У розовых платьев (особенно в горошек!) все-таки имелось одно достоинство: в них Лиза выглядела очаровательной пай-девочкой, которая если и попадает в неприятности, то исключительно по воле злого рока.
Его пес не рычал, но смотрел так выразительно, словно хозяин дал ему команду: «Осуждай!»
– За такой дефицит надо спрашивать у контрабандистов, а мы со вчерашнего дня сократили эту должность!
– Работайте честно, и никто вас не тронет.
– Ой, скажите это той мафии из налоговой, которая страшнее за традиционную!
Друг познается в беде.
Особенно если эту беду
Он и накликал.
– Она таки хотя бы не попадается! – поддержала начальницу Сара. – Не то что мой почти родной племянник от пятого брака второго мужа троюродной сестры, ай-ай-ай, какой позор на всю генетическую линию! Мало того что нелицензионный жулик, так еще и полный адиёт!
– Ну и что мне с вами делать?! – строго обратилась Кира к браконьерам, предоставляя им возможность навоображать всяких ужасов вплоть до утилизатора.
Судя по отсутствию каких-либо реакций – киборги с успехом ею воспользовались.
Вся эта каша заварилась из самых благих побуждений, что, конечно, похвально, но так она зачастую выходит даже гуще.
Αвшур был еще слишком молод, что бы ничем не выдать своего потрясения, но слишком авшур, что бы выдать слишком много.
Преступники эволюционируют вслед за правоохранителями, и хорошо, если не наоборот.