— Лиллен, даже бабник в хозяйстве пригодится, — решительно заявила мать. — Если не пьет и не бьет тебя — все можно пережить. Даже любовниц. Главное, чтобы возвращался назад. А гуляет… Пусть гуляет, если делает это тихо.
От этих слов меня буквально передернуло. До конца жизни мучиться вопросом, где твой благоверный и с кем? Такой ведь может искать приключений на тощую задницу и когда поседеет… А если заразу какую принесет? Я себя еще достаточно уважаю, чтобы не связываться с таким типом.
— Лил, тебе нельзя нервничать, — схватил меня за плечо Дэниэлс, пытаясь предотвратить убийство.
Я стряхнула руку друга.
— А я не буду нервничать, — отчеканила я. — Убью его — и не буду нервничать.
Кого вообще этот тип может привлекать? Хотя учитывая армию фанаток… Что ж, они не видели его сексуально торчащие ребра поутру.
Дэниэлс все-таки был хорошим парнем, и даже ответственным порой. У таких на подкорке записано, что с беременными нужно обращаться как с хрустальными вазами и ни в коем случае не расстраивать.
Геи порой по истеричности дадут фору любой девушке…
Месть тут же утратила всю возможную привлекательность.
В чем смысл портить жизнь человеку, который заранее готов подставить другую щеку? Никакого духа охоты…
Папочка моего нерожденного чада все-таки не понял тонкого намека, который получил в челюсть.
На самом деле я тоже любила картофель. И все жирное. Но моя железная воля и любовь к своей фигуре неизменно оказывались сильней чувства голода.
— Заведи себе жену. Или хотя бы девушку. А то мне есть и пить у тебя нечего.
Вечер прошел, можно сказать, идиллически. Маньяк убил всех, кроме одной унылой курицы, которая в итоге осталась на руинах дома в одиночестве и истерике. Так и хотелось попросить кого-то убить ее из одного лишь сострадания. К сожалению, сострадания у сценаристов не наблюдалось.