В общем, дурдом. Но родной.
- Но если решите остаться, то я буду рад.
А нервный тик на левом глазу у него начался от слишком высокой концентрации радости в организме, не иначе.
- Говорите всё, - махнул рукой Карп Евстратович, - хуже уже не будет.
- Да вы пессимист, - я не удержался. – Оптимистичнее быть надо!
- Это как?
- Всегда есть куда хуже!
- Вас тут не обижают?
- Нас? Да нет… кто ж нас обидит-то?
- И вправду. Что это я. Но если бы вдруг…
- Заступился бы? – с надеждой спросил Метелька.
- Уши бы оборвал, - Еремей убил надежду на корню. – Потому как получается, что зря я вам столько учил, коли всякие тут обидеть могут.
Аргумент, однако.
Свежий воздух отрокам очень полезен. И булки, которые помогут восстановить силы после учёбы. Булки подали с кухни, и Шувалов сумел стащить пару для нас, чем укрепил меня в мысли, что цыганская кровь даром не прошла.
Вот с виду – аристократ высочайшего пошибу. А булки тащит.
- А что я? Я вообще жениться не хочу, - Орлов снова помотал ногами. – Я только жить начал! А они сразу долг исполнять…
Его Высочество собственноручно носил ей цветы. Присылал аккуратно переписанные сонеты. Баловал драгоценными подарками.
В ответ получал раздраженные просьбы не обдирать чужие королевские сады, исправление орфографических и пунктуационных ошибок, тщательно аргументированные на полях подробнейшим разбором, и экскурсию в королевскую сокровищницу, посрамившую саму мысль о возможной меркантильной натуре королевы.
— Любая великая катастрофа, Саша, начинается всего с одного слова, — негромко проговорил он, повернувшись ко мне. — Она начинается с «я». Тот, кто слишком в себе уверен, никогда не заметит, что шагает прямиком в жадные объятия пропасти.
— Понимаешь, Александр, комфорт и спокойствие — главные препятствия на пути к развитию. Если тебе комфортно и хорошо, то зачем тогда двигаться вперед?
Это молодые и наивные идиоты придумывают отмазки о том, что никотин помогает им расслабиться. Собраться с мыслями. Успокоиться.
Жалкая чушь. Это точно такой же наркотик, как и любой другой. Просто убивал он медленнее. И вся суть привычки заключалась в том, что организму требовался очередная доза просто для того, чтобы почувствовать себя нормально.