В шестнадцать лет у меня было всё. В девятнадцать — ничего.
Шестнадцать этажей — меньше минуты и я в раю. Может быть, там я встречу Сашку?
Отец, обязанности перед ним — это не всё, что держит меня на этой земле. Есть ещё этот ожог. Умерев, мне придётся расстаться с этим телом, а значит и с ним. Я пока не готова это сделать.
Возможно в жизни быть максимально счастливым? Очень даже возможно. Именно благодаря тому, что когда-то почувствовала на себе тотальное счастье, знаю, что мне здесь больше нечего делать. В этой жизни, я имею ввиду.
решил, раз у тебя тачка за сто пятьдесят тысяч, то и парковаться можно, где хочешь? - Что? – мужчина растерялся от такого напора. - Машину свою убери, и дай мне проехать, вот что!
Мы собственными руками убили всё, что было между нами. Убили нашу любовь и семью...
Я боюсь, Сюзанна, что в законе важна не только правда, а в реальном мире она вообще не имеет значения.
Я не доверяю ей, не могу даже объяснить почему, но что-то в ней есть.
Что может ребёнок предложить матери, кроме любви, желания её проявлять и получать?
Что может быть более захватывающим для праведников, чем участие в крестовом походе против такого мерзкого хищника?