Чувствуя себя героиней “Красотки”, нагруженной пакетами, только и вполовину не такой довольной, я брела по мокрой улице, мимо уродских громадных домов, по сумасшедше правильной каменной плитке, вниз, по подземному переходу…
Про параллельные миры нашлась куча всякого бреда - я чуть над ним не заснула. Не постучись ко мне мама, наверное, так бы из-за компьютера не вылезла.
Рука Александра мягко коснулась моих волос.
— Глупая… Бог есть любовь. Он любит всех, включая и тебя. Оправдай его любовь, его надежду и он тебя простит.
— Это и есть наказание, — грустно вздохнула я. — Куда уж горше?
Александр улыбнулся — неожиданно зло.
— Жить… Не так ли, Алисия? Много горше.
— Я не могу так, — пролепетала я, понимая, что он прав. — Я не могу так больше.
— Придётся, — он прищурился, взгляд стал ещё злее. — Ты всё это натворила. Ты и только ты. Расхлёбывай.
— Алисия, — глядя на меня (наконец-то!) вздохнул Александр. — Ад — это место, где нет любви. Чем твоя жизнь сейчас отличается от ада? И ты сама хочешь, чтобы она длилась вечно?
Монах смотрел внимательно, а я постоянно теряла слова под его взглядом.
— Ты не понимаешь. Никто из вас не понимает. Я никогда не была человеком. Меня всегда… всегда считали одержимой, проклятой, кем угодно, но не человеком. Запирали под замок, подальше, лишь бы глаза не мозолила. Вот я и… не знаю… Вот я и стала такой, какой вы меня хотите видеть!
Однажды я проснулась под тихий визг — знаете, тихонечко так, словно по стеклу когтём проводят. Режет, хоть уши затыкай.
Звук доносился снаружи, и я бросилась к единственному более-менее широкому окну на этаже — круглому, под самой крышей. Предвкушала зрелище.
И зрелище меня не разочаровало.
Клирики дружно штурмовали мою защиту. Красиво так — у меня аж в глазах зарябило. Тут тебе и кресты, и лепестки роз, и… что там ещё в святом арсенале? Ну, лапочки же.
— И он посмел к тебе прикоснуться?! — выдохнул клирик. Хотя я вообще-то и так рассказала, как именно Армэль посмел ко мне…хм… прикоснуться. — Нет… Это не может быть правдой. Ты лжёшь, злобный дух. Я тебе не верю!
Я отправила в рот последнее пирожное. И благодушно огрызнулась:
— Да плевала я, веришь ты мне или нет. Я просто объяснила.
— Не думай, что ты здесь надолго задержишься. Очень скоро Его Величество отправит тебя обратно в ту дыру, из которой вытащил, — и уставилась на меня, явно в ожидании реакции.
Я поинтересовалась, умеет ли она читать мысли короля, что говорит с такой уверенностью.
— Я — мысли короля, — рассмеялась мачеха.
Только показалось странным то, как быстро люди меняют своё мнение. Прямо как ветер, который то в лицо, то в спину.