Спокойной ночи, - я закрыла за ним дверь и повернулась к Акулине. – Ты бы еще за раковый суп растрепала!
- А чево? – девушка хлопнула ресницами. – Барин, видать, и сами супницу-то увидели… Один жирный ободок по краю остался… Я вам так скажу, ежели вы вдруг замуж захотите, так при кавалерах нужно поскромнее откушивать. Вот посмотрит какой жених, как вы поросят уплетаете, да решит, что невыгодно такую жену в дом брать. Подумает, непроста девка, аки хороший жернов: что ни кинь, все смелет…
- Так она его еще и отлупит, ежели возмущаться станет, - подала голос Прасковья. – Будет с разъюшеным носом каждую субботу ходить.
Что касается Кэрола, вряд ли какого-нибудь вора могло бы заинтересовать что-то из его вещей, если только вор не собирается защищать докторскую диссертацию. В доме у него только бесконечные ряды книжек, которые выглядят ужасно важными. И заглавия у книг солидные, серьезные, никакой игры слов. «Психология: путь вперед», «Психоанализ: путь назад», «Теория Юнга: взгляд со стороны», «Сказки братьев Гримм». Я убежден, что из всех этих книг Кэрол читал и понял только последнюю.
В свои сорок восемь, он — верный кандидат на сердечный приступ, и я не удивлюсь, если у него они уже были. Единственное упражнение, за которым я его заставал, это пережевывание очередной порции фастфуда. Меня тошнит от одной мысли, что я сижу в его кресле. И еще у меня появляется ощущение, что от одного этого факта я начинаю набирать вес.