— Мисс Трексмор, вы бы не согласились осчастливить меня, взяв в супруги?
— Я согласна, Арчибальд.
— Благодарю вас.
— И это все?
— Простите, не понял…
— Вы не собираетесь меня поцеловать?
Арчибальд снова поглядел на леди Лаудер, и та дала материнское благословение.
— Таков обычай, Арчибальд. А помимо всего прочего, вам этого смертельно хочется…
И вновь, как на берегу Темзы, баронет ураганом налетел на мисс Трексмор, сжал в объятиях и наградил столь жарким поцелуем, что молодая женщина едва не задохнулась. Покраснев, как вишня, она с трудом высвободилась из рук баронета.
— Ведите себя прилично, Арчибальд! — чуть слышно прошептала она.
Леди Элизабет Лаудер по-матерински заботливо вступилась за сына:
— Не судите его слишком строго, Рут. Я ведь вам уже сказала: Арчибальд невероятно застенчив.
И мисс Трексмор призадумалась, что с ней будет, если баронет, паче чаяния, сумеет победить робость!
Можно с избытком жаловать ленты куртизанам, но сие отнюдь не делает из оных людей.
Воистину необычайной оказалась бы книга, в которой не нашлось бы места для вымысла.
Бывают люди добродетельные лишь потому, что у них не было случая предаваться порокам.
Государь всегда должен обещать только то, что он намеревается исполнить.
Моя ошибка состоит в том, что я не стер Пруссию с лица земли
Правительства, в которых высказываются противоположные мнения, годятся, пока царит мир.
Легче создавать законы, чем следовать им.
В литературе ничего нового уже сказать нельзя; но в геометрии, физике, астрономии еще есть широкое поле для деятельности.
Всякая сделка с преступником пятнает преступлением трон.