— Я видела тебя сегодня утром, — сказала я спокойно. — У детской площадки. С женщиной и ребёнком.
Его улыбка дрогнула, но не исчезла. Вместо этого она стала какой-то механической, застывшей.
— А, это… — начал он, и я буквально услышала, как в его голове прокручиваются возможные оправдания. — Это Кира, она клиентка мастерской. Мы делали проект её квартиры в прошлом году, и она…
— Не надо, — я подняла руку, останавливая поток его слов. — Не оскорбляй меня ложью, хватит. Я видела, как ты её обнимал. Как целовал. Это были вовсе не деловые объятия.
Он замолчал. Медленно опустил коробку конфет на прикроватную тумбочку и сел на край кровати. Не рядом со мной — на самый край, сохраняя дистанцию.
— Как давно? — спросила я, глядя не на него, а на нашу семейную фотографию на стене.
Валя вздохнул.
— Два года, — тихо ответил он.
Сердце знает. Оно всегда знает, где дом, где семья, где настоящая любовь. Нужно только набраться смелости его послушать.
Я наконец поверила в то, что иногда жизнь действительно дает нам именно то, что нужно. Просто не тогда, когда мы этого ждем, а тогда, когда мы к этому готовы.
В кардиологии всё было сложно, но понятно. Есть диагноз, есть протокол лечения, есть прогнозы, основанные на статистике и опыте. Конечно, каждый случай уникален, но общие принципы работают. А в личной жизни? Где протоколы для лечения разбитого сердца? Где алгоритмы действий после предательства?