Мои цитаты из книг
— Вы уже нашли адвоката?
— Да.
— Быстро.
— Измена отлично ускоряет документооборот.
— Ты же говорил, что выбираешь кольцо для меня… Он даже не сразу отвечает. Только убирает руку с её талии. Поздно. Я уже увидела всё. Её улыбку. Его раздражение. Кольцо, которое должно было стать моим. — Ты всё неправильно поняла, — говорит муж. — Это сложная ситуация. Сложная? Десять лет брака. Ребёнок. Дом. Мои бессонные ночи, его поздние возвращения, мои «ничего страшного» и его «не начинай». А теперь — она. — Мы поговорим дома, — добавляет он. — Только не устраивай сцену. Я киваю. ...
М-да, беда, если человек глуп и плохо образован. Большая беда, если он при том высоко мотивирован на достижение поставленных целей.
Дилогия. Книга 2 Отсутствие магического дара ничуть не мешает мне, Кассандре Валенса, преподавать в академии магии, что бы там ни полагал господин ректор. Давно пора увеличить количество часов, отводимых на изучение ботаники, — не дело, что студенты проигрывают битвы магическим растениям, а на полигонах робко прячутся за моей спиной. Вперёд, господа боевики! Нет, пустую полянку лучше обогнуть, ибо не пуста она вовсе: неужели не заметно, что даже дикие мантикоры облетают её стороной?! ...
Ничего, девушка наберётся опыта и накрепко запомнит, что логика клиента — самая логичная на свете, и точка. Логику клиента не надо обдумывать — ей надо соответствовать. С рассуждениями клиентов либо соглашаются, либо теряют клиентуру.
Дилогия. Книга 2 Отсутствие магического дара ничуть не мешает мне, Кассандре Валенса, преподавать в академии магии, что бы там ни полагал господин ректор. Давно пора увеличить количество часов, отводимых на изучение ботаники, — не дело, что студенты проигрывают битвы магическим растениям, а на полигонах робко прячутся за моей спиной. Вперёд, господа боевики! Нет, пустую полянку лучше обогнуть, ибо не пуста она вовсе: неужели не заметно, что даже дикие мантикоры облетают её стороной?! ...
Служба в СИБе убедила Мара в одном: ключевое отличие матушки от террориста-смертника в том, что с последним хоть иногда получается договориться. С матушкой, страстно мечтающей о счастливом будущем сына, сие представлялось решительно невозможным сделать.
Дилогия. Книга 2 Отсутствие магического дара ничуть не мешает мне, Кассандре Валенса, преподавать в академии магии, что бы там ни полагал господин ректор. Давно пора увеличить количество часов, отводимых на изучение ботаники, — не дело, что студенты проигрывают битвы магическим растениям, а на полигонах робко прячутся за моей спиной. Вперёд, господа боевики! Нет, пустую полянку лучше обогнуть, ибо не пуста она вовсе: неужели не заметно, что даже дикие мантикоры облетают её стороной?! ...
— И вот прямое проклятье всё одно так или иначе, но себя проявит. А вот такое… оно будет постепенно ослаблять человека, подтачивать его. И когда раскроется в полную силу, спасать будет уже поздно.
Понятно.
В общем, даже гордость за себя такого уникального взяла. Одно дело ножом в подворотне пырнуть, по-простому, и совсем другое — проклятье хитровымудренное, сложного устройства. Аристократично. Прилично. И помогает ощутить собственную значимость.
Громовы больше не одни, но легче от этого не становится. Друзья и союзники готовы помочь, но враг не только силён, но ещё и умён. Одна за другой обрываются нити, ведущие к Философам. Сами безумные учёные держатся в тени, но продолжают перекраивать мир по собственному разумению, не слишком обращая внимание на сопутствующие жертвы. Вот только и они далеко не всемогущи. Да и мир сам готов измениться. Но в какую сторону? И как с этими переменами связан пусть талантливый, но мальчишка из рода...
— Людишки работают разные, иные вон, чуть отвернись, точно чего открутят. Даже если оно им не надо, а случай представился.
