— Милдрит, давай ты выйдешь за меня замуж?
— Э… а зачем? — с интересом уточнила я, высовываясь (без особой, впрочем, охоты) из уютных объятий.
— Миллион плюсов! Во-первых, твои родственники лишатся каких-либо на тебя прав…
— Я и сама их полишаю!
— Я спрашиваю: кто зачинщик? — громыхнул ректор, обводя взглядом нашу компанию вандалов.
Дей и Шед подняли руки первыми, и всем видом давая понять “Мы же мужчины!”. За ними подняла руку Тэва — видно, вспомнила, что это она первая заговорила про эльфа. Чем руководствовалась Илька, которая вообще всех нас отговаривала, я не знаю, но руку она поднимала с лицом воина, идущего в атаку.
Отчислят. Точно — отчислят. Нечего даже мечтать, чтобы съели.
Я поднимала руку последняя. Ме-е-едленно. Руку поднимала, а глаза — опускала…
Ректорский кабинет, ректорский секретарь, сам ректор. Все они (включая кабинет) нас не одобряли. Понимаю, поддерживаю: в третьем часу ночи я и сама всех, внепланово меня разбудивших, категорически не одобряю даже без дополнительных причин, а уж нынче дополнительных причин хватало.
— Таких друзей — за хвост, и об мост.
— Вы всерьез считаете, что я бы не справился с девицей?
— Многие мужчины считают, что справятся с девицами, а потом моргнут и уже десять лет как женаты с пятью детьми.
Это он что, намекает, что я немощная?!
А я может и немощная, но зачем намекать-то?!
Рано, рано я его в воспитании заподозрила!
— Я буду вам крайне за это признательна, — чинно произнесла я, отчаянно понимая, что из меня лезет благородная девица, но не имея ни малейшего представления, как запихать ее обратно. Воспитание-с!
Держись, Академия Семи ветров! Я иду!
…вот сейчас посижу еще немного — и иду.
– Любава просто невыносима, – пожаловалась она. – Вчера пять часов провели с ней в магазине, она никак не могла выбрать себе платье, в итоге купили три. А сегодня никак не может решить, какое надеть, чтобы блистать вечером.
– Останешься на ночь?
– Нет, поужинаю с вами и домой. Устал ужасно, хочу немного дома побыть. Да и вам я уже наверняка надоел.
– Ну, в этом вопросе твое присутствие или отсутствие роли не играет.