пережив затяжной развод, Анна внезапно открыла глаза на окружающий мир. Увидела, что сама она, несмотря на то, что не стара и красива, в весьма запущенном психологическом состоянии, что давно не обновляла гардероб, что дом запущен, ремонта лет сто не было.
Бывает, и очень часто, что женщина соглашается на отношения с женатым мужчиной, успокаивая себя, что это нужно «для здоровья», или просто «для секса», а настоящий, любящий и единственный ещё там, впереди, за поворотом, на белом коне, с алой розой в петлице и бархатной коробочкой в кармане… Потом приходят мысли, что если любимый изменяет жене, значит, у них не всё в семье ладно, значит, наступит момент, когда он очнётся, прослезится и воскликнет: «Дорогая моя! Солнышко! Люблю только тебя! Я навеки твой!» Или что-нибудь в этом роде… И вы будете жить долго и счастливо, потому что созданы друг для друга, как две половинки одного яблока. А то, что ты разрушила чужую семью, так это тьфу, ерунда, какая такая семья? Какие такие дети? Это вот у тебя теперь семья — крепкий надёжный тыл. Только за муженьком всё-таки лучше присматривать: бросил первую супругу, запросто бросит и тебя. Опыт-то имеется…
Любят все, но мучаются не в равной мере; есть такие, которые мучаются особенно. Их-то и называют любящими.
— В чем дело? — чуть дальше по коридору приоткрылась дверь, и из нее выглянула Марина, закутанная в такой же халат, как и у Ричарда.
Увидев троих нарушителей спокойствия, она гневно прищурилась.
— Вита, в комнату! А вы! Чтоб у вас все поотсыхало! Уроды!
С ладоней Марины сорвались и закружили в воздухе веселые белоснежные мотыльки.
«Поотсыхает», — с веселой злостью подумал Ричард, чувствуя себя отмщенным.
«Прибью, — мрачно проворчала она, возвращаясь к шатру после утренних процедур, — и фаворитку эту прибью, если она во всем замешана, и посла. Всех прибью, до кого дотянусь».
Настроение плавно спускалось с отметки «ужасное» на отметку «убью всех, кого увижу, и следов не оставлю».
Сколько звезд на небе, столько обманов хранит женское сердце.
Настроение было отвратительным. Усталость, помноженная на обезвоживание, голод и полную неизвестность, сделали свое дело: сейчас Марине хотелось есть, пить, убивать. И все равно, в какой последовательности.
— Магия Смерти, ваше высочество, не самый лучший дар богов.
Колокольчик перерос в набат.
— Не нам, смертным, решать, какой дар получать. Вы воюете с себе подобными, но сможете ли выступить против самого Танароса?
Потребность любить создает привязанности вымышленные.
— Чем тебя кастинг не устроил? Выбирай, кого хочешь. Вместо служанок.
— Что ты им сказала? — прищурился Ричард.
— Правду, — мягко улыбнулась Марина. — Что ты — мужчина одинокий, щедрый, что тебе нужна постоянная фаворитка, и с ней ты будешь нежен и ласков.
— И что же ты тогда от меня, такого шикарного мужчины, служанок гоняла? — ухмыльнулся в ответ Ричард.
— Так служанки каждый раз разные. Да и не солидно принцу оприходовать прислугу. А вот фаворитка…