— Ага, — подтвердил Орлов. — Никит, помнишь, у нас чуть колесо от грузовика не открутили! А сколько тряпья пропало с веревок, то и не сосчитать.
— Ладно, тряпьё, — Татьяна присела рядом с Тимохой. — Тут одна… дама, скажем так, до шкафа с лекарствами добралась.
— Спёрла?
— Съела. Причём всё, до чего дотянулась. Еле спасли. Я спрашиваю, зачем? А она, мол, что пилюли целебные, а значит, чем больше, тем здоровее будешь.
Громовы больше не одни, но легче от этого не становится. Друзья и союзники готовы помочь, но враг не только силён, но ещё и умён. Одна за другой обрываются нити, ведущие к Философам. Сами безумные учёные держатся в тени, но продолжают перекраивать мир по собственному разумению, не слишком обращая внимание на сопутствующие жертвы. Вот только и они далеко не всемогущи. Да и мир сам готов измениться. Но в какую сторону? И как с этими переменами связан пусть талантливый, но мальчишка из рода...
— Пояс! Из волчьей шерсти! — голосом знающего человека проговорил Демидов.
— Слушай, — Орлов наклонился, изучая кирпич. — Я понимаю, Урал — это места дикие и волки там водятся в немалых количествах. Не понимаю, другого. Как они себя чесать-то позволяют?
Громовы больше не одни, но легче от этого не становится. Друзья и союзники готовы помочь, но враг не только силён, но ещё и умён. Одна за другой обрываются нити, ведущие к Философам. Сами безумные учёные держатся в тени, но продолжают перекраивать мир по собственному разумению, не слишком обращая внимание на сопутствующие жертвы. Вот только и они далеко не всемогущи. Да и мир сам готов измениться. Но в какую сторону? И как с этими переменами связан пусть талантливый, но мальчишка из рода...
— Это… это просто… просто отребье! Грязные нищие… они никому не нужны… они, как бродячие псы… в стаи собирались, и мы… мы делали мир чище! Лучше!
Интересно, когда-нибудь утратит актуальность эта песня про сделать мир чище, избавив его от ненужного элемента?
Громовы больше не одни, но легче от этого не становится. Друзья и союзники готовы помочь, но враг не только силён, но ещё и умён. Одна за другой обрываются нити, ведущие к Философам. Сами безумные учёные держатся в тени, но продолжают перекраивать мир по собственному разумению, не слишком обращая внимание на сопутствующие жертвы. Вот только и они далеко не всемогущи. Да и мир сам готов измениться. Но в какую сторону? И как с этими переменами связан пусть талантливый, но мальчишка из рода...
Сильным человека делали не власть или деньги, а несгибаемость в собственных убеждениях и способность идти до конца. Даже если в итоге позади рушилось все, что прежде было дорого.
Многие на закате лет мечтают вернуть молодость или очутиться в другом мире. Я на подобное даже не рассчитывал. Но получил хист и внезапно начал видеть нечисть. Хорошо, что хоть тело прежнее. Хотя вру. Боль в коленях ушла, а сплю я теперь как младенец. Если бы еще рядом не сновала опасная тварь и кто-то не пытался убить – было бы вообще отлично.
Это второй цикл по вселенной «Рубежники». Первый называется «Бедовый». Читать можно отдельно.
Кто мне эта девчонка с весьма сомнительной моралью? Никто. Но вся суть хорошего человека в том, что он не задает себе вопросов, если нужно кому-то помочь.
Многие на закате лет мечтают вернуть молодость или очутиться в другом мире. Я на подобное даже не рассчитывал. Но получил хист и внезапно начал видеть нечисть. Хорошо, что хоть тело прежнее. Хотя вру. Боль в коленях ушла, а сплю я теперь как младенец. Если бы еще рядом не сновала опасная тварь и кто-то не пытался убить – было бы вообще отлично.
Это второй цикл по вселенной «Рубежники». Первый называется «Бедовый». Читать можно отдельно.