В леди Вальдерон, внешне мягкой и женственной, чувствовался характер. Тетушка Элоиза называла подобных женщин «бархатной перчаткой на сильной руке».
Любовь гораздо важнее этикета, ведь это зерно, из которого растет и дружба, и верность, и отвага, и все прекрасное, что есть на земле.
Ненавижу легенды. Самые лучшие из них непременно пишутся кровью
Храм – дом богов, а люди приходят сюда просить или благодарить, но они всего лишь гости величественных сил, правящих миром.
ты должен понять только одно. Ты за все отвечаешь сам. И, значит, слушаться должен только себя.
Девица я честная, поэтому и дорогая
«Иногда у задачи нет правильного ответа, — вспомнил Видо слова ведьмака. — И каждый сам решает, в чём именно хочет быть не прав».
«С кофе — как с любовью, чтобы научиться, нужно заниматься! Сам постепенно поймёшь, как тебе больше нравится!».
«Идиотская ситуация сама по себе не возникает, обязательно должен быть в наличии хотя бы один идиот».
«На что только люди не пойдут, чтобы финансовый отчёт не писать, — сказал смертельно бледный Фильц, опуская „штуцер“. — Даже на подвиг».
«Когда вашим коллегам раздавали здоровую подозрительность, вы трижды подходили за милосердием и состраданием».
"Слишком уж вы, герр патермейстер, великодушны, надо было им сразу ума через задние ворота вложить. На пользу бы пошло, видит Господь!"
"Господь наш любит всех своих детей. И, как любящий отец, он прощает. Но лишь при условии истинного раскаяния, настоящего очищения души! А формальное покаяние — это… это все равно, что прикрыть гнойную рану повязкой и оросить духами! Спрятать внешнее безобразие, но не исцелить! Не знаю, многие ли смогли раскаяться хотя бы после приговора и наказания, но точно знаю, что Та Сторона собрала богатую жатву."
- Смер-р-рть — это пр-р-роигрыш… Полный вечный пр-роигрыш-ш-ш!
Видо мог бы возразить, но у него снова перемкнуло дыхание. А вот Ясенецкий с тем же холодным злым спокойствием ответил:
— Смотря как умереть. И за что. Я из Питера, сволочь.
В руках остро не хватало чего-нибудь правильного. Например, боккена или хотя бы метлы, способной заменить боевой шест-дзе. А еще лучше — рейтарского палаша или двустволки...
Идиотская ситуация сама по себе не возникает, обязательно должен быть в наличии хотя бы один идиот
Кто же откажется от денег, титула и земель, если сами пойдут в руки? Но, конечно, по чести и так, чтобы не слишком. Чтобы не откусить кусок, который не проглотишь.
Боги долго терпят, но их терпению есть предел.
Да, они не могут лгать. Но порой во лжи нет ни малейшей необходимости, достаточно должным образом сказать правду — и собеседник преотлично обманет себя сам.
Если иногда не останавливаться и не вспоминать, куда бежишь и ради чего, можно свернуть не туда.
— Что ты собираешься делать?
— Поговорить, что же еще? — удивился кот. — Я все это время хотел с тобой поговорить, ибо сказано, что в начале было слово!
— А потом слово за слово — и такое началось! — процитировал Стас в ответ какого-то юмориста..
– На что только люди не пойдут, чтобы финансовый отчет не писать, – сказал смертельно бледный Фильц, опуская «штуцер». – Даже на подвиг.
«Надо же, как чешет, падла манипуляторская! – поразился Стас, мешая восхищение с подступающим отчаянием. – Впрочем, до наших коучей все равно далеко, школа не та. Сюда бы Юльку! Она бы этого кота в три счета научила дышать хвостом, открывать сознание Вселенной и развивать истинную всекотовость. И все это на трехнедельных курсах со скидкой в девяносто процентов, но только сегодня и при оплате вперед!
– Вы их через стенку посчитали? – Видо сам понимал, что ведет себя глупо и по-детски, но дурное настроение толкало на язвительности. – Если так уверены, что мышь была не одна?
– У меня идеальный слух и музыкальное образование, – так же невозмутимо ответил московит. – Они пищали в разных тональностях. – Помолчал и с непререкаемой уверенностью добавил: – В ля-миноре, ре-мажоре и, возможно, в ми-миноре, но за последнее уже не поручусь.
Всего второй день в гостях у сказки, а уже поцапался с непосредственным шефом, уронил пару местных спецназовцев и еще одного словесно изобидел, нарушил режим безопасности объекта и чуть не заблевал местный морг. Зато веревочную швабру вот изобрел… Чем не повод для гордости?