела попросить тебя… Помнишь Февронию? Внучку Марии Афанасьевны, соседки нашей. — Да вроде… Мелкая такая, бледная, еще заикается… — Ой, милый, ну когда это было! — Так в чем просьба, бабуль? — Встреть девочку на вокзале и проводи в мою старую квартирку. Она поступать в институт едет, пусть поживет там. Будь добр, дорогой, присмотри за деточкой, чтобы она, как обычно, ни во что не влипла! Я вспоминал наш диалог, глядя на Февронию, и в голове пульсировала одна единственная...
Знаешь, как моя бабуля говорит — борода лопатой, а ума кот наплакал.
— Станислав, я хотела попросить тебя… Помнишь Февронию? Внучку Марии Афанасьевны, соседки нашей. — Да вроде… Мелкая такая, бледная, еще заикается… — Ой, милый, ну когда это было! — Так в чем просьба, бабуль? — Встреть девочку на вокзале и проводи в мою старую квартирку. Она поступать в институт едет, пусть поживет там. Будь добр, дорогой, присмотри за деточкой, чтобы она, как обычно, ни во что не влипла! Я вспоминал наш диалог, глядя на Февронию, и в голове пульсировала одна единственная...
И на фоне этого серого города, состоящего из сырого бетона, свинцовых туч и темных луж, отражающих похожих друг на друга одинаково невзрачных прохожих, Стрекоза смотрелась ярко, живо и завораживающе, как маленький волнистый попугайчик среди стрижей, ворон, и галок.
— Станислав, я хотела попросить тебя… Помнишь Февронию? Внучку Марии Афанасьевны, соседки нашей. — Да вроде… Мелкая такая, бледная, еще заикается… — Ой, милый, ну когда это было! — Так в чем просьба, бабуль? — Встреть девочку на вокзале и проводи в мою старую квартирку. Она поступать в институт едет, пусть поживет там. Будь добр, дорогой, присмотри за деточкой, чтобы она, как обычно, ни во что не влипла! Я вспоминал наш диалог, глядя на Февронию, и в голове пульсировала одна единственная...
— Стой, дура! — кричит он, будто читая мои мысли.
Но слушаться его я не намерена. Глупо, конечно, далеко мне не убежать, но можно попытаться хотя бы спрятаться и пересидеть, пока схлынет первая волна его праведного гнева, а иначе Стас просто закопает меня в ближайшем сугробе, и найдусь я только к весне вместе с первыми оттаявшими какашками и погребенными под снегом окурками.
— Станислав, я хотела попросить тебя… Помнишь Февронию? Внучку Марии Афанасьевны, соседки нашей. — Да вроде… Мелкая такая, бледная, еще заикается… — Ой, милый, ну когда это было! — Так в чем просьба, бабуль? — Встреть девочку на вокзале и проводи в мою старую квартирку. Она поступать в институт едет, пусть поживет там. Будь добр, дорогой, присмотри за деточкой, чтобы она, как обычно, ни во что не влипла! Я вспоминал наш диалог, глядя на Февронию, и в голове пульсировала одна единственная...
Любой переезд – это до некоторой степени травмирующее событие, – сказала миссис Фенчер, – в особенности переезд из города в пригород, тем более для женщины, которая осознает, что она не в состоянии реализовать себя, занимаясь домашним хозяйством. Такой переезд скорее сравним с ссылкой в Сибирь.
Для Джоанны, ее мужа Уолтера и их детей переезд в живописный Степфорд — событие слишком чудесное, чтобы быть правдой. Но за идиллическим фасадом города скрывается страшная тайна, тайна настолько ужасная, что для каждого вновь прибывшего она открывается со своей стороны.