Книги Анна Ковалёва
— Как ты мог, Лёша? Зачем ты всё разрушил? — вырвав ладонь, вытерла ее о больничное одеяло. Мне больно и противно прикасаться к своему жениху Он же клялся мне в любви, а сам спал с бывшей… Ласкал её, и этими же руками трогал потом меня. Как же это мерзко… — Рита, любимая, прости… — Не смей называть меня так. Между нами все кончено. — Нет, Рита! Пожалуйста, не поступай так с нами! Мы еще можем все исправить. — пересев на кровать, Лёша попытался снова меня поцеловать, но я увернулась. —...
— Мам, я вернулся! Войдя в дом, я замер, натолкнувшись на взгляд синеглазой незнакомки. А она побледнела как полотно и начала жадно рассматривать мое лицо. — Володя? — выдохнула пораженно, а потом сорвалась с места, обняла за шею и начала зацеловывать мои глаза, щеки, губы… — Володенька, Вова, милый мой, родной… Господи, ты живой, живой… Ошарашенный мозг завис, пытаясь понять, что происходит и почему меня целует незнакомая девушка. Но выяснить я ничего не успел. Потому что она внезапно...
— Между нами все кончено, Маша. Я завтра подам на развод. Муж еле ворочает языком и почти не держится на ногах, но я понимаю, что это не просто пьяный бред. Он говорит всерьез, и эти слова бьют меня хлеще пощечин. Причиняют неимоверную боль. Разрывают на части сердце. — Почему, Арс? — выдавливаю из себя онемевшими губами. — Почему? — Да потому что ты балласт, Машка, простой балласт. У меня блестящая карьера, передо мной открыт весь мир, а ты тянешь меня вниз. Я могу получить любую женщину, а...
— Сень, это неправильно. — Это какое-то сумасшествие, болезнь. Наваждение. — Маруська, давай пошлем всё к чёрту, а? Даже если мы оба больны, то зачем лечиться, если нам так хорошо? Давай сходить с ума вместе? Только ты и я. В нашей отдельной палате с шикарным видом на Невский. А все остальные пусть катятся куда подальше… *** Завести тайный роман с бывшим мужем? Могу, умею, практикую. Ну а что делать, если хочется чувствовать себя полноценной женщиной, а на других мужчин не тянет? Мы оба...
— Как тебя зовут? — Екатерина, можно просто Катя, — она почему-то смущается, и мне это смущение очень заходит. Снова окидываю взглядом хрупкую, донельзя ладную фигурку и вздыхаю. Эх, Катя-Катя, откуда же ты такая на мою голову взялась? — Катя, значит, — улыбаюсь и напеваю слова одной старой песни: — Катя-Катерина, маков цвет. Без тебя мне сказки в жизни нет. Катя-Катерина, эх, душа. До чего ж ты, Катя, хороша… Щеки девушки тут же становятся красными, как те самые маки. А я получаю от этого...
Из-за своей ошибки и чужой подлости я потеряла все то, ради чего жила и чем дышала. Любимый муж, который еще недавно боготворил, теперь ненавидит и презирает меня. Лучшая подруга всячески избегает, а при случайной встрече шарахается как от прокаженной. И даже маленькая искорка новой жизни, которую я так долго вымаливала у Бога, покинула меня прежде, чем я узнала о ней. Говорят, самая темная ночь перед рассветом… Так где же он, этот рассвет? Когда он наступит? Смогу ли я заново отстроить...
С первого взгляда он показался мне похожим на прекрасного принца. С которым с радостью убежала бы любая. Жаль, что на поверку оказался озабоченным ловеласом. И послать бы его куда подальше, и больше не вспоминать, да отчего-то не получается. Душа живёт надеждой на новую встречу, а тело терзают совсем не целомудренные сны… При первой встрече принял её за очередную гламурную давалку и в порыве неудержимой похоти наворотил дел. И самым лучшим выходом было бы отпустить и забыть, но после той ночи...
— Смешно тебе? — рычит Дима. — А вот мне не до смеха. Не успеваю даже пискнуть, как он притягивает меня к себе. Крепко фиксирует ладонью шею и скользит по лицу безумным взглядом. — Ты же мне весь год ночами снилась, понимаешь? Чуть с ума не свела! Это был настоящий треш. Я же на стены в казарме лез, каждый день представлял, что с тобой сделаю, когда вернусь… Горячие губы внезапно касаются чувствительной кожи шеи, и я вздрагиваю от шока… Запоздало осознавая, как сильно влипла. *** Дима...
Моя тихая обыденная жизнь рухнула в один момент. Из-за подставы подруги я стала продажной девкой. Она обманула меня, использовала мои документы, чтобы подписать порочный контракт, а потом смылась. Я же оказалась в руках опасного мужчины, который считает, что вправе делать со мной все, что захочет. На моей шее теперь висит огромный долг, который нужно ему выплатить. Или отработать те услуги, которые упоминались в бумагах. Но платить мне нечем, а деньги, переведенные за контракт, ушли в совсем...
На годовщину свадьбы муж преподнес мне незабываемый сюрприз. Такой, о каком даже не помышляла.
Он приперся домой и потребовал развод. Заявил, что я ему не пара, а наши отношения превратились в болото.
А я? Ну а что я? Проревелась на плече лучшей подруги и пошла собирать себя по кусочкам.
Наматывать сопли на кулак - не мой метод.
Я давно уже не верю в любовь и не доверяю мужчинам.
Мое единственное счастье – это маленький сын. Но одним осенним днем судьба снова сталкивает меня с тем, кого я когда-то без памяти любила.т
Между нами много боли, обид и долгие годы разлуки. Шанс на счастье, казалось бы, утерян безвозвратно.
Или все таки нет? Может, судьба столкнула нас не просто так? Да еще в том самом месте, где мы когда -то познакомились.
Я один из лучших в городе адвокатов, оголтелый карьерист и циник, привыкший жить только работой.
Моя религия — юриспруденция, а настольная книга — Уголовный кодекс.
Твердая воля и доводы разума руководят всеми моими поступками. А чувства я уже давно вычеркнул из жизни.
Но все привычные убеждения рушатся в один дождливый день. Когда под колеса моей машины бросается женщина, в которую был влюблен много лет назад.
— А вы точно не будете меня домогаться? — спросила белокурая девица, опасливо выглядывая из-за двери ванной комнаты. — Даже не надейся, — фыркнул я. — Я тебе не маньяк из подворотни. А вот кто ты такая еще предстоит разобраться. — Ну уж точно не девица облегченного поведения. Обломитесь. — Хорошо, — усмехнулся я, покосившись на разбитую статуэтку. — Ты женщина тяжелого поведения. Я бы сказал очень тяжелого… Практически летального. — Да ты… да вы… Да как вы смеете вообще так со мной...
— Оленька… Олененок мой родной. Что же мы с тобой натворили? Во что превратили свою жизнь? — Пусти, Макс, пусти бога ради! — Ни за что, Оля. Больше ни за что не отпущу. И тогда зря отпустил. Надо тебя было выкрасть у родителей и забрать с собой в Москву. А я уехал зализывать раны как последний дурак. Он нежно проводит пальцами по лицу, стирая слезинки, и также нежно касается поцелуем моих губ. — Что ты хочешь, Оля, скажи мне? Скажи, и я всё сделаю. Всё, что попросишь — достану и отдам тебе. ...